Война была жестокой. Через два дня стрелы в городе иссякли, через день камни и брёвна были полностью израсходованы. А армия Да Ся заплатила за это жизнями почти семидесяти тысяч человек. На обширном поле боя кровавые трупы покрывали всю землю, плотные обломки мечей и острые стрелы простирались до горизонта. Защитники Бэйшу были измотаны, но вечером, не успев поесть, на них вновь обрушилась чёрная тень.
Чу Цяо с горечью вздохнула. Хотя они уже бросили последний камень и выпустили последнюю стрелу, нанеся врагу такой огромный урон, тот так быстро оправился и бросился вперёд. И она, и Чжао Ян знали, война во многих случаях, это соревнование на выносливость. Кто сможет продержаться дольше, тот и будет последним победителем. Северный поход армии Да Ся понёс такие тяжёлые потери, сейчас Чжао Ян шёл ва-банк.
— Госпожа, что делать?
Подчинённый поспешно ворвался внутрь, глядя на неё полными ожидания глазами. В прежние дни эта женщина-генерал всегда в критические моменты доставала могучее секретное оружие, спасая ситуацию. Все воины Второй армии были полны любви к ней. Но сейчас Чу Цяо покачала головой и спокойно сказала.
— Никакого способа нет. Сражаемся.
Ближний штурм города наконец развернулся полномасштабно. Небо и земля наполнились печальными воплями, земля под ногами сильно дрожала, в ушах стоял рёв коней. Армия Великого Да Ся, словно высокие горы, яростно билась у стен Бэйшу, волна за волной бросаясь вперёд. Численный перевес был огромен, и к концу битва становилась всё более жестокой. Стены несколько раз переходили в руки врага и несколько раз отбивались воинами ценой крови. Воины Юго-Западного гарнизона продемонстрировали ужасающую, поразительную боеспособность. Меньше трёх тысяч человек удерживали половину стены, в то время как другую половину защищали целых шестьдесят тысяч. И даже так Юго-Западному гарнизону часто приходилось оказывать им помощь.
Через два дня Чжао Ян приказал прокопать канаву у восточной стены, вызвав небольшой обвал, и часть стены рухнула. Хотя Чу Цяо быстро организовала защиту, всё же более двух тысяч человек ворвались в город. Это всё были элитные части Великого Да Ся. Резня продолжалась более двух часов, трупы сложились в гору.
— Генерал! Третий отряд полностью уничтожен. Арбалетный лагерь и четвёртый отряд ополчения под командованием генерала Юя вышли из города, оттеснили копающих траншеи солдат Да Ся, все погибли. Лагерь Сяолинь полностью пал. Одиннадцатый отряд полностью погиб на восточной стене номер один…
— Генерал, не удержаться, максимум ещё два часа, скорее отступайте!
Хэ Сяо тоже подошёл вперёд. На молодом мужчине были многочисленные раны, он был забрызган кровью, хриплым голосом решительно сказал.
— Госпожа, все офицеры и солдаты Юго-Западного гарнизона просят вас бежать. Мы проложим вам путь с запада.
Инь Лянъюй побледнел. Этот учёный муж, владевший лишь кистью, был в военной форме. Нахмурившись, он подошёл и сказал.
— Генерал, подкрепление не придёт, у нас нет времени. Прошу вас во главе Юго-Западного гарнизона и всех женщин и детей города прорваться наружу. Как только доберётесь до Ланьчэна, до госпожи Юй, у нас будет шанс подняться снова. Подчинённый готов остаться и погибнуть вместе с Бэйшу.
Чу Цяо медленно покачала головой. Ланьчэн? Там уже ни души. Даже добравшись туда, это лишь приведёт войска Да Ся во внутренние земли Яньбэя. Она тихо сказала.
— Я не отступлю.
— Прошу генерала думать о большем! Сейчас не время для упрямства!
Чу Цяо подняла голову, твёрдым взглядом глядя вдаль, и медленно произнесла.
— Подкрепление придёт.
— Госпожа! — Хэ Сяо слегка взволновался. — Мы не дождёмся, времени мало, если не уйти сейчас, будет поздно.
Чу Цяо всё так же повторила те слова, полные уверенности, даже можно сказать безумно и упрямо.
— Подкрепление придёт.
Все с беспомощностью удалились, затем отдали приказ всей армии держаться до смерти. В одно мгновение весь город наполнился безумным рёвом. Чу Цяо не могла разобрать, какие это были эмоции, ярость, скорбь, ужас, страх, ненависть, отчаянье. Возможно, ничего из этого, возможно, просто предсмертный крик.
Небо постепенно темнело, закат был кроваво-красным. Битва достигла крайнего накала. Командир седьмого отряда восьмой дивизии, он же повар, с огромным ножом для разделки свиней с рёвом бросился на взобравшихся на стену солдат Да Ся. Более десяти солдат Да Ся выстроились в ряд и бросились вперёд, но толстый повар внезапно набросился на них, сбив всех более чем десять человек в костёр. Огонь быстро охватил их тела. Солдаты Да Ся в панике пытались сбить пламя с себя, но повар, не обращая внимания, продолжал бросаться на других, грозно, словно совершенно не замечая огня на себе. Солдаты Да Ся метались в панике, куда бы он ни направлялся, все отскакивали в сторону. В конце концов повар без единого звука схватил верёвочную лестницу, по которой карабкались солдаты Ся, и стремительно съехал по ней вниз. Более двадцати карабкавшихся солдат рухнули вместе с ним, разбившись о камни у стены. Кровь брызнула, мозги разлетелись. В этот день обе стороны, сотни тысяч человек, вместе стали свидетелями преданности и храбрости повара.
— Госпожа! Восьмой отряд полностью уничтожен!
— Подкрепление придёт.
— Госпожа, восточная стена номер два обрушилась, более трёхсот врагов ворвались внутрь, Девятый и Десятый отряды пошли на перехват.
— Подкрепление придёт.
— Госпожа, скорее уходите, последние три резервных отряда Да Ся тоже вступили в бой!
— Подкрепление придёт.
— Госпожа, если не уйти сейчас, будет поздно, подкрепление не придёт, отдайте приказ об отступлении!
— Подкрепление придёт.
— Госпожа…
…
Все уже отчаялись. Они думали, что Чу Цяо решила погибнуть вместе с Бэйшу. Битва становилась всё более жестокой, повсюду раздавались безумные вопли. Воины Яньбэя обезумели, в последнем отчаянном порыве издали финальный рёв, размахивая боевыми клинками и бросаясь врукопашную с врагом.
Главнокомандующий не должен участвовать в бою. Но сейчас Чу Цяо медленно вытащила поясной меч. Даже в этот момент в голове неистово кричала одна вера, продержаться ещё мгновение, и ещё мгновение. Она медленно вышла из центрального шатра, поднялась на самую высокую точку стены. Меч был острым, сверкающим, словно серебряная вспышка.
Хэ Сяо внезапно бросился вперёд, лицо его изменилось, непонятно, радость это или гнев, он в панике закричал.
— Госпожа…
— Больше не говори! — резко прервала его Чу Цяо. — Я не отступлю. Подкрепление обязательно придёт.
— Госпожа, — Хэ Сяо облизнул побелевшие губы и медленно произнёс. — Подкрепление уже пришло.
Тело Чу Цяо вздрогнуло. Она резко обернулась туда, куда указывал Хэ Сяо. На горизонте огненных равнин Холэй смутно проявилась тонкая чернильно-чёрная линия. Пыль поднималась над этой линией. Из стана Да Ся донёсся пронзительный звук рога, пронзительный, но совсем не победный. Ординарцы носились туда-сюда, офицеры что-то хрипло выкрикивали, но нельзя было разобрать. Паника, полная паника. Армия Великого Да Ся отступала, словно отлив. Солдаты Да Ся в растерянности бежали назад по сигналу, не понимая, что происходит.
Земля содрогалась от грохота.
Все остановились. Защитники Бэйшу, уже приготовившиеся умереть, подняли головы, глядя на далёкий восток. На красных огненных равнинах Холэй узкая линия постепенно превращалась в чёрную реку. Затем, словно чёрный орёл, внезапно выпрыгнувший с края неба, с широкими крыльями, величественный и могучий, превратился в безбрежное чёрное море.
Сокрушительные! Стремительные, как буря! Чёрные боевые знамёна развевались над чёрным морем, боевые орлы были свирепы, почти вырываясь из знамён. Воины управляли конями ногами, выхватывали клинки и поднимали перед собой, издавая громоподобный рёв.
— Сражаемся за свободу!
Оглушительный рёв атаки в мгновение ока потряс землю. На стенах Бэйшу внезапно взметнулся в небо оглушительный крик ликования!
— Чёрные орлы! Это знамя чёрных орлов! Его Высочество! Его Высочество пришёл!
— Наше подкрепление пришло!
Воины ликовали, многие плакали на стенах. За несколько коротких дней этот древний город несколько раз был на грани жизни и смерти. Теперь, перед лицом внезапной надежды, люди ликовали, радостно обнимаясь.
В противовес ликованию на стенах Бэйшу раздавалась паническая ярость Великого Да Ся. Чжао Ян не мог поверить, крича.
— Как так? Как они зашли с тыла?
— Ваше Высочество! Ваше Высочество!
Ординарец поспешно бросился вперёд, в форме Чжэньхуана, запылённый, с лицом, покрытым пылью и инеем, громко кричал.
— Приказ из столицы, немедленно вернуться для защиты страны! Мятежник Янь Синь с пятьюстами тысячами воинов ворвался во внутренние земли Империи, северо-запад выжжен, сейчас он вернулся, чтобы окружить Северную экспедиционную армию!
Чжао Ян ногой сбросил ординарца с коня и яростно выругался.
— Ты что, ждал, пока он всех моих солдат перебьёт, чтобы доложить?
— Я скакал день и ночь, все братья-ординарцы были перехвачены и убиты войсками Яньбэя, остался только я один, мне пришлось быть осторожным…
Тот поспешно оправдывался, но, не договорив, снова получил пинок от Чжао Яна. Четырнадцатый принц Великого Да Ся поспешно отдал приказ.
— Всей армии немедленно построиться, не разбегаться, нужно стабилизировать положение, чтобы можно было сразиться с врагом.
Но прежде чем договорил, он увидел, как юго-западная армия, северный союз и оставшиеся войска семьи Ба Ту Ха, беспорядочно бегут, лишь северо-западная армия остаётся на месте, строясь для сопротивления всё ближе подходящей армии Яньбэя.
Чжао Ян с отчаяньем закрыл глаза. Неужели небо губит Великое Да Ся?
Отступление армии Да Ся было подобно отливу. Все попытки сопротивления были сметены армией Яньбэя, как сухая трава. Численное превосходство, превосходство в боеспособности, свежий боевой дух, внезапная атака, всё это обеспечило армии Яньбэя условия для победы. Два часа спустя армия Да Ся уже покинула Холэй, в панике бежав в направлении Хэланьшань. Армия Яньбэя выслала сто тысяч воинов в преследование!
В этот день, первого ноября четыресто семьдесят пятого года по календарю Байцан, Чёрная орлиная армия, углубившаяся во внутренние земли Великого Да Ся, внезапно вернулась на территорию Яньбэя. Янь Синь всю дорогу строго блокировал информацию, скакал во весь опор, ел, пил и спал на коне, вернувшись без единого дня отдыха немедленно вступил в бой. Чжао Ян, не разобравшись в ситуации, оказался зажат между Янь Синем и Чу Цяо. Юго-западная армия, северный союз, армия Бату обратились в беспорядочное бегство. Чжао Ян, оставшись без поддержки, вынужденно отступил к Хэланьшаню. Янь Синь яростно преследовал, уничтожив в пути более двухсот тысяч врагов. Кроме Северо-западной армии Чжао Яна, основные силы остальных трёх армий были почти полностью разгромлены. Янь Синь с войсками преследовал вплоть до северо-западных внутренних земель Великого Да Ся, остановившись лишь у заставы Яньмин. Затем Чёрная орлиная армия разбила лагерь к северу от Яньмингуань. Чжао Ян, глядя через реку, увидел, что весь северо-запад империи уже захвачен армией Яньбэя, чиновники и знать северо-запада все сложили оружие и сдались. От ярости у него хлынула кровь изо рта на замёрзший лёд реки Чишуй.
На этом первый Северный поход был объявлен завершённым. Армия Яньбэя у стен Бэйшу и Чиду потеряла более четырёхсот тысяч воинов. Чиду превратился в белую землю, бесчисленные беженцы погибли в пути. И без того небогатые финансы Яньбэя, оказались в ещё более тяжёлом положении.
По сравнению с Яньбэем, потери Великого Да Ся были просто неисчислимы. Мало того, что Северная экспедиционная армия потеряла большую часть, один принц был обезглавлен на поле боя, ещё и половина северо-западных земель полностью попала в руки врага. Если бы Янь Синь не развернул клинки и не вернулся на выручку Бэйшу, возможно, даже столица была бы захвачена. Взгляды всего континента Симэн были прикованы к этому. На северо-западном небе медленно садилось великолепное красное солнце. Триста лет славы и мечтаний Империи Великого Да Ся с этого момента начали неудержимый упадок.
После возвращения Чжао Яна в столицу императорский род Великого Да Ся пришёл в ярость. Совет Старейшин с беспрецедентной скоростью единогласно проголосовал за решение бросить Чжао Яна в тюрьму. Три дня спустя Империя быстро собрала из юго-восточной армии, северо-восточной армии и семейных войск крупных домов триста тысяч воинов под командованием Седьмого принца Чжао Чэ и вновь направила их на северо-западный театр военных действий.
А старший сын семьи Чжугэ, Чжугэ Хуай, в первой Северной кампании занимавший пост главного офицера по резервам, также пострадал из-за этого поражения. Семья Чжугэ подверглась давлению и импичменту со стороны Совета Старейшин. Вынужденно Чжугэ Муцину пришлось вновь назначить своего Четвёртого сына Чжугэ Юэ главным офицером по резервам и управляющим снабжением для этой армии. Тот последовал за Чжао Чэ и быстро отправился на северо-запад.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
