Сяо Чанин замер на мгновение, его тело напряглось, но он сделал вид, будто ничего не слышал. Он зашагал прочь и вскоре скрылся в колышущихся на ветру тростниковых зарослях. Он выбирался из гор по пути, указанному Сяо Хуаяном, и по дороге не встретил ни одного хищного зверя. Стоило ему выйти на тракт, как он натолкнулся на охранников, оставшихся продолжать поиски.
Они обступили его, и кто-то спросил:
— Ле-ван-дянься, где тайцзы-дянься?
Сяо Чанин окинул его взглядом и холодно бросил два слова:
— Не знаю.
Охраннику ничего не оставалось, кроме как, глядя на изнуренного Сяо Чанина, отправить нескольких человек сопроводить его в летний дворец, в то время как сам он продолжил поиски с остальными.
Покушение в летнем дворце вскоре также подошло к концу. Второй принц Чжао-ван-дянься Сяо Чанминь и Синь-ван Сяо Чанцин получили приказ проводить тайхоу обратно. Остальные, естественно, последовали за ними и разошлись по своим покоям, однако никто, кроме Шэнь Сихэ, не смог уснуть.
Пережив столь великое потрясение, они преисполнились страха перед летним дворцом, но, пока император Юнин не отдавал приказа уезжать, никто не осмеливался и слова сказать.
Шэнь Сихэ проснулась, проспав два часа, и услышала весть о спасении Сяо Чанина. Она лишь безучастно отозвалась:
— Поняла. Подавайте завтрак.
Неспешно принимая пищу, она слушала доклад Чжэньчжу. О вчерашних нападавших уже появились известия, и они касались тайцзы, назначенного предыдущим императором. Тот правитель питал слабость к высокородной наложнице, но та была вдовой, вышедшей замуж повторно, и имела низкое происхождение. Как бы дерзко и своенравно ни поступал предыдущий император, при наличии законной жены он не мог возвысить высокородную наложницу до статуса главной супруги. Однако он под надуманным предлогом 1 сослал тайхоу и двух её сыновей на Северо-Запад.
В свое время он даже намеревался лишить императрицу титула, из-за чего в императорском дворе разразилась нешуточная борьба. Род тайхоу также подвергался постоянным преследованиям. В конечном итоге предыдущий император так и не добился желаемого и лишь на смертном одре провозгласил сына высокородной наложницы тайцзы.
К несчастью, этот тайцзы не получил признания министров. Предыдущий император испустил дух, и не успел тайцзы взойти на престол, как Цянь-ван и император Юнин вернулись с армией. В итоге тот вручил грамоту о капитуляции и исчез в недрах императорского дворца. Многие говорили, что император Юнин тайно казнил его.
Шэнь Сихэ никогда так не считала. У императора Юнина была веская причина убить его — покушение на Цянь-вана.
Просто она никогда не уделяла этой истории и этому человеку особого внимания и не ожидала, что у него найдутся подобные способности. Однако время, выбранное для их проявления, наводило на размышления.
Подумав об этом, Шэнь Сихэ не смогла сдержать легкой улыбки. Она была твердо уверена: то, что Цзячэнь-тайцзы сумел прорваться к летнему дворцу, не обошлось без участия Сяо Хуаяна. Способности Сяо Хуаяна оказались куда обширнее, чем она предполагала — Цзячэнь-тайцзы, которого все считали мертвым, на самом деле был жив.
Он не только выжил, но и превратился в острое лезвие в руках Сяо Хуаяна, чтобы в этот критический момент нанести императору Юнину сокрушительный удар.
Интуиция подсказывала ей, что это еще не конец. Сяо Хуаян определенно заставит императора Юнина познать истинную боль.
— Вчера во главе нападавших был не сам Цзячэнь-тайцзы, а его слуга, который покончил с собой сразу после захвата, — Чжэньчжу передала Шэнь Сихэ обстоятельства дела, которые уже стали достоянием общественности.
Шэнь Сихэ кивнула и снова опустила голову, продолжая размеренно трапезничать.
Стоило ей закончить завтрак, как явился Мо Юань с поспешным докладом:
— Чжэньбэй-цзюньчжу, боюсь, тайцзы-дянься попал в руки Цзячэнь-тайцзы.
Она как раз очищала руки. В воде разливался тонкий успокаивающий аромат, и плавали несколько ярких лепестков. Шэнь Сихэ вынула руки из чаши, приняла от Биюй чистый платок и медленно вытерла их:
— Вот как?
Мо Юань невольно поднял взгляд на Шэнь Сихэ. Увидев её полное спокойствие, он повторил:
— Тайцзы-дянься попал в руки Цзячэнь-тайцзы. Люди, напавшие в тот день на Бися и тайцзы-дянься, были людьми Цзячэнь-тайцзы. После спасения Ле-вана-дянься охранники обыскали горы и обнаружили множество трупов. Две группы людей вели ожесточенное сражение. Тела уже доставили обратно, некоторые из убитых одеты так же, как и те, кто вчера ворвался в летний дворец.
— Вот оно что, — выслушав его, Шэнь Сихэ осталась безучастной. Она насухо вытерла руки, нанесла защитный бальзам, взяла абрикосовую шаль и, набросив её на плечи, вышла из двора, направляясь к спальне императора.
Сейчас там стояло множество стражников, не позволявших обычным людям входить. Шэнь Сихэ предъявила золотую табличку и под завистливыми взглядами стотысячных чиновников и их семей получила разрешение пройти.
Обладая острым нюхом, Шэнь Сихэ едва переступила порог, как почувствовала густой запах крови и гнилостный смрад. Слегка нахмурившись, она с неизменным лицом миновала галереи и вышла на открытую площадку, где рядами лежали трупы, разделенные на две части. С одной стороны лежали люди в черном с вышитым на груди узором в виде пламени — их было заметно меньше.
С другой стороны также были люди в черном. Лица некоторых были открыты, другие же носили на головах капюшоны с прорезями для глаз. Этих было гораздо больше — по грубым подсчетам Шэнь Сихэ, около двухсот-трехсот человек.
Судмедэксперты и императорские врачи осматривали тела. Прямо перед ними стоял император Юнин, и выражение его лица было таким суровым, каким Шэнь Сихэ его еще никогда не видела.
— Скорее возвращайся. Ты ведь маленькая гунян, как можешь ты взирать на подобные кровавые сцены? — тайхоу тоже была здесь. Увидев Шэнь Сихэ, она тут же попыталась отослать её.
Шэнь Сихэ почтительно поклонилась:
— Чжаонин благодарит тайхоу за заботу. Но когда Чжаонин была на Северо-Западе и нападали тюрки, она не раз видела с городских стен, как отец и брат сражаются с врагами. Число погибших и раненых там невозможно даже сравнить с тем, что здесь.
Договорив, она с невозмутимым лицом и спокойным взглядом повернулась к усеянному трупами двору.
Тайхоу, увидев это, лишь похлопала её по руке:
— Седьмому лану нужна именно такая смелая тайцзыфэй.
— Бися, расследование показало, что здесь две группы людей. Одна — вчерашние убийцы, другая — неизвестного происхождения. Невозможно точно установить, кто первым похитил тайцзы-дянься, — Цуй Цзиньбай шагнул вперед и доложил императору Юнину о предварительных результатах.
Взор императора Юнина всё еще был прикован к павшим воинам боевой элиты, которых здесь было почти три сотни. Вчера вечером его люди схлестнулись с людьми Сяо Цзюэсуна. Откуда бы у людей Сяо Цзюэсуна взялись такие способности, чтобы вырезать его воинов подчистую, не оставив никого в живых?
Сколько сил и средств он вложил в их обучение! На поле боя каждый из этих элитных воинов стоил десятерых, а теперь они погибли так тихо и бесславно.
— Бися, небо покровительствует достойным 2, тайцзы-дянься непременно спасется, вам не стоит так терзаться, — заметив, что император Юнин отвлекся, Лю Санчжи поспешил возвысить голос.
Только тогда император Юнин пришел в себя:
— Тщательно разузнайте, откуда взялись эти люди.
— Слушаюсь, — Цуй Цзиньбай принял приказ. — Бися, прошу дозволения отправиться на место столкновения двух сторон. Возможно, там удастся найти след тайцзы.
Император Юнин рассеянно хмыкнул.
Шэнь Сихэ, видя это, выступила вперед:
— Чтобы найти тайцзы-дянься, нужно сначала прояснить, кем именно он был захвачен. Появились две группы воинов, и если мы ошибемся в суждениях, то боюсь, упустим время для спасения тайцзы-дянься. Ле-ван-дянься ведь уже вернулся? Не лучше ли пригласить его и расспросить?
Казалось, только в этот момент император Юнин заметил Шэнь Сихэ. Её предложение было разумным и обоснованным, и в присутствии стольких людей император Юнин не мог не согласиться:
— Пригласите Ле-вана.
Некоторые вещи не нуждались в сокрытии, и император Юнин нисколько об этом не беспокоился.
***
- Надуманным предлогом (莫须有, mò xū yǒu) — букв. «возможно, и есть», фразеологизм, означающий сфабрикованное обвинение или беспочвенный повод. ↩︎
- Небо покровительствует достойным (吉人自有天相, jí rén zì yǒu tiān xiàng) — китайская поговорка, означающая, что добродетельный человек всегда найдет выход из беды благодаря помощи свыше. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
