Детский голосок звучал нежно и звонко, словно перезвон колокольчиков на ветру.
Его ноги были сломаны, и многие считали его грязным. Все дети в детском саду помнили тот случай, когда он обмочился.
На самом деле он не был грязным. Он уже давно сам надевал одежду и брюки. После туалета он всегда трижды старательно мыл руки. Пэй Чуань развивался гораздо быстрее сверстников и уже умел решать арифметические задачи. Но стоило ему лишиться ног, как он превратился в «грязное существо».
Когда отец давал ему имя, он вложил в него смысл «море принимает в себя сотни рек»1.
Пусть он и не понимал до конца, что это значит, но знал, что это хорошее имя.
Однако даже самое благородное имя теперь, когда его ноги были отняты, покрылось пылью и лишилось души.
Первыми пришли родители Чэнь Ху: и отец, и мама.
Отец Чэнь Ху был знаком всем детям, дядя с тигриной спиной и медвежьей талией. Он вытаращил глаза, ставшие огромными, словно медные колокольчики, и, указывая на Пэй Чуаня, выкрикнул:
— Паршивец, если с моим Сяо Ху что-то случится, я тебя до смерти забью!
Услышав это, Чэнь Ху зарыдал так, что затряслись небо и земля, чувствуя себя крайне обиженным.
Мама Чэнь Ху тоже сердито взглянула на Пэй Чуаня и, подхватив ребёнка на руки, собралась вести его в клинику осмотреть раны.
Учительница Сяо У неловко стояла в стороне:
— Простите, простите, это мы не уследили за детьми, скорее ведите Сяо Ху на осмотр.
Только тогда супруги, неся ребёнка на руках, ушли.
Спустя полчаса пришла мать Пэй Чуаня, Цзян Вэньцзюань. Она была миловидна, её волосы были аккуратно собраны на затылке. Весь её облик казался опрятным и строгим.
Это была очень нежная и кроткая женщина. Пэй Чуань походил на маму больше: его черты лица были изящными, но из-за того, что на три доли он всё же удался в отца, контуры его лица казались более суровыми.
По пути Цзян Вэньцзюань уже выслушала рассказ учительницы Сяо Чжао о случившемся.
Женщина молча подошла к Пэй Чуаню, сначала улыбнулась ему, а затем, склонившись, погладила его по голове.
Бэй Яо ясно видела, как в глазах молчаливого мальчика постепенно зажёгся живой свет.
Словно весна вернулась на землю, и на сухом дереве пробились изумрудные ветви. Искры этого сияния наполнили его чёрные как смоль глаза красками. Когда мать покатила инвалидную коляску к выходу, Бэй Яо услышала тихий, едва различимый хриплый голос мальчика:
— Мама.
Он умел говорить, просто был неразговорчив.
В сердце маленького ребёнка были свои весы2, и границы он проводил чётко.
Она хлопала глазами, прижавшись к дверному косяку, и неотрывно смотрела им в спины.
Когда же Пэй Чуань наконец захочет заговорить с ней?
- Море принимает в себя сотни рек (海纳百川, hǎi nà bǎi chuān) — чэнъюй, означающий широту души, терпимость и величие. ↩︎
- В сердце есть весы (心里有杆秤, xīn lǐ yǒu gǎn chèng) — иметь собственное чёткое суждение о чём-либо, обладать чувством справедливости. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
