Он сразу понял, что и он, и Минчжу стали жертвами чьего-то заговора.
Если бы сегодня он попался на эту уловку, то непременно возложил бы вину на Минчжу. В таком случае не только семья Сун не отпустила бы столь потерявшего стыд человека, но и тайцзы не потерпел бы её, чья натура подобна повадкам воды и цветкам ивы1.
Сун Хуайцин подумал об одном человеке, но ему не хотелось в это верить.
Он сглотнул и уже собирался заговорить.
Отсветы огня вдалеке делали этот боковой зал всё светлее. Тайцзы шёл стремительно, словно ветер, и аура вокруг него была более холодной и суровой, чем ночной туман.
Чжао Ши с бесстрастным лицом спросил:
— Где она?
Сун Хуайцин отошёл в сторону:
— Внутри. — И в конце всё же добавил: — Ничего не случилось.
— Выйди.
Сун Хуайцин не сказал ни слова и вышел. Только тогда он обнаружил, что зал уже окружен цзиньцзюнь [далее «императорская гвардия»].
Сознание Минчжу то прояснялось, то меркло. Она крепко вцепилась руками в свои одежды, плотно зажмурив глаза, а её ресницы мелко дрожали.
Чжао Ши откинул полог кровати и, увидев её в таком состоянии, вмиг покраснел от гнева. Сжатые в кулаки пальцы медленно разжались. Он осторожно поднял её с кровати, подтянул лежавшее рядом шерстяное одеяло, плотно укутал её тело и, склонив голову, прошептал ей на ухо:
— Чжу-Чжу, всё в порядке.
Пальцы Минчжу бессильно сжимали отворот его одежд на груди. Её голова была покрыта каплями пота, а жар тела пугал. Она подняла на него взгляд:
— Мне плохо.
Чжао Ши вынес её на руках, поглаживая по спине, чтобы успокоить. Когда она уснула, он ледяным голосом велел позвать придворного врача.
Врач через шёлковую занавеску проверил её пульс, затем понюхал чашу с вином, из которой пили на пиру. Немного подумав, он произнёс:
— Ваше Высочество, эта сяогунян по ошибке приняла «порошок в тысячу золотых».
— Действие лекарства сильное, и доза немалая. В лучшем случае это вызывает помутнение рассудка, в худшем…
Врач не договорил, но Чжао Ши и сам всё понимал.
Холодный и острый взгляд Чжао Ши был подобен клинку. Он спросил:
— Есть противоядие?
Врач был крайне затруднён:
— Нет. Нужно лишь подождать, пока действие лекарства пройдёт.
Лицо Чжао Ши помрачнело:
— У неё еще рана на ноге, осмотри и её.
— Слушаюсь, слушаюсь.
Врач набрался смелости, приподнял край занавески и, мельком взглянув на рану, поспешно отвел глаза, чтобы не вызвать недовольство тайцзы. Он сказал:
— Ваш слуга сейчас же пойдет приготовит лекарство. — Сменив тему, он добавил: — Однако рана довольно глубокая, может остаться шрам.
Чжао Ши хмыкнул:
— Ступай, готовь лекарство.
Сон Минчжу был беспокойным. Вскоре она снова почувствовала сухость во рту и, тихо хныча, попросила воды.
Чжао Ши одной рукой держал чашку с водой, а другой придерживал её за спину, поднося край к её губам.
Минчжу пила жадно. Осушив чашку теплой воды, она всё еще чувствовала жжение в горле:
— Ещё хочу.
Она вытянула свою тонкую белую шею и оттолкнула его руку, словно желая сама спрыгнуть с кровати и броситься в воду.
Чжао Ши прижал её запястье и ласково погладил по голове:
— Я налью тебе.
С его помощью Минчжу выпила пять или шесть чашек воды. В горле наконец перестало так сильно пересыхать, но жар её тела всё еще был обжигающим.
Она, казалось, была готова расплакаться от жара. Мертвый узел на поясе она завязала сама, и сейчас, словно всё еще не оправившись от паники, не могла его развязать.
С покрасневшими глазами, даже в беспамятстве она не забыла вежливо попросить его о помощи:
— Помогите мне расстегнуть одежду, я сейчас растаю от жара.
Чжао Ши приложил немного силы и парой рывков развязал тугой узел на её талии.
Жар немного спал, и ей стало чуть легче.
Чжао Ши позволил ей опереться на своё плечо. Когда она снова успокоилась, у него появилось время внимательно осмотреть рану на её ноге.
Четыре или пять перекрещивающихся царапин, разодранная плоть. Рана выглядела свирепой и уродливой.
Руки, обнимавшие её, невольно сжались сильнее. Минчжу так боялась боли, и он не знал, плакала ли она, когда сама наносила себе эти раны.
Выражение лица Чжао Ши было настолько мрачным, что могло превратиться в лёд. Вэй Лю стоял за дверью и негромко доложил:
— Всех людей привели.
Чжао Ши уложил её на кровать и с бесстрастным лицом вышел наружу.
Во дворе служанки и евнухи стояли на коленях, заполняя всё пространство.
— Все здесь?
— Да.
— А служанка, что наливала ей вино?
— Никто её не знает, она давно исчезла.
Уголки губ Чжао Ши приподнялись в ироничной усмешке:
— Исчезла?
Вэй Лю никогда не видел тайцзы в таком состоянии. Холодный взгляд, которым тот смотрел на коленопреклоненных людей, был взглядом на мертвецов.
Чжао Ши спросил:
— Где Шэн Лин?
Прежде чем Вэй Лю успел ответить, Шэн Вэньлинь не выдержал:
— Ваше Высочество, моя бяомэй сегодня рано легла спать, это определенно не имеет к ней никакого отношения.
Возможно, это просто несчастный случай.
Если это действительно был заговор, то кто-то осмелился покуситься на Минчжу, но не мог не знать, что Сун Хуайцина ни в коем случае нельзя трогать.
Говоря грубо, если бы кто-то действительно хотел погубить девушку столь гнусным способом, то нашёл бы нескольких случайных мужчин, чтобы покончить с этим делом. Никто не был бы настолько глуп, чтобы подталкивать к ней Сун Хуайцина.
Чжао Ши пропустил его слова мимо ушей:
— Приведите Шэн Лин.
Вэй Лю помедлил:
— Цзюньчжу ранее уже покинула дворец, последовав за выездом Тайхоу в храм для молитв о благоденствии.
Шэн Лин, конечно, не была дурой. Если делать некоторые вещи слишком явно, тебя обязательно поймают за руку.
Изначально она планировала найти для Минчжу каких-нибудь случайных мужчин, но в таком случае, когда бы всё вскрылось, ей бы не удалось избежать ответственности. Лучше было стать той, кто подтолкнёт события, и заклеймить Минчжу позорным именем.
Только Музыкальное управление было её пристанищем.
Шэн Лин не прикладывала рук лично, а значит, не оставила никаких улик.
Чжао Ши усмехнулся и бесстрастно произнёс:
— Тогда идите и просите Тайхоу вернуться.
- Повадки воды и цветки ивы (水性杨花, shuǐxìng yánghuā) — образное выражение, описывающее легкомысленную и непостоянную в любви женщину. Как цветы ивы летят по ветру, а вода постоянно течет и меняет форму, так и поведение такой особы считается непостоянным и распутным. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
