— Вот и хорошо, — госпожа Юй не стала разоблачать его и улыбнулась. — Уже поздно, возвращайся и отдыхай. Завтра тебе ещё нужно идти в управление и приступать к службе.
Год его службы уже завершился, и Юй Цзинсю должен был занять должность цензора округа Цзянси.
Юй Цзинсю ещё немного поговорил с матерью о пустяках, затем поднялся и попрощался.
Мамушка Шу проводила его и вернулась. Она вопросительно посмотрела на госпожу Юй.
Госпожа Юй немного подумала, а затем вдруг улыбнулась:
— Позови сюда наложницу Фэй.
Мамушка Шу испуганно замерла.
Госпожа Юй рассмеялась:
— Чего ты боишься? Теперь я всё понимаю.
Мамушка Шу всё ещё колебалась.
Госпожа Юй сказала прямо:
— Хотя девица Мин происходит из чиновничьей семьи, она без колебаний поддерживает близкие отношения с Дэпу в период строгого траура. Значит, добродетельной женщиной её не назовёшь. Боюсь, что она намеренно рассчитывает на его слабость. Если она забеременеет, всё станет ещё сложнее. Нужно отправить к ней человека и предупредить.
— Как ты сама сказала, если я появлюсь там, то буду говорить от имени рода Юй и как старшая родственница Дэпу. Это уже совсем другое дело. Если разговор пройдёт хорошо — всё уладится. Но если нет, то мы окажемся в положении человека, который пытается сохранить достоинство перед тем, у кого его нет, и сами потеряем лицо.
— Я прекрасно понимаю расчёт наложницы Фэй, — в глазах госпожи Юй мелькнул холод. — Дэпу, конечно, не идеален, но он всё же читал книги мудрецов и понимает разницу между законной женой и наложницей. Госпожа Фань может быть какой угодно, но это его жена, которую выбрал он сам, поэтому он всё равно будет относиться к ней с большим уважением. Только если между госпожой Фань и Дэпу появится разлад, у наложниц возникнет возможность вмешаться… Вот почему наложница Фэй то открыто, то исподтишка унижает госпожу Фань, вот почему помогает Дэпу скрывать его дела. Сначала ей нужно поссорить супругов, а потом уже думать о собственных выгодах.
Мамушка Шу наконец всё поняла.
— Госпожа, вы действительно очень мудры, — с восхищением посмотрела она на госпожу Юй. — Лучше всего поручить это наложнице Фэй.
Госпожа Юй слегка улыбнулась:
— Я дала ей возможность. Воспользуется ли она ею — зависит от того, хватит ли ей ума.
— Госпожа очень великодушна, — поспешно добавила мамушка Шу. — Наложница Фэй умна, наверняка поймёт ваши добрые намерения. Я сейчас же приведу её.
Госпожа Юй кивнула.
Мамушка Шу отправилась за наложницей Фэй.
Оставшись одна, госпожа Юй тихо сидела на большом кане у окна. Словно маска спала с её лица: в уголках глаз и бровей больше не было прежнего спокойствия и уверенности, только тревога и сомнения.
Не приведёт ли такое отстранение госпожи Фань и нарушение порядка между законной женой и наложницами к непоправимым последствиям?
Но если продолжать эту борьбу с госпожой Фань, Юй Цзинсю с каждым годом будет становиться старше. Что делать, если у него действительно больше не появится сыновей?
Эта мысль мелькнула в голове, и лицо госпожи Юй стало решительным.
Разве в доме нет её и господина Юя?
Наложница Фэй, какой бы влиятельной она ни была, всё равно остаётся всего лишь наложницей.
Став наложницей однажды, наложницей остаёшься на всю жизнь.
Неужели она действительно способна перевернуть весь дом вверх дном?
Подумав об этом, госпожа Юй немного успокоилась, тихо вздохнула и подняла пиалу с чаем.
А в переулке Шицзя, расположенном напротив, царила радостная суета.
Жена Ян Юйчэна, глядя на младенца, который крепко сжимал её палец, не могла сдержать радости и обернулась:
— Невестка, вы только посмотрите, какая сила в руках у Хань-гэ! Даже годовалый ребёнок не сжал бы палец так крепко!
Третий сын Чжао Лина, Чжао Хань, родился девятого числа первого месяца. Послезавтра ему исполнялось сто дней, поэтому родственники и друзья собрались поздравить семью.
Фу Тинъюнь с улыбкой кивнула:
— Роды прошли благополучно, и сам он родился крепким.
Жена Цзинь Юаньбао, тоже разглядывала ребёнка. Услышав это, она улыбнулась:
— Мне кажется, черты лица у Хань-гэ больше похожи на господина Чжао.
Госпожа Чэнь-Ши, сидела рядом с Фу Тинъюнь. Она вытянула шею, посмотрела на Хань-гэ, затем перевела взгляд на Фу Тинъюнь и с улыбкой сказала:
— Я тоже считаю, что он больше похож на господина Чжао.
В этот момент под присмотром мамушки Тун в комнату вошла Юю. Она принесла чаши с водой, подслащённой коричневым сахаром, и послушно обратилась к гостям:
— Госпожи, матушка, пожалуйста, выпейте сладкой воды.
Госпожа Мо сидела в дальнем конце кана, ближе всех к Юю. Она сразу поднялась, приняла чашу и с улыбкой похвалила девочку:
— Какая умница! Всего два-три месяца не виделись, а наша Юю стала ещё воспитаннее.
— Благодарю вас за похвалу, госпожа Мо, — радостно ответила Юю. Она держалась очень свободно и уверенно.
Мамушка Тун заметно волновалась и поспешно пояснила:
— Юная госпожа сказала, что в семье появился младший брат. Она хочет помогать госпоже ухаживать за ним и принимать гостей.
Все стали хвалить Юю за разумность и послушание.
Фу Тинъюнь тоже была тронута и с нежностью посмотрела на дочь.
Госпожа Цинь спросила:
— Юю уже исполнилось восемь лет?
Фу Тинъюнь с улыбкой кивнула:
— Она родилась в год Цзихай.
В глазах госпожи Мо мелькнуло что-то неуловимое, и она улыбнулась:
— Через пару лет пора будет подыскивать ей семью.
Эту тему первой завела госпожа Цинь, а госпожа Мо, заговорив об этом при самой Юю, проявила некоторую невежливость. Поэтому она слегка кашлянула и поспешно перевела разговор:
— Главнокомандующих Юньнани и Гуйчжоу оценивают раз в три года. Господин Чжао, наверное, сможет вернуться в столицу для представления отчёта только в следующем году? Значит, ему не удастся увидеть Хань-гэ?
— В каждой семье свои обстоятельства, — с улыбкой поддержала беседу Фу Тинъюнь.
Госпожа Мо слегка смутилась.
А Третья сестра вдруг заметно напряглась.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
