Юнь Яньжань встал плечом к плечу с Вэнь Жухаем и начальником Ваном, огляделся и ясным голосом сказал:
— Эта сине-белая фарфоровая курильница только что обожжена. Это подношение Мацзу от Бессмертных гор моря и китайцев, живущих в Южных морях.
Среди морских купцов поднялся переполох, а Вэнь Жухай нахмурился.
В разгар шума Лун Янь, до сих пор хранившая молчание, вдруг тихо сказала:
— Госпожа Юнь, персидский кобальт, использовавшийся для изготовления сине-белого фарфора, давно исчерпан. Поэтому уже много лет даже в Цзиндэчжэне не могут создавать столь яркий сине-белый фарфор. Позвольте спросить, госпожа Юнь, какую глазурь вы использовали?
Она говорила мягко, и, хотя в большом зале стоял сильный шум, каждое её слово звучало так отчётливо, словно она произносила их прямо у самого уха.
Без многолетних тренировок дыхания это было невозможно.
Мэн Цзянцин невольно насторожился.
Почему в донесениях императорской стражи об этом ничего не говорилось?
То ли Цинь Юмин состарился и его силы неизбежно ослабли, то ли человек, отвечавший за сбор сведений о Цюаньчжоу, подсознательно видел в Лун Янь лишь хрупкую юную девушку и потому не заметил её истинной природы.
Или же семья Лун намеренно создала у окружающих такое ложное впечатление?
Лун Янь озвучила именно тот вопрос, который занимал всех остальных. В зале тотчас стало тихо.
Юнь Яньцзяо улыбнулась и ответила:
— Этот вид глазури происходит из места в Западном океане, которое называется «Сумали», поэтому мы зовём её «сумалийским синим». Наш корабль был перегружен товарами, поэтому мы привезли совсем немного, материала хватило лишь на три изделия. Два из них уже отправили во дворец.
Лун Янь произнесла:
— Вот как.
Но больше ничего не спросила, лишь повернула голову и пристально посмотрела на сине-белую курильницу.
По её спине все в зале видели, насколько она была сосредоточена и восхищена.
Вместо неё общий вопрос продолжил глава семьи Пу, Пу Цзян:
— Бессмертные горы моря прибыли издалека и специально преподнесли такое подношение. Неужели лишь для того, чтобы познакомить нас с новым видом глазури?
Чтобы цюаньчжоуские морские купцы как можно скорее обратили внимание на новую глазурь, это действительно был самый быстрый способ.
Но прежде чем Юнь Яньжань успел ответить, Лун Янь уже повернулась и мягко сказала:
— Сегодня вечером семья Лун устраивает пир в Саду струящегося золота, чтобы принять начальника Вана, господина Вэня и все торговые дома Гильдии морских купцов. Госпожа Юнь и ваш брат, пожалуйста, непременно приходите.
Намёк был очевиден: все вопросы можно оставить на вечер, когда будет достаточно времени для ответов. Сейчас же не следовало задерживать жертвенную церемонию.
Мэн Цзянцин невольно слегка улыбнулся.
Он никак не ожидал, что эта тихая и мягкая девушка из семьи Лун настолько искусно умеет незаметно управлять столь масштабной ситуацией.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
