Дифэй эпохи процветания — Глава 78. Рана Мо Сюяо. Часть 1

Время на прочтение: 8 минут(ы)

— А-Ли, осторожно!

Е Ли погрузилась в свои мысли, как вдруг услышала голос Мо Сюяо и резко обернулась. В этот момент прямо в нее пустили стрелу из наручного самострела. Кинжал в руке Е Ли мгновенно вылетел, перед глазами мелькнула тень, и чья-то фигура повалила ее на землю.

— Мо… Сюяо… — нерешительно позвала Е Ли.

Она подняла руку и коснулась спины Мо Сюяо, тут же почувствовав влагу. Мо Сюяо обессилено обмяк рядом с ней и слабо улыбнулся.

— Ничего страшного…

— Ванъе! — А-Цзинь подбежал и помог Мо Сюяо подняться.

Тот, мертвенно бледный, нахмурился и произнес.

— Я в порядке. Посмотри, остались ли выжившие.

Е Ли села и посмотрела вперед. Человек, выпустивший стрелу, лежал мертвым с ее кинжалом в груди. Это был тот самый человек, которого она ранее оглушила, видимо, в какой-то момент он пришел в себя. Она горько усмехнулась про себя, неужели она слишком долго была вдали от полей сражений и забыла, что такое бдительность? Она оставила в живых нескольких противников посреди такой схватки. Нет… на самом деле, кроме этого последнего, она не убила ни одного. При мысли о том, что все они могли очнуться в любой момент, по телу пробежал холодок.

Теплая ладонь накрыла ее руку. Мо Сюяо посмотрел на нее и мягко улыбнулся.

— А-Ли, я в порядке.

Е Ли прикусила губу и с досадой ответила.

— Ранен и все еще «в порядке»? Что же тогда по-твоему «не в порядке»?

Позволив А-Цзиню поддержать Мо Сюяо, Е Ли встала, забрала свой кинжал, вытерла его и, разрезав одежду на его спине, осмотрела рану. Цвет вытекающей крови был обычным, значит, стрела не была отравлена. Она немного успокоилась. Мо Сюяо негромко сказал.

— Раз не умер, значит, все в порядке.

Е Ли стиснула зубы и велела А-Цзиню и стоявшим рядом людям перенести его в обитель Уюэань. Ей не пришлось даже отдавать приказ, аньвэй уже скрылись из виду, явно отправившись за лекарем.

В обители Уюэань, как и говорил Мо Сюяо, нападавших не было. Вэнь-ши получила известие и уже ждала их у ворот. Увидев возвращающихся, она поспешила навстречу и проводила их в подготовленную гостевую комнату. Хотя рана Мо Сюяо не выглядела смертельной, Е Ли уже видела, что на стреле были зазубрины. Можно было представить, сколько крови прольется, когда стрелу будут вытаскивать. Опасаясь напугать Вэнь-ши, Е Ли попросила ее пойти отдохнуть. Вэнь-ши посмотрела на нее, но, все еще тревожась, ушла готовить еду.

Мо Сюяо сидел на кровати, время от времени хмурясь от боли в спине. Е Ли с беспокойством спросила.

— Сильно болит? Лекарь скоро придет.

Мо Сюяо горько усмехнулся.

— Лекарь придет лишь для того, чтобы вытащить стрелу. Пусть лучше это сделает А-Цзинь. Он справится ловчее, чем эти врачи.

Е Ли нахмурилась и посмотрела на А-Цзина.

— Он умеет вытаскивать стрелы? На этой стреле зазубрины.

Если бы это была обычная стрела, не задевшая жизненно важных органов, ее можно было бы просто выдернуть. Но стрелу с зазубринами вытащить крайне трудно, при попытке вырвать ее силой можно выдрать большой кусок плоти. А-Цзинь с серьезным видом покачал головой.

Мо Сюяо бессильно произнес.

— Если бы она прошла насквозь, хлопот было бы меньше.

Е Ли холодно взглянула на него и не удержалась от сарказма.

— Если бы она попала на два цуня ниже и прошла насквозь, хлопот действительно бы не осталось.

— А-Ли… ты злишься? — Мо Сюяо вздохнул, глядя на нее мягким взором, словно не в его спине сейчас торчала стрела.

— Я!.. — Е Ли в досаде опустила голову и лишь спустя некоторое время успокоилась. — Прости, я злюсь на саму себя.

Если бы не ее беспечность и недооценка противника, если бы она не погрузилась в свои раздумья, Мо Сюяо ни за что не получил бы ранение. За столько лет спокойной жизни ее бдительность упала до такого уровня, если бы это случилось на прежних полях сражений, Е Ли погибла бы уже раз семнадцать-восемнадцать.

Лекарь прибыл очень быстро, поскольку его притащили за шиворот. Старик оказался не робкого десятка, после того как его протащили всю дорогу, он, едва коснувшись земли, с невозмутимым видом подошел осмотреть рану Мо Сюяо. Закончив осмотр, он долго вертел в руках подобную стрелу, которую принесла Е Ли, и наконец заговорил.

— Либо старик вскроет рану ножом и вытащит стрелу, либо… протолкнет ее чуть глубже и вытащит со стороны груди. Что выберете?..

— Второй вариант.

— Вытаскивайте спереди.

Е Ли и Мо Сюяо ответили одновременно и после этого невольно переглянулись. Е Ли, как ни в чем не бывало, отвела взгляд и спросила.

— Лекарь, что вы думаете?

Старик удовлетворенно кивнул.

— Ваш выбор разумен. Такой способ кажется болезненным, но это лишь резкая боль на мгновение. Если бы мы стали медленно резать плоть ножом, это было бы долгое мучение, да и заживать будет дольше.

— Кажется, вы хорошо знакомы с подобными ранениями? — спросила Е Ли, поддерживая Мо Сюяо и наблюдая, как лекарь умело готовится.

Лекарь ответил, не поднимая головы.

— Раньше я был военным врачом.

Так, вот оно что.

Е Ли смотрела, как лекарь очистил хвостовик стрелы и безжалостно толкнул его вперед. Тело Мо Сюяо в мгновение напряглось, он крепко сжал руку Е Ли. Она молча поддерживала его, глядя, как лекарь накинул прочную петлю на показавшийся наконечник с зазубринами и с силой дернул его наружу. Брызнула кровь, и вся стрела целиком вышла из груди Мо Сюяо. Лекарь взял поданное ему крепкое вино, промыл рану, привычными движениями наложил лекарство и перевязал все белой тканью. Только после этого он поднял голову и вытер пот со лба.

— Готово. Жизненно важные органы не задеты, кости целы. Нужно менять повязки каждый день и немного отлежаться, тогда все заживет.

Е Ли посмотрела на таз с окрасившейся в красный цвет водой и на груду окровавленных бинтов на полу.

— Нужно ли принимать какие-то снадобья? Что-нибудь для восстановления крови?

Лекарь пренебрежительно скривился.

— Ванъе еще молод, здоровье у него крепкое, отлежится, и все будет в порядке. Если Ванфэй так уж беспокоится, можете сварить ему отвар четырех трав¹, отвар дудника² для восполнения крови или настой красных фиников.

Глядя на то, как лекарь оставил несколько свертков с наружными лекарствами, подхватил свой ящик и важно удалился, Е Ли почувствовала легкую неловкость. Ей показалось, что названные лекарем отвары обычно пьют женщины.

— У этого лекаря… своеобразный характер.

Мо Сюяо слабо улыбнулся.

— Это домашний лекарь нашего поместья. Раньше он был врачом в отряде Черных всадников.

Мо Сюяо был ранен, и Вэнь-ши уговаривала их остаться в обители Уюэань, пока ему не станет лучше. Однако Мо Сюяо отказался, и Е Ли не стала возражать. Раз уж убийцы осмелились совершить столь дерзкое покушение на Мо Сюяо неподалеку от столицы, они наверняка не сдадутся после первой неудачи. Вэнь-ши уже твердо решила отречься от мирских дел, и их пребывание здесь лишь подвергло бы ее ненужной опасности. Когда прибыли аньвэй из поместья Дин-вана, Мо Сюяо оставил часть из них для охраны Вэнь-ши, а сам вместе с Е Ли вернулся в столицу.

То, что Дин-ванъе получил тяжелое ранение в окрестностях столицы, было событием не малым, однако Мо Сюяо, похоже, приказал скрыть это известие. После их возвращения знать столицы, судя по всему, ничего не знала о ранении Мо Сюяо. В любом случае, Мо Сюяо не нужно было, подобно обычным людям, ежедневно посещать утренние приемы во дворце, так что он просто остался дома залечивать раны. Лишь одно обстоятельство вызвало у них обоих чувство беспомощности. Как только они вернулись в поместье, Сунь-момо под предлогом того, что раненому ванъе необходим постоянный уход, распорядилась перенести Мо Сюяо в покои Е Ли. Линь-момо, Вэй-момо и управляющий Мо, разумеется, были только рады такому исходу. Они с воодушевлением командовали слугами, переносившими вещи Мо Сюяо в комнату новобрачных. Глядя на их ликующие лица, можно было подумать, что они совсем забыли о том, что их хозяин только что пережил покушение и тяжело ранен.

Благодаря единодушным усилиям всех обитателей ван-фу, Е Ли пришлось взять на себя обязанность по ежедневной смене лекарств на ране Мо Сюяо. Даже при том, что Е Ли прежде была военным, не раз смотревшим в лицо смерти, вид шрамов на теле Мо Сюяо все равно казался ей поразительным зрелищем. Шрамы от ножей и мечей на груди и спине, а также множество других следов былых ранений не позволяли соотнести это тело с внешним обликом Мо Сюяо, утонченного гунцзы. В конце концов Е Ли начала понимать смысл его слов: «Если не умер, значит, все в порядке». Чтобы выжить после таких тяжелых ранений, нужно было пройти через невероятное выживание, которое обычному человеку трудно даже вообразить. Каждый раз во время нанесения лекарства, глядя на этого, спокойно улыбающегося ей мужчину, Е Ли чувствовала щемящую боль в сердце. Однако, она не была из тех, кто любит попусту терзаться, поэтому быстро списала это странное чувство на то, что Мо Сюяо пострадал из-за неё, и поспешила погрузиться в процесс исправления ситуации.

Е Ли отклонила прежнее предложение Мо Сюяо нанять для нее искусного наставника по фехтованию, посвятив все время, свободное от управления делами ван-фу и заботы о Мо Сюяо, тренировкам на тайной площадке. Она сосредоточилась на целенаправленном развитии силы и скорости. Одновременно с этим она практиковала некий вид нэйгун, рекомендованный Мо Сюяо, хотя и понимала, что подобного успеха нельзя добиться одним шагом. Что касается слухов о том, что нэйгун³ высшего уровня позволяет раскалывать горы и дробить камни⁴, Е Ли недоумевала, зачем ей раскалывать горы и дробить камни собственными руками? Если ей удастся вернуть пиковую форму, то даже без внутренней силы она одним ударом сможет перебить человеку кость. Е Ли была довольна тем, что потенциал этого тела оказался весьма хорошим. По словам Мо Сюяо, оно было прекрасным материалом для занятий боевыми искусствами.

Поэтому Е Ли проводила большую часть дня на площадке. Первоначальный вид площадки она значительно изменила. Поскольку этим местом пользовались только она и Мо Сюяо, он не вмешивался в то, как она его переустраивает и как тренируется. Лишь изредка, когда не было дел, он приходил к краю площадки понаблюдать за ее занятиями. А вот А-Цзинь, увидев однажды мастерство Е Ли в бою, никак не мог этого забыть. Каждый раз, находясь подле Мо Сюяо, он во все глаза смотрел на Е Ли, а также на Цин Шуан и Цинлуань, которые тренировались вместе с ней, и едва не умолял ванфэй взять его в ученики.

 

Мо Сюяо и сам имел военное прошлое. Поначалу, он действительно не видел большой пользы в тренировках Е Ли, но, со временем, начал понимать их суть. Заметив, как бедный А-Цзинь то и дело жалобно поглядывает на три стройных фигуры на площадке, Мо Сюяо не удержался и замолвил за него словечко. Услышав это, Е Ли лишь рассмеялась.

— Сейчас я провожу лишь восстановительные тренировки, упор в которых делается на развитие силы, скорости и выносливости, здесь нет особых секретов. Просто А-Цзинь постоянно находится при тебе, и у него не так много времени.

Слово «восстановительные» заставило Мо Сюяо слегка приподнять бровь. Он негромко спросил.

— А-Ли считает, что после таких тренировок можно противостоять мастерам боевых искусств?

Е Ли беспомощно пожала плечами и, взяв полотенце, протянутое Мо Сюяо, вытерла пот.

— У каждого свои сильные и слабые стороны. Преимущество моего метода в том, что он требует меньше времени и не столь притязателен к врожденным способностям или пониманию. Взять хотя бы те техники нэйгун, что ты мне дал, если не брать в расчет талант и предрасположенность, то даже если я буду тренироваться по десять стражей в день, сколько времени пройдет, прежде чем я добьюсь успеха?

Мо Сюяо задумался, а Е Ли, с улыбкой глядя на него, продолжила.

— Мои тренировки хоть и не сделают из человека мастера, способного летать по стенам и крышам, но максимум за год приведут физическое состояние крепкого человека в максимально хорошую форму. А, если добавить целенаправленное обучение различным навыкам… У мастеров боевых искусств тоже всего одна жизнь.

Мо Сюяо понимал, крепких телом людей много, а мастеров боевых искусств, мало. Не каждый здоровый человек может стать мастером, но Е Ли, очевидно, намеревалась найти иной путь, обходя внутренние техники и используя иную силу, чтобы сделать человека сильным.

— У А-Ли очень необычный ход мыслей. Буду ждать твоих результатов, — улыбнулся Мо Сюяо.

— Благодарю, — ответила Е Ли. Ее не беспокоило то, что она открывает Мо Сюяо некоторые вещи, ведь только он мог обеспечить ее всем необходимым.

 

Во всем ван-фу лишь двое были недовольны увлечением Е Ли боевыми искусствами — Линь-момо и Вэй-момо. Очевидно, обе момо никак не могли взять в толк, почему, прежде изящная и кроткая сяоцзе, едва выйдя замуж в ван-фу Дин-вана, пристрастилась размахивать мечами и копьями. Они даже пытались окольными путями убедить Е Ли, что женщине подобает быть прежде всего спокойной, а излишняя суровость может не понравиться ванъе. От их ворчания Е Ли хотелось развернуться и бежать прочь, стоило ей только услышать голоса момо. Мо Сюяо же лишь наблюдал за этим как за комедией, ничего не говоря и позволяя двум момо изводить Е Ли своими наставлениями.

— Ванъе, Ванфэй. Из особняка Ли-вана прислали приглашение.

Управляющий Мо лично поднес красный свиток с золотым тиснением «дракон и феникс приносят процветание»⁵. Е Ли взяла его и, вскинув брови, спросила.

— Ли-ван берет в жены Гунчжу Линъюнь?

Управляющий также хорошо знал, что нынешняя Ли-ванфэй, родная младшая сестра их ванфэй, поэтому пояснил.

— В приглашении из особняка Ли-вана сказано, что он берет Гунчжу Линъюнь в качестве Пинфэй⁶.

Последние несколько дней из-за ранения Мо Сюяо и собственных дел, Е Ли была очень занята и не следила за тем, что ее не касалось. Она едва не забыла о свадьбах гунчжу Линъюнь и гунчжу Цися.

— В таком случае… Гунчжу Цися действительно вошла во дворец? — с любопытством спросила она.

Управляющий Мо доложил.

— В настоящее время Гунчжу Цися всё ещё проживает в поместье Чжан-гунчжу Чаоян. Похоже, Император и Тайхоу намерены выбрать благоприятный день в восьмом месяце, чтобы принять гунчжу Цися во дворец. Однако титул уже дарован, Император нарек Гунчжу Цися Ся-фэй. Что касается Гунчжу Линъюнь, то, из-за того, что Шицзы Чжэньнань-вана скоро отправляется обратно в Силин, со свадьбой пришлось поторопиться.

Управляющий не упомянул о том, что, хотя статус гунчжу Линъюнь и пинфэй, но пинфэй всё же не ровня дифэй, и на подготовку к свадьбе не требуется столько времени, сколько на свадьбу главной жены.

— На когда назначен свадебный пир? — спросил Мо Сюяо.

— Через три дня.

Мо Сюяо кивнул.

— Понятно. Управляющий Мо, приготовь от нашего с Ванфэй имени поздравительный подарок.

__________________

1. отвар четырех трав (四物汤, sìwù tāng) — классический рецепт китайской медицины для восполнения крови. ↩︎
2. отвар дудника для восполнения крови (当归补血汤, dāngguī bǔxuè tāng) — традиционное средство китайской медицины для стимуляции выработки крови. ↩︎
3. Нэйгун (内功, nèigōng) дословно переводится как «внутренняя работа». Это фундаментальное понятие в китайских боевых искусствах, даосской алхимии и цигун, обозначающее практику по развитию внутренней силы, энергии и здоровья. ↩︎
4. Раскалывать горы и дробить камни (开山裂石, kāishān lièshí) — невероятная физическая мощь. ↩︎
5. Дракон и феникс приносят процветание (龙凤呈祥, lóngfèng chéngxiáng) — символ счастливого брака. ↩︎
6. Пинфэй (кит. 聘妃) — это титул, обозначающий второстепенную (младшую) супругу Вана, которая по статусу стоит ниже его главной супруги — «Ванфэй» (王妃). ↩︎

Мо Ли — Список глав