Наложница Фэн выскочила вслед за Фу Тинъюнь и, указывая на девушку, уже успевшую быстрыми шагами пересечь середину двора, в неистовстве закричала стоявшим во дворе служанкам и служничихам:
— Схватите её!
Еще мгновение назад хозяйка оказывала гостье радушный прием, а в следующий миг они стали непримиримыми врагами… Перемена произошла настолько стремительно, что служанки и дворовые женщины лишь растерянно переглянулись и промедлили, прежде чем броситься к Фу Тинъюнь.
— Кто посмеет?! — со всей мочи крикнул А-Сэнь. Схватив Фу Тинъюнь за руку, он рванулся к выходу и с ходу всыпал кулаком перегородившей им дорогу служанке.
Раздался глухой удар, женщина вопя согнулась в три погибели, словно креветка, попятилась и замертво соскользнула на землю, надолго лишившись чувств.
Служанки не ожидали, что столь юный мальчик окажется настолько свирепым. Все в оцепенении застыли на месте, с боязливым почтением глядя на А-Сэня.
Фу Тинъюнь и А-Сэнь воспользовались замешательством и выскочили наружу.
С тех пор как наложница Фэн стала любимицей помощника главного командующего Лю, она ни разу не терпела столь унизительного поражения. Вне себя от ярости, она закричала на дворовых:
— Дрянные дуры! Чего встали?! Немедленно верните ее! Иначе получите у меня семейное наказание1!
Служанки дружно вздрогнули и наперегонки бросились за ворота. Но снаружи их взору предстало лишь удручающее зрелище: двое возниц наложницы Фэн и четверо сопровождающих её женщин со стонами валялись на земле с подбитыми лицами, держась кто за поясницу, кто за ноги. Фу Тинъюнь и А-Сэня и след простыл.
Эта Фэн совсем потеряла всякие края!
Средь бела дня она дерзнула приказать слугам лишить её свободы.
Не окажись Чжэна Третьего снаружи на страже, затея наложницы Фэн вполне могла увенчаться успехом!
Переступив порог собственного дома, Фу Тинъюнь почувствовала, как у неё от пережитого страха подкашиваются ноги.
— Скорей, затворите ворота, — задрожавшим голосом велела она вошедшим за ней Чжэну Третьему и А-Сэню.
Им даже не потребовалось приказания — они уже загнали тяжелый засов на место.
Подоспевшие служанки наложницы Фэн принялись оглушительно барабанить в ворота. Они орали во весь голос, ничуть не стесняясь:
— Отпирайте! Не отопрете — мы выломаем ворота!
Чжэн Третий подпер ворота плечом.
А-Сэнь от гнева весь вспыхнул:
— Госпожа, я влезу на стену и пущу стрелу в эту крикливую женщину, посмотрю, как она тогда запоет!
— Не смей! — Фу Тинъюнь крепко схватила А-Сэня за руку. — На наших стрелах нет наконечников. Своим выстрелом ты лишь причинишь ей легкую царапину, но дашь ей неопровержимую улику для жалобы помощнику главного командующего Лю. И тогда наша правота обратится против нас. Не совершай глупостей, слушайся меня!
А-Сэнь раздул щеки, точь-в-точь как лягушка. Фу Тинъюнь при взгляде на него хотела улыбнуться, но не смогла.
В округе слышались лишь брань и вопли служанок Фэн. Никто из соседей не вышел ни разнять дебош, ни поглазеть на происходящее.
Сердце Фу Тинъюнь тяжело опустилось.
С улицы донесся голос Сюэмэй:
— Уважаемые матушки, госпожа Фэн велела передать, что на сегодня дело закрыто. Возвращайтесь пока в дом.
Фу Тинъюнь слегка удивилась.
Одна из служанок переспросила:
— Девица, ты ведь правду говоришь?
— Разве я стала бы обманывать вас? — отозвалась Сюэмэй. — Госпожа Фэн сидит в гостиной, войдите и спросите сами, если не верите.
Женщина ухмыльнулась:
— Кто ж посмеет беспокоить госпожу? Раз девица говорит, так оно и есть.
Снаружи раздался дробный топот шагов, и вскоре всё затихло.
Чжэн Третий с облегчением перевел дух.
А-Сэнь вскарабкался на стену, глянул наружу и с радостью обернулся к Фу Тинъюнь:
— Госпожа, они и впрямь ушли!
Однако брови Фу Тинъюнь сошлись к переносице:
— Наложница Фэн живет в резиденции главного командующего, ей всё равно на сплетни. А вот наложница Лу живет здесь, на Задней улице, вокруг соседи — каждый день с ними видишься. Спросят — и выйдет срам. Скорее всего, именно Лу нашла способ утихомирить Фэн. — С этими словами выражение её лица стало еще тревожнее: — Я уверена, Лу подала Фэн какую-то уступку или замысел, который ту подкупил. Плести интриги против неведения — верный путь к гибели, так продолжаться не может. В конце концов, если Фэн призовет личную охрану помощника командующего Лю или гарнизонных солдат, чтобы расправиться с нами силой, нам против них не устоять.
— И… и каков же ваш план, госпожа? — обеспокоенно спросил А-Сэнь.
Чжэн Третий тоже выжидательно посмотрел на Фу Тинъюнь.
- Семейное наказание / Цзяфа (家法 / jiāfǎ) — традиционная система строго регламентированных внутрисемейных дисциплин и телесных наказаний (включая удары розгами или палками), применяемая главой дома или старшими членами семьи к младшим домочадцам и слугам за нарушение установленных правил.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
