Доу Чжао, поддерживаемая под руку Шестой тётушкой, вернулась в боковую комнату, где её уже ждали тётя и Чжао Чжанжу. За стенами царило волнение: гости суетились, доносились звуки приготовления к свадьбе, но в комнате невесты царила умиротворяющая тишина. Сегодня был её день — день, когда она прощалась с юностью, и никто не смел нарушить её покой.
После скромного обеда появилась госпожа Чжао — счастливая избранница, которая должна была сопровождать невесту в её путешествии. Она приветливо поклонилась и сразу же приступила к своим обязанностям: раздавала поручения, давала указания служанкам, просила их приготовить воду для омовения и начала собирать невесту в дорогу. Госпожа Чжао уже имела богатый опыт, так как ранее сопровождала двух старших сестёр Чжао Чжанжу, и теперь она с лёгкостью передавала свои указания Ганьлу, проверяя, всё ли необходимое собрано в дорогу.
Тем временем, материнская тётя и Шестая тётушка устроились с чашками чая в главной комнате.
— Пятая госпожа до сих пор не появилась. Кажется, там действительно царит беспокойство, — прошептала тётя со стороны матери.
Шестая тётя, женщина практичная и прямолинейная, сразу же присоединилась к разговору:
— За все эти годы седьмой дядя никогда не отказывал ей в деньгах, но вот в душевном тепле… К сожалению, он всегда был холоден к ней. В молодости у неё были надежды, и она верила, что всё ещё впереди. Но теперь она постарела, у неё нет детей — чего ей ждать? Вот почему она так нервничает. Возможно, именно поэтому она придумала эту нелепую историю с подменой невесты.
Она вздохнула и произнесла:
— Моя свекровь планировала вернуться в Чжэньдин шестого числа девятого месяца. Кто бы мог подумать, что после того, как произошла эта история с Мин`эр и Шоу Гу так поспешно обручился с семьёй Сун, она отложит свой отъезд до десятого числа десятого месяца! Сегодня день Шоу Гу, день его радости, а седьмому дяде приходится подавлять свою злость. Если не устроить сцену сейчас, то когда же?
Тётя, которая была родственницей со стороны матери Доу Чжао, согласно кивнула:
— Интересно, приедет ли кто-нибудь из семьи Ван?
Согласно обычаю, семья Ван также считалась роднёй Доу Чжао по материнской линии. Обычно близкие родственники приезжали за несколько дней до свадьбы и оставались, чтобы участвовать в празднествах. Однако семья Ван ограничилась только подарками, а болезнь госпожи Ван стала предлогом, чтобы не приезжать. Даже вчера, когда выносили приданое, от них никого не было.
Госпожа Цзи всегда считала, что безрассудство Ван Инсюэ — это результат чрезмерной заботы её семьи. А после того, как Пань Кунбай однажды проявил интерес к Доу Чжао, её неприязнь к семейству Ван только усилилась.
— Лучше бы они не приезжали, — фыркнула она. — Не хватало только портить настроение в такой день.
И тут появился Доу Шиюн. Он был растрепан, в мятой одежде, с уставшим лицом. Казалось, за ночь он постарел на несколько лет.
— Где Шоу Гу? — спросил он, не глядя ни на кого из присутствующих.
Материнская тётя и госпожа Цзи обменялись улыбками и ответили:
— Жениху нужно увидеть невесту? Она в своей комнате, переодевается.
— Хорошо, хорошо… — Доу Шиюн облегчённо вздохнул. — Пожалуйста, побудьте с ней. Я уже велел Гаошэну никого не пускать в верхний двор.
Он, казалось, немного успокоился и, поблагодарив, ушёл.
В этот момент из-за угла выскочила Сулань, посланная разведать обстановку:
— Госпожа! Шестая госпожа! — выдохнула она. — Седьмой господин так быстро прибежал, что я не успела доложить…
— Сейчас не до того, — прервала её тётя. — Говори, что там произошло? Почему седьмой господин так скоро сбежал? Почему Пятая госпожа до сих пор не пришла?
— С самого утра седьмая госпожа пребывает в состоянии истерики, — торопливо сообщила Сулань. — Пятая госпожа пыталась её успокоить, но безуспешно. В итоге седьмой господин, не в силах сдержаться, позвал старшего молодого господина и дал ему поручение: отправиться к старшему сыну семьи Ван и забрать седьмую госпожу обратно. Он добавил: «Если ты не хочешь выполнять поручение седьмого дяди, скажи сразу — я найду другого!» Старший молодой господин не осмелился возражать и сразу же отправился в путь.
— А что седьмая госпожа? — не сдержала любопытства Шестая тётя.
— Она кричала, что хочет покончить с собой. Пятой госпоже пришлось приложить усилия, чтобы не допустить серьёзных травм. В ярости, она сказала: «Гости уже должны быть на месте. Господину стоит пойти их встречать, иначе это вызовет подозрения и испортит всю торжественность!»
— Седьмую госпожу пока не выпускать из комнаты, — приказала Пятая госпожа. — Мы разберёмся с этим вопросом после того, как Четвёртая барышня покинет наш дом.
В этот момент в комнате появилась молоденькая служанка и доложила:
— Прибыли Пятая барышня и её супруг, наследник дома хоу Цзинина.
Пятая госпожа попросила горничную пригласить Пятую барышню и, обратившись к господину, тихо сказала:
— Между матерью и дочерью всегда существует особая связь. Возможно, стоит позволить Пятой барышне поговорить с Седьмой, ведь она сейчас не в себе…
Так и получилось, что господин пришёл сюда, а Пятая госпожа осталась в опочивальне, ожидая госпожу Мин.
Тётушка по материнской линии и госпожа Цзи, наконец, осознав всё, заговорили шёпотом:
— Интересно, как теперь семья Ван собирается решать эту проблему?
— Сколько ни пытайся оправдаться, позора уже не смыть. Как теперь она будет смотреть в глаза младшему поколению?
— Кто бы мог подумать, что мой зять, такой мягкий и нежный, как глиняная фигурка, вдруг окажется настолько решительным? Это словно гром среди ясного неба!
— Удивительно, как порой те, кто кажется мягкими и уступчивыми, на самом деле могут быть такими упрямыми, когда речь заходит о важных делах…
Из глубины комнаты донесся голос Чжао Чжанжу, полный радости и восхищения:
— Шоу Гу, ты выглядишь просто великолепно в этом венце с фениксом и вышитом узорчатом платье! А в церемониальных одеждах невесты наследника ты будешь просто ослепительна!
Очевидно, Доу Чжао уже облачилась в свои свадебные наряды.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
Там немного ошибка в переводе: когда отец приходит в комнату к Доу Чжао и тётки его спрашивают Жених хочет увидеть невесту-это не правильно. Нужно “Отец хочет увидеть невесту?”(жених еще не пришел) И потом почему тётю Чжао ,стали вдруг просто называть тетушка по материнской линии. без имени. ??? Это и так понятно она мать Чжао Чанчжу, жена дяди Доу Чжао, золовка матери Доу Чжао , Чжао Гуцю. Так еще хуже запутаться можно.
“Пятая госпожа ещё не появилась?” И дальше речь явно о седьмой Ван Инсюэ
Во всем этом бардаке виноват только Доу Шиюн. И мне его абсолютно не жаль!
Сначала довёл свою жену до самоубийства, притащил новую бабу в дом.
Затем и новую бабу стал игнорировать. Да блять – будь ты хоть где-нибудь мужиком! Возьми ответственность за свои поступки. Крыса не иначе. Ничего не может довести до конца. Люби он эту Инсюэ и она была бы счастливее и все вокруг. Ничего не может сделать нормально. Достаточно было вникнуть в дела своей семьи после смерти жены. А он только сопли на кулак мотал, бесхрибетное бесхарактерное существо с писюном. Я так понимаю жизнь его наказала и интерес к женщинам вообще пропал. Туда и дорога , как говорится. На счёт Доу Мин тут он тоже поступил неправильно, раз уж вся его семейка, включая старшего дядю выпихнула её замуж, то блин постарайся и тоже помоги с преданным. А то он опять все только Чжао, а про вторую и не помнит. Именно такое отношение и портит отношения в семье.
Да уж, Шиюн во многом не прав. Вот только в изначальной версии жизни Доу Чжао Шиюн Инсюэ не игнорил, а любил и все равно она устраивала сложности ггж лишь бы своим детям выгоды побольше нахапать. Хотя казалось бы, у тебя уже все есть, зачем притеснять девочку? А она ее вообще выжыть хотела. Так что от любви Шиюна к Инсюэ, все не стали счастливее)) Зато в этой жизни, его нелюбовь к ней стала определенным ограничителем для нее, в частности в притеснении Чжао.
Хотя Шиюн виноват в том, что втащил таким способом Инсюэ в дом, самоубийство его жены я бы на него не вешала. То, что он сделал, конечно, даже по их меркам было стремно, но не настолько, чтобы выпиливаться. Тут мать Чжао сама напартачила.
На счет приданного, согласна, из-за такого отношения и портяться. Хотя их отношения там и так давно дно пробили. Только и тут не сказать, что все так однозначно. Ведь у Доу Мин и так, само по себе, было богатое приданное. Т.е. он не дал ей мало, но дал меньше чем Чжао из-за того, что Мин заняла ее место. Это мы знаем, что гг не хотела выходить за Тиньюя, а для Шиюна ситуация выглядела иначе. Да, чтобы замена стала возможной в ней поучаствовала часть семьи, но и Доу Мин была в деле, она от этого невинной овечкой не стала. Ее не насально выпихнули, а она согласилась с планом и заменила сестру.
И да, сделал он все это криво (выставил приданное на обозрение), что порадило огласку, сравнения, но в остальном, придирки сестры Тиньюя и зависть Мин во многом лишь от их характера. Они обе забыли, что вообще то и так более чем достаточно получили, но когда натура ненасытная сколько ни дай все будет мало. А Доу Мин впринципе свои проступки быстро забывает, ведь “очевидно”, что ей все должны.
В чем Шиюн действительно ошибся, так это в том, что пустил на самотек воспитание обеих дочерей.
Это и есть его изьян, он тот ещё инфантил.
И мне его в какой-то момент все-таки становиться немного жаль, ведь в этой жизни он осознал свою ошибку по отношению к Гуцю и старался исправится.