В тот миг, когда Е Ли оказалась в воде, она все же не сдержалась и мысленно выругалась. Хотя все эти годы она упорно тренировалась, совершенствуя свои навыки и выносливость, ей все еще было далеко до подготовки из прошлой жизни, когда приходилось и в дождь, и в ветер ползать и кувыркаться в грязи. К тому же нынешнее тело, хоть и не знало милости в семье, на самом деле принадлежало изнеженной благородной гунян из знатного рода, поэтому при попадании в воду мышцы тут же свела легкая судорога. К счастью, Е Ли была готова к такому повороту, она быстро пришла в себя и поплыла к гунчжу Линъюнь, а затем ловко схватила отчаянно барахтающуюся девушку и потащила ее на глубину.
Одного взгляда хватило, чтобы понять, гунчжу Линъюнь совершенно не умеет плавать. Е Ли невольно усмехнулась про себя. Прекрасно, стоит ли ей восхититься смелостью этой гунчжу, решившей принести себя в жертву ради любви? Не умея плавать, она осмелилась прыгнуть в воду! Что ж, пусть на собственном опыте прочувствует, каково это, тонуть. Уверена, после этого она поймет, что значит действовать в меру своих сил. Поначалу гунчжу Линъюнь не слишком паниковала, зная, что помощь скоро придет. Но, вскоре она обнаружила, что стремительно погружается на дно, и в ужасе забилась еще сильнее. Е Ли хмыкнула про себя, ощутив колебания воды, она поняла, что кто-то уже нырнул. Оказавшись за спиной гунчжу Линъюнь, Е Ли точным ударом оглушила мечущуюся девушку, а затем потащила ее в другую сторону. Лишь когда Ли поняла, что та достигла своего предела, она вытолкнула ее обратно.
Все произошло в одно мгновение, и вскоре, в императорском саду, все гости собрались у берега озера. Первыми на помощь подоспели шивэй государства Силин и стражники сада, которые тут же прыгнули в воду.
— Они там! — внезапно выкрикнул кто-то на берегу. Все поспешили обернуться и действительно увидели мелькнувший над гладью воды цветной шелк, а следом показалась и супруга Дин-вана, которая одной рукой поддерживала гунчжу Линъюнь. В глазах присутствующих это выглядело так, будто именно она спасла принцессу. Е Ли посмотрела на шивэй, быстро плывущих в их сторону, и улыбнулась все еще бесчувственной гунчжу Линъюнь.
— Гунчжу, очнитесь. Гунчжу… нам на помощь пришли.
Е Ли несильно ударила ее и, оказавшаяся над водой, гунчжу Линъюнь быстро открыла глаза. Увидев перед собой насмешливую улыбку Е Ли, она, забыв о том, где находится, пронзительно закричала.
— Отпусти меня! — и начала яростно вырываться.
— Гунчжу, не двигайтесь. Осторожно…
— Мне не нужна твоя забота! — завидев, что шивэй уже близко, гунчжу Линъюнь, чувствуя за собой поддержку, с силой оттолкнула Е Ли.
Прекрасно… С выражением ужаса на лице Е Ли на глазах у всех вновь погрузилась в воду, отброшенная толчком принцессы.
Как только гунчжу Линъюнь оказалась на берегу, служанки тут же набросили на нее сухую одежду. Цинюй и Цин Ся в гневе уставились на принцессу.
— Гунчжу, наша Ванфэй из добрых побуждений спасла вас, почему вы ее толкнули?
Гунчжу Линъюнь подняла голову и, заметив на себе осуждающие взгляды многих присутствующих, на мгновение опешила. Все шло совсем не так, как она планировала.
— Я не толкала ее!
Хуа Тяньсян холодно усмехнулась.
— Великая Гунчжу имеет смелость совершить поступок, но боится признать его. Если уж решили лгать, потрудитесь придумать что-то более правдоподобное. Или вы считаете, что мы все здесь слепые?
Гунчжу Линъюнь в ярости воскликнула.
— Это она столкнула меня в воду, мне не нужно было ее спасение!
Гунчжу Чаоян с мрачным лицом произнесла.
— Гунчжу хочет сказать, что супруга Дин-вана сначала столкнула вас, а потом сама прыгнула вслед за вами, чтобы спасти? И, в итоге вы целы и невредимы, а она до сих пор не выбралась? Вам лучше молиться, чтобы с супругой Дин-вана все было в порядке. В противном случае, даже если вы Гунчжу Силина, наша Великая Чу этого так не оставит!
— Ванфэй… Нашли Ванфэй!.. — закричала Цинюй, с тревогой ожидавшая у самого края.
В озере показались Цин Шуан и Цинлуань, которые с двух сторон поддерживали явно лишившуюся чувств Е Ли. Люди на берегу поспешили помочь вытащить ее и укрыть сухой одеждой. Цинюй взяла ее за руку, проверяя пульс. Гунчжу Чаоян с тревогой смотрела на Е Ли.
— Как она? Почему придворный лекарь еще не прибыл?
Цинюй подняла голову.
— Благодарю за заботу, Чжан-гунчжу. Ванфэй наглоталась воды и потеряла сознание, серьезной угрозы быть не должно. Однако… сейчас ей необходимо место для отдыха.
Гунчжу Чаоян огляделась и решительно скомандовала.
— Дворец Чаося ближе всего, несите супругу Дин-вана туда.
Толпа последовала за чжан-гунчжу Чаоян, унося бесчувственную Е Ли во дворец. Про гунчжу Линъюнь, которая тоже побывала в воде, но осталась невредимой, все невольно забыли. Глядя на поспешно уходящих людей, принцесса то бледнела, то багровела от злости.
— Гунчжу… — осторожно позвала ее служанка из Силина.
— Прочь! — прорычала гунчжу Линъюнь.
Атмосфера во дворце Чаося была гнетущей. Во внутренних покоях Мо Сюяо с суровым видом сидел в кресле у кровати, не сводя глаз со спящей женщины, пока придворный лекарь осторожно проверял ее пульс. Гунчжу Чаоян, сидевшая в стороне, нахмурившись, спросила.
— Как супруга Дин-вана?
Лекарь задумался и, бросив взгляд на Мо Сюяо, ответил.
— Отвечая Ванъе и Гунчжу, жизни Ванфэй ничего не угрожает. Просто… она перенесла сильное потрясение. Я выпишу успокоительное и средство, изгоняющее холод.
Гунчжу Чаоян спросила.
— Если опасности нет, почему она еще не пришла в себя?
— Это… Супруга Дин-вана, слабая женщина, вероятно, из-за внезапного попадания воды в дыхательные пути у нее перехватило дыхание. Однако это несерьезно, она очнется после небольшого отдыха, — ответил лекарь.
Гунчжу Чаоян невольно вспомнила тот момент, когда Е Ли поддерживала принцессу на плаву, и последовавший за этим толчок гунчжу Линъюнь. Ее лицо стало еще мрачнее, она кивнула.
— Иди, приготовь лекарство.
— Повинуюсь.
В комнате остались только гунчжу Чаоян и Мо Сюяо. Она поднялась и сказала.
— Сюяо, позаботься о супруге. Что касается гунчжу Линъюнь, я сама добьюсь справедливости для вашей семьи.
Мо Сюяо равнодушно кивнул.
— Благодарю, тетя. Но, давайте подождем, пока А-Ли проснется, прежде чем ставить точку в этом деле.
Гунчжу Чаоян вздохнула и согласилась.
— Пусть будет по-твоему. Оставайся со своей женой, а я пойду.
Увидев, что чжан-гунчжу ушла, Мо Сюяо подъехал ближе на своем кресле. Понаблюдав некоторое время за спящей, он негромко спросил.
— А-Ли, ты планируешь проспать весь сегодняшний дворцовый пир?
Ресницы Е Ли слегка дрогнули, и она медленно открыла глаза.
— Как ты это понял?
Мо Сюяо покачал головой и спокойно произнес.
— Почувствовал. Если ты смогла обмануть лекаря, неужели я бы не догадался? — вспомнив странное и недоуменное выражение лица лекаря, который в итоге списал все на испуг, Мо Сюяо ощутил тень улыбки в глазах. — А-Ли, я и не знал, что ты так любишь спасать людей из беды.
Е Ли беспомощно ответила.
— У меня не было выбора. Если бы я не спасла ее, сейчас все бы считали, что это я столкнула ее в воду.
Глаза Мо Сюяо блеснули.
— Там, снаружи, Гунчжу Линъюнь действительно настаивала на том, что это ты ее толкнула.
— Там… она и впрямь неутомима. После такой встряски у нее еще есть силы скандалить? — изумилась Е Ли.
Под водой она изрядно помучила принцессу и никак не ожидала, что та, вместо того чтобы звать врача, продолжит устраивать сцены. Вспомнив истинного виновника своих злоключений, Е Ли прищурилась и уставилась на открытую часть лица Мо Сюяо.
— Кстати, ванъе… сегодняшнее происшествие, можно сказать, случилось из-за вас. Вам есть, что сказать?
Мо Сюяо приподнял бровь, вопросительно глядя на нее. Е Ли хмыкнула.
— Эта Гунчжу Линъюнь к Ванъе всей душой прикипела. Она во всеуслышание заявляла, что непременно станет главной супругой в поместье Дин-вана.
— Гунчжу Линъюнь из Силина? — нахмурился Мо Сюяо.
Е Ли пристально следила за ним.
— У тебя ведь нет с этой Гунчжу какого-нибудь обещания, данного много лет назад?
Опуститься до того, чтобы обмануть семи или восьмилетнюю девочку… такого мерзавца… нужно прибить на месте!
Мо Сюяо покачал головой и серьезно ответил.
— Я могу с уверенностью сказать, что мы с Гунчжу Линъюнь никогда не встречались.
— Если она никогда не встречалась с тобой, как она может со слезами и криками требовать свадьбы и даже сама прыгнуть в озеро? Неужели… это из-за положения Дин-ванъе-фу? — Е Ли была в недоумении.
Она не сомневалась, что Мо Сюяо не станет лгать ей в этом вопросе. На самом деле вероятность того, что Мо Сюяо и гунчжу Линъюнь были знакомы, изначально была невелика.
— По логике… замужество с Дин-ванъе не кажется соответствующим интересам принцессы государства Силин. Если бы Силин хотел заключить брачный союз, лучшим выбором было бы выдать Гунчжу Линъюнь за Императора.
Мо Сюяо взглянул на неё, казалось, немного удивлённо.
— Как ты узнала, что Силин хочет заключить брачный союз?
— А иначе зачем везти принцессу за тысячи ли? Просто зайти в гости?
Мо Сюяо сказал.
— Силин и наша Великая Чу издавна не ладят. Даже если в эти годы всё было довольно спокойно, все знают в своих сердцах и животах1, что рано или поздно война снова начнется. В обычных условиях Силин не мог бы на самом деле позволить принцессе приехать в Великую Чу ради политического брака.
В такой ситуации политический брак приравнивался к статусу заложника. Стоило двум странам начать войну, и неважно, гунчжу ты или цзюньчжу, ты станешь лишь жалкой жертвой. Е Ли нахмурилась. Верно сказано, в обстоятельствах, когда обе стороны всё понимают, императору Силина, даже если у него дочерей девать некуда, незачем отдавать одну из них собственному врагу.
Мо Сюяо посмотрел на то, как она, прислонившись к изголовью кровати, хмурится в глубоких раздумьях, и его взгляд немного потеплел.
— Не нужно много думать. Хотят ли они брачного союза, можно будет узнать на вечернем дворцовом пиру.
Когда Е Ли и Мо Сюяо вышли из дворца Чаося, все присутствующие в зале, кто до этого перешёптывался, тут же замолчали так, что стало слышно, как затихли вороны и воробьи2. Очевидно, случившееся в императорском саду встревожило многих, здесь была не только императрица, но даже император прибыл сюда. Вместе с ними пришли послы разных стран, кроме Бэйжуна. Когда они увидели вышедшую пару, взгляд Мо Цзинци сначала упал на Е Ли, и лишь спустя мгновение он спросил.
— Дин-ванъе, как чувствует себя Дин-ванфэй?
Мо Сюяо безразлично ответил.
— Благодарю за беспокойство, Император, с А-Ли всё в порядке.
Императрица с облегчением кивнула.
— Хорошо, что с Дин-ванфэй всё в порядке. Дин-ванфэй, присаживайтесь.
Оба поблагодарили императрицу, и Е Ли заняла предложенное место. Напротив неё поднялся шицзы Чжэньнань-ванъе из Силина Лэй Тэнфэн и звучно произнёс.
— Дин-ванфэй, Линъюнь только что перенесла испуг и по неосторожности допустила оплошность, из-за которой пострадали и вы. Прошу Ванфэй простить её.
Не успел он закончить, как гунчжу Линъюнь рядом с ним вскочила, превозмогая боль, и закричала.
— Ван-гэ, я же сказала, это она столкнула меня вниз!
Гунчжу Чаоян, нахмурившись, посмотрела на гунчжу Линъюнь.
— Гунчжу, все присутствующие видели, что Дин-ванфэй хотела спасти вас. Напротив, это вы столкнули уже выбившуюся из сил Дин-ванфэй в воду, из-за чего она потеряла сознание.
Гунчжу Линъюнь покраснела от гнева.
— У меня есть свидетель!
Гунчжу Чаоян нахмурилась и холодно произнесла.
— Мы знаем, Гунчжу только что сказала, что ваша служанка видела своими глазами, как Дин-ванфэй столкнула вас в воду. Но… учитывая поведение Дин-ванфэй при спасении вас во дворце Фэндэ и ситуацию в воде, словам вашей служанки, боюсь, трудно поверить.
Гунчжу Линъюнь завизжала.
— Ты хочешь сказать, что я лгу?
Гунчжу Чаоян бесстрастно посмотрела на неё. Хотя она не ответила, выражения её лица было достаточно.
— Линъюнь, перестань безобразничать! — сурово прикрикнул Лэй Тэнфэн.
Гунчжу Линъюнь в гневе расплакалась и с ненавистью проговорила.
— Хорошо! Раз вы не верите мне, я докажу это смертью!
С этими словами она вытащила из волос золотую шпильку и собралась вонзить её себе в сердце.
— Гунчжу, нельзя!..
— Линъюнь!..
Лэй Тэнфэн быстро среагировал и схватил гунчжу Линъюнь за руку, отобрав шпильку. У него ужасно разболелась голова из-за этой своенравной бяоцзе, и в то же время он с некоторым сомнением взглянул на сидящую напротив Е Ли. Хотя эта гунчжу всегда любила капризничать, такой бурной реакции у неё ещё не бывало. Неужели её и вправду оклеветали?
— Дин-ванфэй, не могли бы вы рассказать, что именно тогда произошло? — спросил Лэй Тэнфэн, пристально глядя Е Ли в глаза.
Е Ли спокойно встретилась с ним взглядом и тихо промолвила.
— Я и сама не знаю, как всё вышло. Гунчжу Линъюнь разговаривала со мной, и вдруг каким-то образом упала в озеро. А потом и я упала вслед за ней.
Брови Лэй Тэнфэна нахмурились ещё сильнее. Он с подозрением уставился на Е Ли.
— Вы тоже упали? Тогда знаешь ли ты, как именно ты упала?
Е Ли покачала головой.
— Гунчжу Линъюнь внезапно повалилась вниз. Я в испуге не успела прийти в себя, как уже оказалась в озере.
— Кажется, Дин-ванфэй умеет плавать, — заметил Лэй Тэнфэн.
Е Ли слегка улыбнулась.
— Нельзя сказать, что умею. Просто в детстве я тонула, поэтому немного поучилась. Но у меня совсем нет опыта, поэтому и…
Е Ли вроде бы ничего не сказала прямо, но в ушах присутствующих её слова прозвучали весьма красноречиво. В их сознании гладко сложились очертания всего происшествия. Все своими глазами видели, как гунчжу Линъюнь настойчиво тянула Дин-ванфэй поговорить. Должно быть, они обсуждали что-то неприятное, и гунчжу Линъюнь в порыве чувств оступилась и упала в озеро, увлекая Дин-ванфэй за собой. Если бы дело было только в этом, можно было бы счесть это несчастным случаем, но ведь Дин-ванфэй спасла гунчжу Линъюнь, а та, вопреки ожиданиям, отплатила за милость враждой3 и столкнула спасительницу под воду, доведя её до обморока. К тому же, воспользовавшись беспамятством пострадавшей, гунчжу заявила, что та сама её толкнула. В мгновение ока взгляды всех в зале на гунчжу Линъюнь и послов Силина изменились. Влиятельные люди Великой Чу и без того не питали симпатии к силинцам, а теперь и вовсе возненавидели их. Что за нравы у этих людей из Силина?
______________________
- знают в своих сердцах и животах (心知肚明, xīn zhī dù míng) — идиома, означающая, что обе стороны прекрасно понимают истинное положение дел, даже если не говорят об этом вслух. ↩︎
- затихли вороны и воробьи (鸦雀无声, yā què wú shēng) — идиома, означающая внезапно наступившую полную тишину. ↩︎
- отплатить за милость враждой (恩将仇报, ēn jiāng chóu bào) — идиома, описывающая крайнюю неблагодарность, когда на сделанное добро отвечают злом. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
