Огни перед глазами, внезапно, вспыхнули ещё ярче, зазвучали колокола и музыка, струящиеся длинные рукава и тонкие талии покачивались в такт, золотая пыль и яркие благовония витали в воздухе, изысканное вино источало соблазнительный аромат, подобный опиуму, стоило лишь вдохнуть, и уже не терпелось жадно проглотить.
Чу Цяо следовала за Ли Цэ, войдя через главные ворота Зала Цзыюнь. Тут же раздался громкий звон колоколов. Под красной черепицей из цветного стекла, сияющие позолотой резные нефритовые колонны с фресками, изображающими дракона и феникса, приносящих счастье, и единорога, играющего с жемчужиной. По обеим сторонам зала стояли два ряда огромных золотых свечей. Красные свечи высотой в два человека, покрытые золотой пудрой, с вырезанными благопожеланиями «Вечная стабильность государства». В конце линии взгляда, сияющее золотом, царское место. Внизу с двух сторон расположены восемьдесят мест, уже заполненных людьми. Прежде оживлённая атмосфера внезапно затихла с появлением Ли Цэ и его сопровождающих. Взгляды всех мгновенно сосредоточились на них, вызывая восхищение, изумление, размышления, недоумение, но больше всего, ощущалась непонятная враждебность и бесконечные догадки.
Это самое благородное место под небом, яшмовая посуда для пищи и нефритовые сосуды для вина, роскошь парчовых одежд. Сколько людей всю жизнь стремятся влезть сюда, хотя бы мельком взглянуть и уже можно умереть счастливыми. Но, в этот момент, Чу Цяо почувствовала, как, вместе с ароматным ветерком, наполнявшим зал, на неё обрушилось непреодолимое чувство давления, сжимая грудь и не давая дышать.
— Наследный принц опоздал, позже придётся наказать вас двумя бокалами, — с улыбкой до ушей произнёс Вэй Гуан с румяным лицом, несмотря на то, что только что потерял племянника, он совершенно не выглядел подавленным.
Ли Цэ громко рассмеялся, большими шагами приблизился.
— Хорошо! Только боюсь, господин Вэй опять, как в прошлый раз, выпьет-выпьет и сбежит.
Вэй Гуан легко рассмеялся.
— Старею, не сравниться с силой и энергией наследного принца. Что поделать, приходится бежать.
Услышав это, все громко рассмеялись. Император и императрица ещё не прибыли, атмосфера неизбежно была немного расслабленная. Чу Цяо быстро окинула взглядом круг, увидев, что место, где всегда сидел клан Му Хэ, теперь занял клан Вэй. Даже рядом с царским местом сегодня установили два места, сидящие друг напротив друга, без различия выше и ниже, знатных и низких. Очевидно, кроме императрицы Му Хэ Наюнь, сегодня будет присутствовать и наложница Шу из клана Вэй.
— А? Кто эта прекрасная гунян? Почему-то кажется немного знакомой?
Собравшиеся в зале мысленно выругались. За последние дни эта поговорка наследного принца Ли Цэ, кажется, не изменилась, словно все красавицы Поднебесной ему знакомы. Действительно, независимо от обстоятельств и места, никогда не меняет свою романтическую натуру.
Вэй Гуан, громко рассмеявшись, встал. Рядом с ним изящно поднялась девушка в розовых одеждах, лицо, как весенний персик, глаза, как осенняя вода, тело, как слабая ива, дух, словно орхидея в уединении, настоящая несравненная дева небесной красоты и изящества.
— Хе-хе, это моя дочь Сумэй. Ваше Высочество наследный принц льстите.
— Нет, нет, у гунян Сумэй, облик небожительницы. Господин Вэй много лет прятал её в глубинах дворца, разве не хотел, чтобы посторонние увидели? У нашего принца сегодня, действительно, счастье.
Все слушали разговор Вэй Гуана и Ли Цэ, внезапно осознавая, клан Вэй только что уничтожил Му Хэ, но Вэй Гуан, старый и хитрый, не удовлетворился этим. В прошлом Му Хэ тоже одно время обладали огромной властью, Му Хэ Наюнь и вовсе занимала почётный пост императрицы, но в момент поражения всё равно мгновенно погибли, исчезнув, как обрушившаяся гора, без возможности спастись. Сегодняшний поступок Вэй Гуана, заставлял задуматься о том, что неужто он хочет соперничать с императором Да Ся за зятя Баньян Тана, чтобы получить себе преимущество?
Чжао Ци стоял рядом, в очередной раз потрясённый мощью своего материнского клана. Вэй Гуан, возможно, не так вызывающе высокомерен и агрессивен, как Му Хэ Юньтин, но его смелость и ум, его расчёты и амбиции абсолютно не меньше, чем у Му Хэ Юньтина. Даже, если однажды он действительно сможет взойти на императорский престол, что же его ждёт? Марионетка, которой манипулируют, или пустая оболочка? Чжао Ци глубоко вдохнул, ему пришлось снова серьёзно задуматься над этим вопросом.
В этот момент Ли Цэ, словно внезапно что-то вспомнив, шлёпнул себя по лбу, за несколько шагов вернулся ко входу в зал, схватил девушку, которая с момента появления стояла у двери, и поспешно сказал.
— Вот память-то, забыл представить Цяо Цяо.
Сказав это, он, прямо при всех, взял Чу Цяо за руку и подвёл к собравшимся.
Бровь Вэй Гуана слегка нахмурилась, он с недоумением посмотрел на Чжао Ци, словно хотел узнать у него, что это за девушка. Но, Чжао Ци витал в облаках, задумчиво глядя на царское место, и не взглянул в его сторону.
Хотя Вэй Гуан стар и хитер, но, к маленькой рабыне низкого происхождения, он не проявил пристального внимания. Хотя в тот день на охоте тоже была мимолётная встреча, но особо он её не запомнил. В его глазах настоящие враги, это Му Хэ, императорский род Чжао, клан Чжугэ, клан Мэн, другие влиятельные кланы и иноплеменные ваны, владеющие четырьмя землями. Янь Синь, как опальный наследник, который в их глазах в любой момент может умереть, уже не представлял никакой угрозы.
— Ваше Высочество наследный принц, а это?
— Это Цяо Цяо, — Ли Цэ моргнул узкими глазами-персиковыми цветками и с улыбкой сказал. — Будущая жена нашего принца, я собираюсь на ней жениться.
Один камень поднял тысячу волн. Тихое восклицание разнеслось среди людей. Одежда и внешний вид Чу Цяо сразу выдали её неаристократическое происхождение. Такое смелое сумасшедшее заявление Ли Цэ на мгновение ошеломило даже такого опытного чиновника, как Вэй Гуан.
— Ваше Высочество наследный принц, вы шутите?
Успокоившись, Вэй Гуан, наконец, полностью произнёс эту фразу, но увидел, как Ли Цэ с серьёзным выражением сказал.
— Как можно шутить с брачными делами? Наш принц сегодня прибыл, надеясь, что Великий Император подарит мне Цяо Цяо.
Сегодняшний Ли Цэ, в парчовой одежде, без лица, раскрашенного всеми цветами радуги, веки хоть и немного синеватые, но опухоль уже спала, восстановил свою прежнюю летящую элегантность и уверенность. Мужчина сиял улыбкой, к тому же обладал высоким статусом. Все незамужние молодые леди и дочери знатных семей пристально смотрели на него. Но неожиданно появляется простая девушка, как же им теперь быть?
— А, так вот в чём дело, — Вэй Сумэй, всё это время стоявшая рядом со сладкой улыбкой, изящно вышла вперёд, и взяв Чу Цяо за руку, улыбаясь, сказала. — Не знаю, какая у сестры фамилия, но раз удостоились внимания Его Высочества наследного принца, Мэй-эр хочет поздравить сестру.
Она была на год-два старше Чу Цяо, но притворно назвала её «сестрой». Лицо Чу Цяо оставалось холодным, она незаметно высвободила руку и равнодушно сказала.
— Моя фамилия Чу.
— А? Клан Чу из Юньнани?
— Нет.
— Тогда клан Чу из Пэнгуй, господин Чанлюй кем приходится девушке?
— Не знаю таких, я простая плебейка, недавно, лично Великим Императором, освобождена от рабства, раньше была домашней рабыней наследника Янь Синя.
Едва прозвучали эти слова, раздался огромный вздох, тихое жужжание заполнило слух. Ли Цэ повернулся, взглянул на Чу Цяо, и увидел, что девушка без страха, даже с некоторым вызовом, смотрит на него.
Старый и хитрый Вэй Гуан посмотрел на Чу Цяо, затем снова на Ли Цэ, мгновенно поняв всю ситуацию. Старик легко улыбнулся, потянул Сумэй назад, сложил руки и сказал.
— Ваше Высочество наследный принц человек свободный, всегда способен на то, на что другие не способны, дарит людям сюрпризы. С появлением в этом мире Вашего Высочества жизнь действительно стала намного интереснее. Тогда старик здесь желает наследному принцу исполнения желаний и достижения задуманного.
Ли Цэ улыбнулся.
— Благодарю господина Вэй за добрые слова.
— Когда она говорила, что выйдет за тебя? Наш ван не знает!
— Прибыл ван Луцзян! — громко провозгласил растянутый голос евнуха.
Чжао Сун, в парчовом халате цвета сосновой зелени, торопливо вошёл снаружи, принеся в зал холодный воздух, на ходу снимая плащ с шеи и бросил его слуге позади.
Чжао Ци опешил, поспешно шагнул вперёд, желая остановить следующие слова Чжао Суна. Но Чжао Сун поднял руку, не принимая возражений Чжао Ци и твёрдо сказал.
— Давно слышал, что наследный принц Баньян Тана романтичен и непокорен, поведение распутное, сегодня наш ван действительно увидел нечто новое.
— Тринадцатый брат! Нельзя проявлять неуважение! — Чжао Ци тихо одёрнул брата.
Члены императорской семьи, по обе стороны, сейчас все вытаращили глаза, ожидая зрелища. На мгновение зал, со ста с лишним людьми, погрузился в безмолвие, все жадно смотрели на них.
Чжао Сун стоял перед Ли Цэ, взгляд скользнул по Чу Цяо, затем вернулся к Ли Цэ. Медленно наклонив голову, он приблизился к его уху и, понизив голос, медленно сказал.
— Что бы ты ни задумал, не используй её.
В глазах Ли Цэ мелькнула улыбка, он приблизился к уху Чжао Суна и тихо рассмеялся.
— Как же я посмею, я только лелею её.
Чжао Сун вытаращил глаза, собираясь заговорить, как внезапно раздались девять раз по пять ударов колокола. Среди грохочущего звона барабанов и колоколов правитель великой Да Ся, наконец-то, с опозданием, прибыл.
А, за время противостояния Чжао Суна и Ли Цэ, Янь Синь тоже тихо занял своё место, с обычным выражением лица, словно не было никакого волнения.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
