Нютоу вновь произнес:
— Мы, призрачная канцелярия Дифу, никогда не вмешиваемся в резню живых существ, а лишь отвечаем за переправку душ в цикл перерождений, му-у~
Сказав это, Нютоу и Мамянь на глазах у сотен присутствующих невозмутимо развернулись и зашагали к углу в глубине главного зала.
В зале воцарилась такая тишина, что слышно было бы, как падает игла…
Дойдя до угла, оба у1 развернулись и одновременно подняли копыта в приглашающем жесте.
— Начинайте свою резню, му-у~
— Призрачная канцелярия Дифу и посланники, пожинающие души, искренне предоставят вам высококачественное послевоенное обслуживание, и-и-го-го~
Договорив, Нютоу достал из-за пазухи два кокоса, а Мамянь вытащил из рукава две камышинки. Они обменялись ими, умело разбили скорлупу, вставили камышинки и прислонили свои могучие тела к стене главного зала.
На этот раз не только у мятежников, но даже у мастеров клана драконов, стоявших перед царем драконов Западного моря, лбы покрылись густыми черными линиями.
Неужели все посланники призрачной канцелярии Дифу такие наглые?
Нютоу и Мамянь переглянулись; глаза братьев были полны глубоких чувств…
Подобный опыт, это ощущение того, как ты вальяжно расхаживаешь перед толпой мастеров, когда противник вот-вот взорвется от ярости, но не смеет и пальцем тебя тронуть…
Это был настоящий пик их жизни как у!
Мятежники же окончательно потеряли терпение, и Ао Ши взревел:
— Убейте их!
Один из старейшин драконов вполголоса спросил:
— Ваше Высочество, убить тех из призрачной канцелярии или…
— Оставьте канцелярию в покое! Сегодня — день возрождения нашего клана!
Во взгляде Ао Ши сквозила ядовитая злоба. Он бросился вперед с мечом, и сотни мастеров-драконов последовали за ним. Те несколько десятков драконьих мастеров, что защищали царя драконов Западного моря, тоже высвободили свою мощь, готовясь к смертельному бою.
Но…
Густой и мощный голос раздался во всех уголках главного зала, сотрясая облака и туман вокруг.
Повсюду зазвучали песнопения, в морской воде заструились нити Дао, источая таинственное очарование, а в самом центре зала возник столб золотого света.
Подобное знамение заставило обе стороны вновь замереть…
В этом золотом сиянии потоки водной стихии сплелись, превратившись в сочную, ярко-зеленую… тыквенную лозу.
На лозе висели семь тыкв-горлянок, вобравших в себя семь разных видов Дао; они медленно раскачивались.
В тот же миг под лозой из ниоткуда возникла фигура.
Драконы уставились на пришельца: седые брови, седые волосы, худощавое лицо, просторный светло-белый халат с широкими рукавами, а в руке — фучэнь2. Кто это был, если не небесный Тайбай Цзиньсин Ли Чангэн?
Лицо Ао Ши изменилось, а мастера клана драконов и вовсе замерли в потрясении, не понимая, как этот бог небес оказался здесь.
Они ведь предприняли невероятно строгие меры предосторожности и заранее тщательно обыскали каждый уголок дворца Западного моря.
Ли Чаншоу, сохраняя полное спокойствие и держа фучэнь, обвел взглядом зал и собравшихся снаружи, после чего с улыбкой произнес:
— Почтенный царь драконов, отдохните пока, я сам здесь со всем разберусь.
Царь драконов Западного моря вздохнул, сложил руки в приветствии перед Ли Чаншоу и сел обратно на трон.
Вдруг раздался резкий свист: фиолетовая стрела прилетела снаружи, целясь прямо в сердце Ли Чаншоу!
Стрела, подобно жалу скорпиона, источала смутное очарование Дао!
Яд?
Ли Чаншоу вскинул бровь. Золотой свет вокруг него на мгновение вспыхнул и погас; он не стал уклоняться и даже не шевельнулся, просто спокойно стоял, принимая удар на себя!
Раздался легкий звон — «динь», и фиолетовая стрела отлетела в сторону.
Халат Ли Чаншоу даже не смялся. Вокруг него на миг возникла нить ауры Сюаньхуан, после чего скрылась внутри его тела.
Фиолетовая стрела переломилась пополам, и Ли Чаншоу, взмахнув рукой, испепелил ее пламенем Истинного Огня Самадхи.
Башня Неба, Земли, Сокровенной желтизны и Изящества!
Она непроницаема для любых заклинаний, и разрушить ее не под силу никому, кроме обладателей врожденных высших сокровищ!
Ли Чаншоу на самом деле никогда не понимал, зачем выставлять такое защитное сокровище прямо над головой, давая всем понять, что именно тебя защищает. Не значит ли это добровольно раскрыть свои козыри?
По мнению Ли Чаншоу, единственное, что стоило держать на виду, — это золотое тело заслуг, поскольку оно служило устрашением, заставляя даже святых старцев проявлять некоторую осторожность, прежде чем нападать на него.
Вот и сейчас башня Сюаньхуан оставалась невидимой, скрываясь в его изначальном духе. Мятежные драконы внизу застыли в оцепенении, не понимая, как он отразил внезапную стрелу, и оттого начали опасаться его еще сильнее.
Эффект был заметно иным.
Ли Чаншоу тихо рассмеялся:
— Брат по Дао, раз уж ты прячешься снаружи, нанося удары исподтишка, почему бы не войти и не побеседовать? Хватит уже скрываться, неужели вы думаете, что мне неизвестно, кто вы такие?
Как только Ли Чаншоу договорил, снаружи донеслось несколько холодных хмыков. Группа фигур в плащах, источающих свирепую ауру, ввалилась в зал, смешавшись с мастерами клана драконов.
В этот момент сбоку послышалось натужное «хо-хо».
Ли Чаншоу повернул голову и, сделав вид, что обрадовался, улыбнулся:
— О, и оба посланника Дифу здесь.
Нютоу и Мамянь ухмыльнулись.
Нютоу, прикусив камышинку, ответил:
— Мы здесь, чтобы собрать кое-какие души, не обращай на нас внимания, Водный бог, му-у~
Мамянь встряхнул гладкой гривой и невозмутимо произнес:
— Когда будешь бить, Водный бог, постарайся оставить души целыми, нам еще отчет сдавать. У нас там план по показателям, да и души драконов встречаются нечасто, и-и-го-го~
— Договорились, договорились, — улыбнулся Ли Чаншоу. — Чтобы справиться с этим сбродом, мне вовсе не обязательно вступать в бой самому. Взгляните-ка на это сокровище!
Взмахнув фучэнем, Ли Чаншоу опустил висящую над головой лозу прямо перед драконами и свирепыми зверями Запада.
На тыквах переливались семь совершенно разных видов Дао, пять из которых явно относились к силам пяти стихий.
Личность Ли Чаншоу, его былая мощь и то, как он только что принял стрелу телом… При виде этого сокровища у Ао Ши даже кадык дернулся.
Что это за артефакт?
Один из мастеров, прятавшийся под плащом, холодно заметил:
— Водный бог, неужели ты думаешь, что эта бессмертная лоза из древних времен способна нас остановить?
— Вы многого не знаете, происхождение этой бессмертной лозы весьма необычно.
Сказав это, Ли Чаншоу взмахнул фучэнем.
Нужно было тянуть время, так зачем лезть в драку? Нужно просто довести искусство напускания тумана до предела.
Под фучэнем вспыхнули молнии. Тонкий разряд ударил в крайнюю левую тыкву; она взорвалась, изнутри хлынул золотой свет, и, кувыркаясь, выпрыгнул ребенок в короткой рубашке и шортах.
На голове у него была маленькая красная тыковка-горлянка. От него исходила аура стадии Золотого Бессмертного с привкусом острой стихии Металла. Оказавшись на земле, он тут же сделал с десяток сальто назад, принял простую позу и негромко выкрикнул:
— Я — Дава! Сила моя безгранична!
Мятежники в один голос нахмурились. Один из драконов уже хотел выйти вперед на бой.
Вдруг прогремел гром. Еще одна молния ударила во вторую тыкву. Она лопнула, и оттуда выскочил другой ребенок…
После намеренного затягивания времени и хвастовства, этот ребенок замер в позе рядом с Дава.
— Я — Эрва! Вижу на тысячи ли, слышу по ветру!
Вслед за ним…
— Я — Саньва! Крепок, как сталь и железо!
— Я — Сыва! Повелеваю небесным огнем!
— Я — Ува! Осушу четыре моря!
— Я — Люва!
Драконы уставились вперед, но слышали лишь голос, не видя никого. Они невольно взглянули на лозу и увидели, что шестая тыква действительно треснула.
И тут с того места, откуда доносился голос, прозвучало:
— Скрытный и невидимый!
Тогда большинство драконов уставились на седьмую тыкву. Ли Чаншоу намеренно тянул интригу, не спеша взмахивать фучэнем.
Атмосфера в зале становилась все более гнетущей. Хотя пятеро появившихся детей-тыкв (кроме непонятного шестого) связывали свои ауры, создавая подобие строя…
Но разве могли они одни сдержать натиск стольких мастеров?
Ао Ши прищурился и холодно бросил:
— Водный бог, и это всё, на что ты способен?
Ли Чаншоу лишь слегка улыбнулся. Подсчитав в уме передвижения трех групп мастеров, он понял, что большая часть задачи уже выполнена.
Он снова взмахнул фучэнем1, и ещё одна молния ударила в седьмую тыкву-горлянку. Та раскололась, и из неё… выпорхнул изящный силуэт.
Это была юная дева. Стоя рядом с Лю-ва, она, залившись краской, взмахнула шёлковым платком и жеманно произнесла:
— Я, Ци-ва, ну какой же вы противный!
Немало молодых мастеров из рода Драконов поскользнулись и разом повалились на землю, сбившись в кучу.
- фучэнь (拂尘, fúchén) — ритуальный жезл в виде пучка волос или нитей, закреплённых на рукояти, используемый даосскими практиками. ↩︎
- фучэнь (拂尘, fúchén) — даосская метелка от пыли, символ очищения и духовной власти, часто используемая как магический инструмент. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
