Тайфу не стал бы сам себе посылать подарки. Тот, кто подготовил этот дар, и был истинным кукловодом.
Этот человек — не тайфу Дэн И.
Лян Цян не знал, было ли ему жаль, или он чувствовал разочарование, или вовсе ничего не чувствовал — он был лишь пешкой и не имел права на эмоции.
Отбросив лишние мысли, прежде чем Дэн И успел заговорить снова, Лян Цян низко поклонился и, достав из-за пазухи свиток, поднёс его в обеих руках:
— Тайфу, это скромный знак внимания от меня и моего отца, прошу вас, примите его.
Дэн И улыбнулся и сказал:
— Командующий Лян хорошо знает меня. — Он указал на стол. — Раз ты проявил такое рвение, я приму это.
Лян Цян положил свиток на стол:
— Как и сказал тайфу, хотя я прибыл не по делам службы, я всё же служу в пограничных войсках, поэтому остановлюсь в военном лагере. Если у тайфу будут поручения, пошлите кого-нибудь в столичный гарнизон позвать меня.
Сказав это, он чётко и лаконично откланялся и ушёл.
Судя по его словам, он полагал, что тайфу ещё понадобится его помощь? Дэн И усмехнулся. Род Лян действительно можно было использовать. Вернее сказать, можно было использовать всех, кто не ладил с родом Се. Он поддержит род Лян, но о действительно важных поручениях говорить пока рано.
Он взял оставленный Лян Цяном свиток. Список подношений? А отец и сын Лян не промах — за столь короткий срок, рискуя жизнями, сколотили состояние, или же это было припрятанное имущество рода Лян. Хоть и говорили о конфискации и ссылке, у таких великих кланов, как у хитрых зайцев, всегда припасено по три норы.
Они неизбежно утаивают часть богатств.
Но когда Дэн И развернул свиток, его взгляду предстали имена. Великий генерал пограничных войск — было указано его имя, возраст, место рождения и происхождение…
Эти сведения не были для Дэн И в новинку. Он знал об этих генералах ещё до того, как стал тайфу, а теперь их послужные списки и вовсе всегда были у него под рукой.
О самом великом генерале было написано всего пара строк, но затем кисть сменила тему, и возникло другое имя — глава канцелярии великого генерала. Хотя его должность была ниже, чем у генерала, написанное о нём занимало целую страницу…
Пока Дэн И читал, улыбка исчезла с его лица. С серьёзным видом он встал и вышел.
Слуга у дверей поспешно спросил:
— Будут ли поручения, тайфу?
Дэн И быстро зашагал прочь:
— Возвращаемся в императорский город.
Посетители смотрели на шум у ворот. Дэн И, едва вернувшись, снова поспешно уехал, что подтвердило их прежние догадки.
— Тайфу внезапно вернулся только ради встречи с Лян-гунцзы.
— Лян-гунцзы удостоился столь высокого внимания тайфу!
— Но мы не видели, чтобы он преподнёс ценные дары.
— Должно быть, он прислал их заранее.
— Род Лян вот-вот снова возвысится!
Посетители не стали, как обычно, засиживаться до темноты. Кто-то спешил донести новость главам своих семей, а кто-то — поскорее нанести визит этому Лян-гунцзы и разузнать о нём побольше.
Пока аудиенция Лян-гунцзы у тайфу вызывала небольшое волнение в столице, Се Яньлай, вызвавший куда больший переполох, пришёл в себя в императорском городе. Проснувшись, он то ли от жгучего стыда, то ли по какой-то иной причине, тут же поднялся, собираясь уйти.
Се Яньфан и Сяо Юй подошли с другой стороны.
— Ты вернёшься в военный лагерь или домой? — спросил Се Яньфан. — Если не хочешь возвращаться домой, можешь пожить в столичном гарнизоне. Обо всех новостях из императорского города я велю сообщать тебе без промедления.
Какие новости из императорского города… Се Яньлай бросил взгляд на Чу Чжао.
Чу Чжао улыбалась ему и, заметив его взгляд, кивнула:
— Столичный гарнизон недалеко, обмениваться вестями там куда удобнее, чем в пограничном округе.
И всё равно это далеко. Се Яньлай вскинул брови и посмотрел на Се Яньфана:
— Боюсь только, домашние не слишком хотят моего возвращения. — Не дожидаясь ответа брата, он добавил: — Но хотят они того или нет, я всё равно вернусь.
Се Яньлай сжал кулаки, хрустнув костяшками, и холодно усмехнулся:
— Мне ещё нужно свести счёты со своими племянниками.
Сказав это, он поклонился Сяо Юю:
— Ваш слуга просит дозволения удалиться.
Трое находившихся в зале не успели и слова вставить, как Се Яньлай уже вышел, но они, очевидно, привыкли к подобному и ничуть не удивились.
Се Яньфан тоже поклонился Сяо Юю:
— Ваш слуга просит дозволения удалиться.
— Се-сань-гунцзы проводит его до дома? — с улыбкой спросила Чу Чжао.
Се Яньфан рассмеялся:
— Разумеется, нет. Если я вернусь сейчас, они, когда начнут драку, потребуют, чтобы я их рассудил. Нет уж, я сегодня вообще домой не пойду.
Чу Чжао и Сяо Юй весело рассмеялись.
Се Яньлай ушёл, Се Яньфан вернулся в управу, но Чу Чжао не стала и дальше лузгать семечки с Сяо Юем.
— Пойду переговорю с тайфу, — сказала Чу Чжао. — А-Юй, ты пока напиши несколько листов каллиграфии, чтобы вечером нам не пришлось возвращаться к урокам. Я велю позвать маленькую труппу, послушаем оперу.
Сяо Юй радостно захлопал в ладоши:
— Замечательно, замечательно! Хочу посмотреть, как они кувыркаются.
Чу Чжао обратилась к Ци-гунгуну:
— Слышали? Исполняйте веление императора. Пусть все кувыркаются!
Ци-гунгун с улыбкой отозвался:
— Слушаюсь. Государь и няннян останутся довольны.
Чу Чжао ушла, но Сяо Юй не вернулся в кабинет, а взобрался на кушетку у окна.
— Мой государь, — Ци-гунгун поспешил за ним и тихонько увещевал: — Чу Хоу велела вам писать, ты не ленись, не то сестрица отшлёпает тебя по ладоням.
Когда Чу Чжао не было рядом, на лице Сяо Юя не оставалось и следа детской непосредственности.
— Я знаю, — оборвал он Ци-гунгуна. Нахмурившись, он принялся оглядывать стол и заглядывать под него.
— Государь, что вы ищете? — осторожно спросил Ци-гунгун.
Сяо Юй посмотрел на скорлупки от абрикосовых косточек на столе и покачал головой:
— Ничего.
Он спрыгнул с кушетки и, заложив руки за спину, направился в кабинет. Ци-гунгун не посмел больше ни о чём спрашивать и молча последовал за ним.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
