В сумерках Бэй Яо, приникнув к его плечу, тихонько переводила дыхание.
Свет на спортплощадке был неярким, скрывая её раскрасневшееся от смущения лицо. Тени деревьев слегка колыхались на ветру. Профессор Пэй, опираясь руками по обе стороны от неё, стиснул зубы и принял решение. Его голос прозвучал приглушённо:
— Мы не поедем в гостиницу. Мы едем домой.
Простыни и свадебные одеяла в их квартире для новобрачных до сих пор не сменили на ярко-красные.
Она тихо отозвалась:
— Хорошо… ладно.
Университет находился недалеко от дома. Когда Пэй Чуань выбирал район для покупки жилья, он учитывал то, что Бэй Яо нужно будет ходить на занятия. Он отправился на парковку за машиной, а Бэй Яо осталась ждать его снаружи. В майских сумерках дул нежный ветерок. Когда Чу Сюнь заезжал на парковку, он увидел стоящую снаружи Бэй Яо.
На ней была футболка с короткими рукавами цвета бледной сакуры. Расклешённые рукава подчёркивали белизну и тонкость её рук, придавая ей хрупкий вид.
Чу Сюнь вспомнил о некоторых вещах, и на душе у него стало горько и гневно.
Когда он ухаживал за Бэй Яо, она ему отказала. Позже из-за неё тот молодой господин из семьи Хо отчитал его, заставив потерять лицо. Он-то думал, что у этой женщины сердце выше небес (об обладании непомерно высокими амбициями и запросами), и ей никто не мил, а в итоге услышал, что у неё есть парень, который сидел в тюрьме.
Чувство обиды не давало ему покоя. Он нажал на клаксон и поехал в её сторону. Услышав шум машины, Бэй Яо подсознательно отступила на шаг.
Чу Сюнь высунул голову из окна:
— Садись, я подброшу тебя!
Он ехал на «БМВ» стоимостью около миллиона; его отец был богат, и он был единственным сыном. В те годы мало кто из студентов мог позволить себе «БМВ».
Бэй Яо отступила к клумбе и нахмурилась:
— Не нужно, я жду человека.
Это только подзадорило Чу Сюня. Он слышал от отца, что Хо Сюй сейчас, кажется, находится под давлением. Значит, никто не помешает ему добиваться Бэй Яо. К тому же в нём взыграло мужское самолюбие, и он спросил:
— Кого ты ждёшь? Своего дружка-зека? Ждёшь, когда он приедет за тобой на трёхколёсной повозке?
При мысли о трёхколёсной повозке Чу Сюнь сам развеселился.
«Жалей, давай, жалей, — думал он. — Что хорошего в нищеброде, который даже женщину прокормить не может? Некоторые девушки такие наивные, думают, раз есть любовь, то есть всё, а потом, хлебнув горечи, понимают, что любовь — это просто дерьмо».
Едва молодой господин Чу договорил, как из гаража выехала серебристо-серая машина.
Причём она неслась напролом, едва не врезавшись в его авто.
И даже не посигналила.
На мгновение в голове у Чу Сюня стало пусто. Только когда та машина затормозила в нескольких сантиметрах от него, он выругался:
— Глаза разуй!
Он высунулся в окно, собираясь продолжить ругань, но тут увидел марку машины.
Цвет был неброским, но, чёрт возьми, это была «Ламборгини». Она стоила в несколько раз дороже его авто.
Чу Сюнь всё ещё помнил урок, преподанный Хо Сюем. В стародавние времена на этой земле, в городе B, в кого ни брось камень — попадёшь в монарха, хоу, полководца или министра (люди благородного происхождения и высокого социального статуса).
К тому же водитель вылетел из гаража так, словно не дорожил жизнью, едва не протаранив его. Сразу было видно, с таким лучше не связываться.
Чу Сюнь проглотил ругательства.
Сквозь лобовое стекло Чу Сюнь увидел холодного мужчину в белой рубашке. Пэй Чуань открыл дверь пассажирского сиденья:
— Яо-Яо, поехали домой.
Бэй Яо тоже была напугана этой сценой. Когда она села в машину, лицо Чу Сюня стало таким кислым, будто он наелся дерьма.
«Откуда, чёрт подери, взялся этот мужик?! Разве не говорили, что парень Бэй Яо сидел в тюрьме?»
Пэй Чуань вёл машину. Она была модифицирована: снаружи это было не слишком заметно, но внутри разница бросалась в глаза.
У Пэй Чуаня был отличный слух. Выезжая, он слышал слова Чу Сюня.
Он с мрачным видом смотрел вперёд, сворачивая с территории университета.
Только теперь Пэй Чуань осознал, под каким давлением и под какими насмешками жила Бэй Яо, пока он был в тюрьме. Все, должно быть, считали, что у неё нет глаз.
Бэй Яо это показалось забавным:
— Зачем ты с ним препираешься? А если бы сам пострадал?
Он покачал головой и впервые серьёзно произнёс:
— Давай объявим о наших отношениях открыто.
Бэй Яо опешила.
Она всё ещё помнила те два условия, которые Пэй Чуань поставил в старшей школе, чтобы они были вместе. Первое — никаких интимных жестов, второе — не афишировать отношения.
И вот теперь он сам предложил открытость. Бэй Яо с улыбкой спросила:
— С чего бы это? — ей хотелось услышать его объяснение, услышать искренние слова, услышать, как он признаёт собственническое чувство.
Он поджал губы и промолчал.
Через некоторое время они доехали до дома.
У Бэй Яо тоже были ключи, и она принялась открывать дверь.
Пэй Чуань обхватил её за талию со спины и ногой закрыл за собой дверь:
— Завтра объявим всем, хорошо?
Бэй Яо в душе едва не помирала со смеху.
За эти годы он всё-таки изменился. В выпускном классе он считал, что им никогда не быть вместе, и, наверное, под страхом смерти не признался бы при всех, что любит её.
Сдерживая смех, она с серьёзным видом кивнула.
Пэй Чуань негромко произнёс:
— Мы дома.
В этой, казалось бы, бессмысленной фразе она мгновенно уловила его истинный посыл. Бэй Яо, краснея, повернулась, обняла его за шею и уткнулась лицом ему в грудь:
— Угу.
Он замер на миг, а затем обнял её и нежно поцеловал.
Бэй Яо закрыла глаза, её пальцы коснулись его галстука.
Он сжал её руку. Бушующие мужские гормоны впервые пересилили внутреннее чувство неполноценности. В своих редких юношеских снах он видел подобные сцены. И тогда у него возникала иллюзия, что она не станет им гнушаться.
Пэй Чуань прошептал:
— Можно в этот раз… ты не будешь смотреть?
В его голосе слышалось благоговейное, осторожное смирение.
Бэй Яо, уткнувшись в его грудь, окончательно смутилась от его слов и едва заметно кивнула.
Большая кровать в спальне была необычайно мягкой. Когда ей завязали глаза, она почувствовала невольное волнение. Звуки окружающего мира стали чётче. Бэй Яо ощутила, как он снял протезы и упёрся сильными руками по обе стороны от неё.
Она подняла руку, чтобы коснуться галстука на глазах, но он перехватил её ладонь. Прижав её руку над головой, он тихо прошептал, успокаивая:
— Мы же договорились.
Ну ладно, договорились.
Однако в следующее мгновение, когда он приник к её шее…
Бэй Яо замерла и упёрлась руками ему в грудь:
— По… подожди секунду.
Он отстранился, и блеск в его глазах на мгновение погас.
Бэй Яо выглядела растерянной, а мгновение спустя её лицо залило густой краской, и она неловко пробормотала:
— Кажется… у меня начались месячные.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
Ну, блин, 🙄 это я глаза закатила))