— Посмотрим, будет ли сегодня дождь в Дэнчжоу, — Шэнь Сихэ знала о беспокойстве Сяо Хуаяна. Раз уж даже Великий астролог мог ошибиться, то и тот человек, которого нашел а-де, — личность, чьего прошлого он совершенно не знал, — тоже мог допустить оплошность.
Шэнь Сихэ намеревалась воспользоваться дождем, чтобы объявить великое помилование гарема и отпустить служанок. Если предчувствие того человека окажется ложным, людей отпустят, а дождя не будет, то это сильно ударит по авторитету Шэнь Сихэ. Бися наверняка ухватится за этот случай, чтобы раздуть дело.
Она совершенно не хотела упускать столь прекрасную возможность, чтобы с быстротой внезапного удара грома, когда не успеваешь даже закрыть уши 1, провести чистку в гареме.
Упусти она этот шанс, учитывая, что она уже показала клыки Бися, — когда дела в Дэнчжоу уладятся и у императора освободятся руки, он ни за что не позволит ей так легко и прочно прибрать гарем к рукам.
Сяо Хуаян слегка повернул голову. Его глубокие черные зрачки смотрели на неё. Он молчал довольно долго, но так ничего и не сказал.
Посыпал мелкий дождь. Лицо Шэнь Сихэ смягчилось. Она не удержалась и вышла из комнаты, встав под карниз. Подставляя лицо прохладному ветру, пропитаному влагой, и слушая шум капель, она почувствовала, как её настроение без всякой на то причины улучшилось.
Сяо Хуаян, стоявший позади неё, прежде не любил дождливые дни. Долгое время дождь означал для него приступы яда: тело коченело от влажного воздуха. Позже, пережив слишком много, он стал относиться к этому равнодушно — без любви и без неприязни.
Ему редко доводилось видеть, как в туманной дымке дождя она стоит навстречу ветру с безмятежным лицом и нескрываемой радостью во взгляде. Он и сам не заметил, как полюбил дождливые дни. Сопровождать её, заваривая чай, вести беседы за игрой в шахматы, играть на гуцине или рисовать, в тишине слушая шум капель, — всё это казалось ему теперь особенным наслаждением.
Этому дождю радовалась не только Шэнь Сихэ, но и многие другие. И хотя Дэнчжоу находился за сотни ли отсюда, и дождь здесь вовсе не означал дождя там, это всё же дарило надежду.
Однако этим людям было суждено разочароваться. Даже когда миновал час Цзы, в Дэнчжоу не упало ни капли. Известие о том, что народ в Дэнчжоу вышел из-под контроля, среди ночи было спешно доставлено на императорский стол. Не считая слабого здоровьем Хуантайцзы Сяо Хуаяна, Бися срочно созвал нескольких принцев и министров в Зал Тайюнь, чтобы обсудить ответные меры.
Сяо Хуаяна хоть и не вызвали спешно, он всё равно проснулся. Набросив одежду, он поднялся с постели и посмотрел на ночное небо после дождя — оно казалось удивительно чистым, иссиня-черным и ярким.
— В Дэнчжоу дождя не было.
— Человек, к которому а-де обратился за помощью, — уважаемый затворник. Если бы он не знал, то, разумеется, не стал бы бросать слов на ветер. Раз он указал точную дату, значит, дождь обязательно будет, — Шэнь Сихэ на самом деле так и не ложилась, ожидая результата.
Она не хотела упускать эту возможность и пыталась убедить Сяо Хуаяна.
Его длинные ресницы, густые, словно тонкая вуаль, слегка опустились. В полуприкрытых сияющих глазах стало меньше серьезности и больше ласковой нежности.
— Я понял.
— А?
Понял? Что он понял? Эта бессвязная фраза привела Шэнь Сихэ в замешательство.
— Остальное предоставь мне. Тебе больше не нужно об этом беспокоиться. Я обязательно сделаю так, чтобы ты достигла желаемого, — Сяо Хуаян сжал плечо Шэнь Сихэ, развернулся и пошел по длинной галерее.
Дождевая вода стекала с карнизов, и разлетающиеся брызги исчезали в складках его одеяния, слегка взлетавшего при каждом шаге.
Шэнь Сихэ медленно повернулась, но не стала его догонять. Она замерла на мгновение, спрятала расшитые жемчугом носки туфель под подолом легкой юбки и слегка вытянула шею. В туманной дымке дождя её кожа казалась ослепительно белой. Она спокойным взглядом смотрела на пелену мелкого дождя, долго не моргая и погрузившись в свои мысли.
В летнем дворце сильный дождь шел день и ночь. На рассвете следующего дня он всё еще моросил, не переставая. В Дэнчжоу же по-прежнему нещадно палило солнце. Та нить, на которой держалось терпение народа, окончательно оборвалась. В сухих глазах людей угас последний свет, они покрылись сеткой кровавых прожилок. От отчаяния глаза каждого стали красными. Мятеж начался в двух крупных уездах, Вэньдуне и Цинъяне, и в мгновение ока распространился на уезд Мо Пин, уезд Хуан, уезд Пэнлай и другие земли.
Всё произошло так быстро, что Цзин-ван Сяо Чанъянь, охранявший Дэнчжоу, был застигнут врасплох. В управлении армией он был строг и решителен, в бою с врагами — отважен и беспощаден, но сейчас перед ним был народ. Простые люди целой области.
Сяо Чанъянь намеревался жестоко подавить первый и самый масштабный мятеж в уезде Вэньдун, но его остановил одиннадцатый принц Янь-ван Сяо Чангэн:
— Восьмой брат, нельзя.
— Люди просто хотят выжить, это не закоренелые преступники. Вэньдун — во главе, а чтобы поймать разбойников, нужно прежде схватить их главаря 2. Если мы возьмем Вэньдун, это наверняка устрашит остальных бунтовщиков! — холодным тоном произнес Сяо Чанъянь.
— Восьмой брат, в этом деле наверняка кроется какой-то подвох, — поспешно объяснил Сяо Чангэн. — Если бы это был обычный бунт простолюдинов, то твои действия, несомненно, принесли бы мир. Однако за этим явно кто-то стоит. В прошлую династию тоже случались засухи, длившиеся до двух лет, но таких мятежей не было. Мы с тобой в Дэнчжоу уже больше месяца. Пусть мы и не делали всё лично, но прилагали все усилия, и народ это видел. Даже если предсказания Великого астролога разошлись среди людей… Вчера дождь не пошел, и народ, конечно, разочарован и полон жалоб. Но, как ты и сказал, люди лишь хотят выжить. Пока они не доведены до крайности, разве станут они бунтовать? Если сейчас ты применишь военную силу, боюсь, это лишь укрепит их в мысли, что двор решил их бросить. Они станут сопротивляться еще яростнее. Тогда хаос станет неуправляемым, и как мы отчитаемся перед Бися?
Рука Сяо Чанъяня, сжимавшая меч, напряглась, на тыльной стороне ладони вздулись вены. Разве мог он не понимать, что здесь замешан обман? Однако зачинщики были слишком хитры. Почти за одну ночь они подбили на восстание весь Дэнчжоу. Словно разбойники, поджигающие всё вокруг, они превратили область в котел с бурлящей кашей.
Если не подавить мятеж железной рукой, он будет расти, подобно снежному кому.
— Повсюду стоят солдаты, а люди лишь собрались, чтобы выразить недовольство. Раз они хотят выжить, нам стоит выдать зерно. Дав им средства к существованию, мы естественным образом на время погасим их гнев. И в то же время нам нужно выяснить, кто строит козни за нашей спиной, — предложил Сяо Чангэн.
— Хватит ли продовольствия? — спросил Сяо Чанъянь.
— Не беспокойся, восьмой брат. Я уже подсчитал население каждого уезда. Зерно, полученное недавно из Министерства хозяйственных дел, уже постепенно доставляется в амбары каждого уезда. Прокормить жителей одного уезда в течение нескольких дней не составит труда, — кивнул Сяо Чангэн.
Сяо Чанъянь хлопнул Сяо Чангэна по плечу и с облегчением сказал:
— К счастью, я тогда послушал твоего совета и заранее отправил зерно в уезды, иначе… Остальное оставляю на тебя, а я пойду и посмотрю, кто это вставляет нам палки в колеса!
Сказав это, Сяо Чанъянь, поправляя длинный меч на поясе, стремительно удалился.
Сяо Чангэн стоял на месте, уголки его губ слегка приподнялись, но в улыбке сквозила горечь.
Тогда он предложил с большой помпой отправить провиант в каждый уезд Дэнчжоу лишь для того, чтобы успокоить сердца людей. Кто же знал, что он снова станет шахматной фигурой старшего брата — тайцзы.
Этот его брат-тайцзы всегда умел использовать абсолютно всё, что подворачивалось под руку, вечно оставаясь в стороне, в тишине извлекая выгоду и совершая дурные поступки так, что никто и не ведал, когда именно он протянул свою преступную руку.
— Ты вызвал народные волнения в Дэнчжоу? — новость пришла быстро, и Шэнь Сихэ уже всё знала.
- С быстротой внезапного удара грома, когда не успеваешь даже закрыть уши (迅雷不及掩耳之势, xùn léi bù jí yǎn ěr zhī shì) — совершить действие настолько стремительно, что противник не успеет среагировать. ↩︎
- Чтобы поймать разбойников, нужно прежде схватить их главаря (擒贼先擒王, qín zéi xiān qín wáng) — для решения масштабной проблемы необходимо в первую очередь устранить её первопричину или лидера. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
