Ся Сяолань придерживалась своих принципов, даже когда «вливала порцию мотивации».
Сначала она заставила Цзянь Янь активно лечиться, время от времени проявляя к ней заботу, чтобы та не чувствовала себя окончательно брошенной всеми.
Затем Ся Сяолань слегка польстила Цзянь Янь, признавая её личные качества и превознося её моральный облик. Зачем было подталкивать достойную девушку, понимающую, что такое хорошо и что такое плохо, к мрачным и беспринципным поступкам? Ся Сяолань не получила бы от этого ни малейшей выгоды!
Активно лечиться и сохранять позитивный настрой — как и говорила Ся Сяолань, ей было совершенно плевать, попытается та отбить Чжоу Чэна или нет.
Тех, к кому нет чувств, не удержишь, а настоящую любовь не разлучишь!
Прощаясь с Цзянь Янь, Ся Сяолань уже дошла до двери, когда та её окликнула:
— Ся Сяолань, спасибо!
Ся Сяолань махнула рукой:
— Не за что. В будущем, если что-то понадобится, просто говори прямо, будем общаться как обычно!
Когда Ся Сяолань ушла, вошла чернокожая сиделка. Увидев на столе свежий букет цветов, она улыбнулась во весь рот:
— Твоя подруга очень о тебе заботится. Я видела, как она долго разговаривала в кабинете доктора Бермана!
Цзянь Янь тоже задумчиво посмотрела на букет и спустя мгновение покачала головой:
— Она мне не подруга… Мы соперницы.
Сиделка, привыкшая ко всему и видевшая в больнице самые разные отношения, лишь шевельнула своим полным телом:
— О, твоя соперница весьма недурна!
«И вправду неплоха. Неудивительно, что Чжоу Чэн любит её».
Цзянь Янь закрыла глаза, в её голове царил полнейший беспорядок.
…
Визит к Цзянь Янь был лишь попутным делом, хоть Ся Сяолань и искренне интересовалась её здоровьем. Узнав, что Цзянь Янь успешно восстанавливается, Ся Сяолань не стала задерживаться — не ждать же ей, пока та пригласит её на больничный обед.
Проведя один день в Нью-Йорке, она погуляла с Лю Фэнь и Юй Найнай, а затем они вернулись в Итаку.
Профессор Вэнь с супругой пригласили Лю Фэнь и Юй Найнай пожить у них, но Ся Сяолань, помня, что с ними ещё и Минь Сяоцзюй, решила, что всем тесниться в доме Вэней будет неудобно, и забронировала гостиницу в городке.
Лю Фэнь была безмерно благодарна чете Вэнь. Видя, как Вэнь Манни хлопотала, помогая с делами в Сан-Франциско, она поняла, насколько семья Вэнь заботится о Ся Сяолань.
Осмотрев дом профессора Вэня — два этажа, разнообразная бытовая техника и мебель, — Лю Фэнь отметила, что в Америке это стандарты среднего класса, тогда как в Китае даже богачи и руководящие кадры не всегда живут в таких условиях. Разве в такой обстановке Сяо Лань может быть плохо?
Безопасность, комфорт и забота окружающих — увидев всё своими глазами, Лю Фэнь наконец перестала так сильно переживать за жизнь дочери в Америке.
Подарки привезли из страны: они проделали путь с Лю Фэнь из Китая в Нью-Йорк, а затем по кругу Нью-Йорк — Сан-Франциско — Итака. Помимо набора копий тех вещей, что Ся Сяолань изначально взяла с собой за границу, Лю Фэнь лично привезла профессору Вэню и его жене одеяла из чистой кашемировой шерсти, шелковые шали и другие презенты. Эти вещи в Китае считались высококлассным экспортным товаром, и она верила, что профессору Вэню и его супруге, как живущим в США этническим китайцам, они придутся по душе.
Для Вэнь Манни и Клауса подарки тоже нашлись, их отдали раньше.
Ху Ин действительно очень понравилась шелковая шаль:
— Вы прекрасно воспитали Сяо Лань! Она только приехала в Корнелл и сразу получила «А+» у профессора Маккарти, это было очень непросто!
Лю Фэнь смутилась от этих слов.
Она и сама не знала, почему Ся Сяолань так преуспевает в учебе — из-за нехватки собственного образования она никогда не помогала дочери с уроками. Даже сейчас, когда Лю Фэнь училась сама, это касалось только дизайна одежды и управления, а в архитектуре она ничего не смыслила.
Слыша, что профессор Маккарти крайне строг, но Сяо Лань всё равно получила высший балл, Лю Фэнь была очень рада.
— Это всё благодаря вашей заботе. Я даже не знаю, как благодарить вас и профессора Вэня. Этот ребёнок — не только моя заслуга, ей просто всегда везло на выдающихся учителей, которые её наставляли!
Сначала были Лао Ван и директор Сунь из первой средней школы уезда Аньцин, затем преподаватели университета Хуацин.
Потом она встретила Мао Каншаня.
Теперь — профессор Вэнь, профессор Маккарти в Корнелле и другие профессора… Лю Фэнь была благодарна всем. Без их серьезного подхода к обучению Сяо Лань не достигла бы сегодняшних высот.
Ху Ин хмыкнула:
— Хорошие учителя важны, но всё зависит от того, как человек учится. Вот увидите, эта дочь в будущем принесет вам ещё много поводов для гордости.
Все родители мечтают, чтобы их дети стали выдающимися людьми. Даже в Америке, где родители уважают профессиональный выбор детей, разве можно сравнить уличного наркоторговца с такими достойными профессиями, как врач или юрист?
В какой бы сфере ты ни оказался, нужно стремиться стать в ней лучшим. Ху Ин чувствовала, что у Ся Сяолань есть этот потенциал. Если она продолжит в том же духе и не свернет с пути, то со временем станет одной из немногих избранных на вершине архитектурного мира!
Тем временем профессор Вэнь подозвал Ся Сяолань к себе:
— Ты как раз вовремя вернулась. Отель «Уилсон» запускает проект нового филиала в ***. Ваша группа победила в архитектурном конкурсе CW, и руководство отеля пригласило вас принять участие в разработке дизайна. Они уже уведомили Корнелл, звонили даже ко мне домой.
Победитель получает право участвовать в проектировании нового филиала отеля «Уилсон» в ***.
Ся Сяолань ещё не до конца понимала, как именно это будет происходить. Обычно за такие проекты борются крупные архитектурные бюро, каждое из которых представляет свои эскизы, и в итоге отель выбирает лучший… Как же в этом могут участвовать студенты-бакалавры Корнелла?
Ся Сяолань озарило:
— Неужели нас отправят на стажировку в бюро? Чтобы мы во время практики участвовали в проектировании нового отеля!
Приглашение от господина Хоума из P&W!
Или даже от британского бюро Фостера?
В конце концов, представители обоих этих бюро были судьями на конкурсе CW. Если они оба хотели получить контракт на проектирование нового отеля «Уилсон» в ***, то их активная поддержка конкурса CW была вполне логичной.
У Ся Сяолань разболелась голова. Будь то бюро Фостера или P&W — в обоих случаях ситуация была не из лучших. Господину Дику из Фостера и мистеру Хоуму из P&W она уже успела отказать. Хе-хе, вот уж воистину: «не веришь — подними голову, небо никого не щадит».
Профессор Вэнь развеял её сомнения:
— Судя по той информации, что у меня есть, всё именно так. Отель «Уилсон» поддерживает эту идею, архитектурный факультет тоже «за». Ты же знаешь, летний семестр очень короткий. Факультет подкорректирует ваш график, чтобы призеры конкурса CW могли отправиться в бюро.
Попасть на стажировку в крупное бюро, еще не закончив третий курс, — это была потрясающая возможность!
Профессор Вэнь считал, что это идеальное решение, но Ся Сяолань потерла подбородок:
— Вряд ли все три команды призеров втиснут в одно бюро. Нас ведь разделят? Мы должны подчиниться распределению или можем сами выбрать бюро?
Профессор Вэнь рассмеялся:
— Ты еще и выбирать хочешь? Ну, и какое же бюро ты бы предпочла?
— Кхм, Фостер и P&W не очень подходят. Я им уже отказывала, боюсь, будет неловко. Я пока не знаю, какие еще бюро участвуют в тендере, так что выбрать сложно…
Не хочет идти ни к Фостеру, ни в P&W?
Профессор Вэнь почувствовал легкое раздражение, но тут же вспомнил, что она — ученица Мао Каншаня, и больше всего по этому поводу будет переживать именно он:
— Тебе лучше спросить совета у своего учителя. И, конечно, нужно согласовать всё с факультетом. Сходи к профессору Маккарти, посмотри, не сможет ли он устроить тебя в то бюро, которое тебе нравится!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
