Му Ваньяо немного посидела у Чуньхуа и вскоре ушла. Когда принцесса со своей свитой удалилась, Чуньхуа осталась в комнате и услышала снаружи голос Лю Вэньцзи:
— Нянцзы? Нянцзы, вы меня слышите?
Чуньхуа поднялась с постели и подошла к двери. Она услышала, как Лю Вэньцзи тихо произнес снаружи:
— Я написал письмо родным и сообщил, что задержусь здесь на несколько дней, чтобы поучить грамоте Второго молодого господина Янь из Линнани. Я вижу, нянцзы, что ваши раны еще не зажили. Вам нужно, чтобы я присмотрел за вами?
За дверью Лю Вэньцзи долго ждал, прежде чем до него донесся слабый голос девушки:
— Нужно.
Сердце его тут же наполнилось радостью! Он понял, что она неявно дала свое согласие на то, чтобы он остался.
—–
Днем, когда Му Ваньяо проснулась после полуденного сна, к ней пришла сестра Янь Шишэна, Янь Сяочжоу, и сказала, что хочет поднести принцессе благовония цзянчжэнь1.
Только что проснувшаяся Му Ваньяо потирала лоб, пока служанка Сяжун помогала ей умыться и одеться.
Сяжун внимательно смотрела на отражение принцессы в зеркале и заметила на ее губах легкую улыбку — было очевидно, что сейчас та пребывает в добром расположении духа.
После того как Чуньхуа заболела, ее место подле принцессы заняла Сяжун. Желая угодить Дянься, она расчесывала ей волосы и приговаривала:
— Янь-сяонянцзы, должно быть, прислал второй господин. Второй господин столь внимателен: стоило Дянься случайно обронить фразу, как он тут же принял ее близко к сердцу.
Му Ваньяо, услышав ее слова, бросила на нее мимолетный взгляд.
Му Ваньяо произнесла:
— С чего ты взяла, что раз я случайно обмолвилась, то он принял это близко к сердцу? Я просто увидела, как его обступила толпа, мне стало его жаль, вот я и помогла ему выпутаться. А раз я помогла, то разве не естественно, что он дарит мне сливу в ответ на персик?
Сяжун опешила.
Другие служанки, прислуживавшие принцессе, тоже замерли в изумлении.
Сяжун выразила общее потрясение:
— Неужели слова Дянься были помощью Второму молодому господину Янь из Линнани? Ваша служанка… ваша служанка этого не заметила.
Му Ваньяо все еще была в хорошем настроении и не стала бранить служанок:
— Вы, люди столь глупые, конечно, не способны понять моей доброты. Главное, чтобы Янь Шишэн понял. И он действительно понял. Значит, Бэньдянься не напрасно проявила редкое милосердие.
Янь Сяочжоу и раньше немного побаивалась Му Ваньяо. Теперь же, узнав, что та — принцесса, она, войдя в комнату и встав перед ней, смутилась еще больше. Лицо сяонянцзы было прелестным, но она все время стояла с опущенной головой и краснела, что казалось Му Ваньяо любопытным.
Янь Сяочжоу протянула шкатулку, которую прижимала к груди, служанке принцессы и глухо проговорила:
— В этой шкатулке ароматические лепешки, которые мы сделали вместе с моим вторым старшим братом. Я использовала большую часть, но кое-что осталось. Если Дянься не побрезгует, может взять их и попробовать. А если Дянься понравится, я сделаю еще.
Му Ваньяо велела служанкам забрать благовония. Заметив, что Янь Сяочжоу, присев в поклоне, уже собирается уходить, она мельком увидела, что уголки глаз девушки покраснели.
Му Ваньяо:
— О чем плачешь? Неужели тебе так обидно отдавать мне свои благовония?
Янь Сяочжоу вздрогнула от проницательности и холодного тона принцессы.
Она подняла голову, и ее глаза действительно были красными. Но она принялась отчаянно махать руками:
— Нет-нет, я плачу вовсе не из-за благовоний для Дянься! То, что Дянься они пришлись по вкусу — счастье для меня, как мне может быть обидно?
Му Ваньяо смотрела на нее.
Янь Сяочжоу, с покрасневшими глазами, плотно сжала губы.
Му Ваньяо лениво подперла рукой подбородок и небрежно бросила:
— Говори что хочешь, не ходи вокруг да около, как твой второй старший брат.
Лицо Янь Сяочжоу покраснело еще сильнее, на этот раз от стыда.
Она тихо прошептала:
— …Мой второй старший брат учился столько лет, неужели Дянься и правда не может ему помочь?
Му Ваньяо:
— Могу.
Янь Сяочжоу лишь хотела попытаться, и столь решительный ответ Му Ваньяо заставил ее в радостном изумлении вскинуть глаза.
Но Му Ваньяо прищурилась и улыбнулась:
— Однако я хочу, чтобы он сам пришел и попросил меня об этом.
Янь Шишэн сидел за столом, разбирая книги и обдумывая планы на следующий год.
Он рассчитывал на то, что, став спасителем Дянься, после отъезда принцессы квота на участие в провинциальных экзаменах в следующем году будет принадлежать ему по праву, и об этом даже не стоит беспокоиться.
Он без труда сможет отправиться в Чанъань.
- Благовоние цзянчжэнь (降真香, jiàngzhēnxiāng) — «аромат, призывающий истинное», ценное благовоние из ароматной древесины, которое часто использовалось в даосских обрядах для очищения. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
