Глава 138. Дополнительная глава 4: Лян Чэнминь
Лян Чэнминь кивнула, а затем покачала головой. В голове у неё всё гудело, от шоколада с ликёром не осталось и следа, лишь во рту сохранился приторно-сладкий привкус спиртного.
Луань Минжуй касался кончиком носа её носа. Он не умел говорить ласковых слов и всегда выражался прямо:
— Я тебя спрашиваю, Лян Чэнминь, ты согласна?
— Если ты согласна, завтра же попрошу родителей пойти к тебе в дом. Я не учитель, не врач и не рабочий, но обещаю: если будешь со мной, голодать не придётся. Будешь каждый день есть свои любимые креветки и крабов, — начал он её уговаривать.
Лян Чэнминь наконец пришла в себя и попыталась его оттолкнуть, но он не сдвинулся с места. Так они и застыли в темноте: она прижата к стене, он — к ней, нос к носу, дыхание в дыхание.
— Кто просил тебя меня содержать! Я… — начала она, но Луань Минжуй то ли слушал её, то ли нет. Он впервые кого-то целовал и находил это чувство великолепным. Сладкий аромат, исходивший от Лян Чэнминь, когда она говорила, заставил его потерять голову, и он просто накрыл её губы своими. Нащупав верный путь, он жадно прильнул к ней, и в голове у Лян Чэнминь снова что-то загрохотало.
— Что ты? — спросил Луань Минжуй, прильнув к её губам.
— Я врач, я и сама могу себя прокор… — Луань Минжуй прикусил её губу, не давая договорить. Так повторилось раза три или четыре, пока оба не запыхались. Наконец Лян Чэнминь закончила фразу. Её мысль заключалась в том, что ей не нужно, чтобы он её содержал; она всё-таки врач и, даже если не сможет есть крабов с креветками ежедневно, вполне способна побаловать себя чем-нибудь вкусным с зарплаты.
— Всё ясно. Значит, твой ответ — «нет»? — Луань Минжуй уставился на неё. — А если «нет», то что это ты делаешь? Целуешься и обнимаешься с мужчиной в переулке посреди ночи? Ты что, хулиганишь?
Он переложил вину на неё, намеренно пытаясь разозлить.
— Это я-то хулиганю?! — Лян Чэнминь готова была лопнуть от злости. Она ущипнула его за талию, не жалея сил. Луань Минжуй охнул от боли, перехватил её запястье, но не унимался: — Ты куда лезешь, Лян Чэнминь? Что же ты не пониже руку опустила?
Лян Чэнминь и представить не могла, что Луань Минжуй окажется таким человеком. Медсёстры в больнице говорили, что он — высокомерный гунцзы, который никогда не улыбается людям; говорили, что у него богатая семья, а дети в ней очень начитанны. Неужели тот, о ком они толковали, и тот, кто сейчас стоял перед ней — один и тот же человек? Как он может быть таким бесстыжим!
Луань Минжуй, видя, что она не на шутку рассердилась, решил вовремя остановиться. Он наконец отпустил её и сделал шаг назад:
— Не хочешь замуж — ладно. Но, может, хочешь встречаться по любви?
— Нет.
— Раз нет, чего тогда покраснела?
— Лицо моё, что хочу, то и делаю, тебя не касается!
Лян Чэнминь толкнула его и бросилась прочь. Вбежав в дом, она спряталась в своей маленькой комнатке и приоткрыла окно. Луань Минжуй всё ещё стоял там, точь-в-точь как большой дурак.
Лян Чэнминь и не знала, что значит постоянно думать о ком-то.
Стоило закрыть или открыть глаза — перед ней возникало лицо Луань Минжуя и слышалось его тяжёлое дыхание, когда он её обнимал. На следующее утро её глаза были красными, как у кролика. Выйдя из дома после завтрака, она увидела Луань Минжуя у своих ворот.
Лицо снова залилось краской:
— Ты зачем пришёл?
— Проводить тебя на работу.
— Не нужно меня провожать.
— И всё же провожу.
Луань Минжуй сел на велосипед и указал на багажник сзади:
— Садись.
— У меня есть свой велосипед.
— Ноги у тебя коротковаты, на большом велосипеде выглядишь нелепо.
— …
Лян Му вышла на голос и увидела двоих застывших людей. Лян Му знала Луань Минжуя: этот парень был весьма знаменит в их городке.
— Что вы тут делаете?
— Здравствуйте, тётя, я пришёл проводить её на работу, — непринуждённо ответил Луань Минжуй.
— Ты разве не собирался жениться? — спросила Лян Му.
— Слухи. Если и женюсь, то только на Лян Чэнминь. Через пару дней мои родители придут. Не беспокойтесь, тётя.
— Да кто за тебя пойдёт! — Лян Чэнминь вспылила и хлопнула его по плечу. Лян Му показалось, что они просто заигрывают друг с другом. Она сказала: — Уже поздно, поторопитесь.
Луань Минжуй произвёл на Лян Му хорошее впечатление: такой статный парень, под стать её дочери!
Лян Чэнминь села на свой велосипед и, вихляя из стороны в сторону, укатила. Луань Минжуй следовал за ней, глядя, как ветер раздувает её одежду. Каменная мостовая была неровной, и велосипед то и дело подпрыгивал.
Глядя на такую Лян Чэнминь, Луань Минжуй думал, что девушка она и впрямь чудесная.
Если не считать скверного характера, в остальном она была просто идеальна.
Он проводил её до больницы. Она слезла с велосипеда, а он остался в седле, упёршись одной ногой в землю. Одной рукой он держал руль, а другой перехватил её запястье:
— Лян Чэнминь, то, что я сказал вчера вечером, — это серьёзно.
— Что ты сказал? Вчера вечером ты только и делал, что хулиганил! — вполголоса отчитала его Лян Чэнминь. — Ещё раз так сделаешь — я на тебя заявлю!
— Ладно. Вечером заеду за тобой, пойдём ужинать.
— Я не пойду!
Лян Чэнминь сказала, что не пойдёт, но весь день только об этом и думала. Луань Минжуй казался ей невыносимым. Раньше она все силы отдавала медицине, и это был первый раз, когда мужчина заставил её отвлечься.
Когда рабочий день закончился, она вышла из больницы с велосипедом, и Луань Минжуй действительно ждал её. Он перехватил руль велосипеда Лян Чэнминь, ловким движением притянул его к себе и, сев на него, указал на заднее сиденье:
— Садись.
— Не сяду.
— Не сядешь — пойдёшь ужинать пешком?
— Это мой велосипед!
— Ты хоть знаешь, как нелепо смотришься на нём? — Луань Минжуй начал передразнивать её, вихляя на сиденье то влево, то вправо. Прохожие рассмеялись.
— Луань Минжуй! — вскипела Лян Чэнминь. — Ты что, больной?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
