Шэнь Сихэ действовала преднамеренно. Сяо Чанъянь прибыл сюда еще во времена засухи и все эти месяцы, можно сказать, не жалел сил, храня верность Дэнчжоу. Проливные дожди шли больше месяца, но он не позволил народу страдать от голода и холода, отчего его репутация среди простых людей была чрезвычайно высока.
Если не подпортить ему славу, то когда придет время расспросить его о деле Сяо Чангэна, он сможет воспользоваться этим авторитетом и добрым именем для самозащиты.
Шэнь Сихэ не отрицала прежних заслуг Сяо Чанъяня, но и не считала свои поступки низкими. Она не возводила на него напраслину — Сяо Чанъянь сам вложил ей в руки нож, и не воспользоваться им было бы просто расточительством.
— Не гневайся, супруга старшего брата, я лишь размышлял, как лучше организовать перевозку, чтобы она шла быстрее и зерно здесь не скапливалось, — Сяо Чанъянь держался невозмутимо, словно гора Тайшань1, и ничуть не смутившись, неспешно давал пояснения, пытаясь оправдаться.
— Цзин-ван-дянься может не беспокоиться. Если тележек не будет хватать, я просто велю той стороне прекратить отправку, — холодно ответила Шэнь Сихэ.
— Видя провиант, я преисполнился такой радости, что совсем об этом не подумал. Супруга старшего брата, будь спокойна, я непременно доставлю вверенный мне провиант в город в целости и сохранности. — Сяо Чанъянь с улыбкой принял поручение Шэнь Сихэ и повел своих людей к повозкам, где разгружали провиант.
Между тем хранивший молчание Сяо Чанцин, глядя на то, как сгружают тюки с провиантом и отправляют назад одну железную сеть за другой, с любопытством спросил:
— Тайцзыфэй, каким образом эти железные сети возвращаются обратно?
Столь искусно сплетенные железные сети, выдерживающие такой тяжелый груз и скользящие по воздуху без единого разрыва, явно были вещью редкой, а значит, их не могло быть много. Провианта предстояло переправить немало, и сетей на том берегу наверняка бы не хватило. Однако стальные тросы были закреплены так, что тот берег был выше, а этот — ниже, и потому сети не могли скользить в обратном направлении.
Место это и противоположный берег разделяла река неведомой ширины с бушующими волнами, по которой почти невозможно было пройти на судне. Из-за такого огромного расстояния человеку туда было не добраться, и Сяо Чанцин не на шутку заинтересовался.
— Синь-ван-дянься наделен выдающимся умом, почему бы тебе не попробовать угадать? — Шэнь Сихэ не ответила ему прямо, а передала освободившуюся железную сеть Мо Юаню.
Мо Юань забрал десяток железных сетей и ускакал прочь. Разумеется, эту задачу выполнял морской орёл. На самом деле Шэнь Сихэ когда-то предлагала Сяо Хуаяну установить на возвышении деревянный столб и соединить его с нижней точкой на той стороне, чтобы сети соскальзывали назад, но Сяо Хуаян отверг эту идею.
Сяо Хуаян сказал, что морской орёл справится быстрее, к тому же количество стальных тросов ограничено, а если возвращать сети таким способом, на том берегу понадобится еще один человек для их сбора, что только отнимет лишнее время.
Под пристальными взглядами множества людей нельзя было обнаруживать присутствие морского орла, поэтому Сяо Хуаян сказался больным, что дало ему повод не являться сюда, а укрыться в другом месте и тайно отдавать птице команды. Морской орёл был способен поднять в воздух взрослого человека или дикого кабана, так что несколько железных сетей не составляли для него никакого труда.
Зерно перевозили не всё сразу. Чтобы добраться до временного причала на той стороне, а затем до места, где были вбиты деревянные столбы с натянутыми тросами, приходилось проделывать огромный путь в обход. Они трудились с рассвета до самых сумерек, успев переправить провианта лишь на два десятка повозок.
Впрочем, этих двадцати повозок было достаточно, чтобы на несколько дней утолить острую нужду в уезде. Все, кто прибыл за провиантом, были воодушевлены и совсем не чувствовали усталости. Когда зерно доставили в город, видевшие это простые люди радостно восклицали, и у многих на глазах блестели слезы.
Видя сияющие улыбки на их лицах и блеск в глазах, Шэнь Сихэ и сама почувствовала тепло на душе. Дальнейшие заботы по распределению зерна по волостям и деревням взял на себя Сяо Чанцин. Шэнь Сихэ вернулась в свои покои, где ее ждал вернувшийся раньше Сяо Хуаян. Он уже приготовил лечебную ванну и отвар, чтобы прогнать холод, и поджидал ее возвращения.
— На улице сыро и дождливо, а земля холодная. Впредь лучше тебе туда не ходить, — сказал Сяо Хуаян, с сочувствием сжимая в ладонях ее слегка озябшие ступни.
Шэнь Сихэ не смогла вырваться, поэтому не стала сопротивляться, позволяя ему ухаживать за собой:
— Хм, одного раза сегодня было достаточно.
Количество перевозимого за день зерна было ограничено, и неизвестно, сколько еще раз придется совершать такие поездки. Сегодня был первый день, и Шэнь Сихэ должна была присутствовать лично, чтобы сдержать Сяо Чанъяня и Сяо Чанцина. В дальнейшем будет достаточно посылать туда Мо Юаня.
— Я заметила, что Синь-вану и Цзин-вану очень любопытно, как сети возвращаются назад, — напомнила Шэнь Сихэ.
Сяо Хуаян негромко рассмеялся и, слегка надавливая большими пальцами, принялся мягко массировать ее подошвы:
— Им любопытно не только это, еще больше их занимает вопрос, как мне удалось перекинуть через реку стальные тросы.
Расстояние между берегами было слишком велико, чтобы перебросить трос, а бурное течение внизу не позволяло ни переплыть реку, ни пройти на лодке. В конце концов, для них это останется неразрешимой загадкой. Противоположный берег можно было сравнить с изолированным островом: чтобы добраться до него, нужно было сделать огромный крюк. Даже если бы Сяо Чанцин и Сяо Чанъянь захотели все разведать, у них бы не хватило на это сил.
— Когда железные сети скользят вниз, я видела, как летят искры. Неужели сети и тросы действительно не перетрутся? — Шэнь Сихэ все еще немного беспокоилась.
— Износ, конечно, есть, но они не перетрутся за три-пять дней. И сколько бы ни продолжались эти дожди, тебе не о чем волноваться. Я велел постоянно проверять степень износа и уже приказал изготовить новые про запас, чтобы избежать беды, — Сяо Хуаян выглядел совершенно спокойным. — Не стоит переживать о доставке зерна. Сейчас, когда провиант прибыл и распределяется, наша первоочередная задача — прорыть каналы и рвы, чтобы отвести воду в море.
— Дедушка и остальные уже составили план раскопок? — спросила Шэнь Сихэ, услышав его слова.
Сяо Хуаян насухо вытер ей ноги, поднял на руки и перенес на мягкое ложе, заботливо укутав маленьким одеялом из кроличьего меха. Только после этого он вымыл руки, воскурил благовония и принес несколько свитков с чертежами.
Шэнь Сихэ полулежала на мягком ложе. Взяв один из свитков, она развернула его — это была схематичная карта уезда, на которой красками разных цветов были отмечены места скопления воды, особенности почвы и пригодность земель для рытья каналов. План по возможности обходил жилые дома, хотя некоторые постройки все же неизбежно пришлось бы снести.
Шэнь Сихэ разворачивала свиток за свитком, и в ее сознании невольно возникал образ того, как будет выглядеть эта местность после того, как пророют русла рек. Чем больше она смотрела, тем ярче сияли ее глаза:
— Если всё получится, в будущем этим краям не придется больше бояться наводнений!
Это был проект водного инженерного сооружения, который Тао Чжуаньсянь и Чжун Пинчжи начали планировать еще месяц назад. Получив поддержку Шэнь Сихэ и Сяо Хуаяна, они, не жалея сил, осмотрели каждое место и в кратчайшие сроки представили план.
— Мы не только избавимся от страха перед наводнениями. Посмотри на эти участки — здесь будет удобно орошать поля, а в этих нескольких местах Тао Гун и Чжун Гун предлагают заодно построить водохранилища. В них можно будет сохранять огромные запасы дождевой воды, что решит проблему засухи в будущем, — Сяо Хуаян указывал Шэнь Сихэ на нужные места.
Они увлеченно обсуждали планы, и когда разговор заходил о чем-то особенно воодушевляющем, их радостный смех не смолкал.
— Всё готово, осталось только решить, как Ю-Ю убедит народ.
Местные чиновники хоть и могли возражать, но, находясь на службе при императорском дворе, были обязаны подчиняться приказам. Бися тоже мог бы высказаться против, однако небо высоко, а император далеко2, и сейчас, когда связь затруднена, его распоряжениями вполне можно пренебречь.
Если народ поверит и пожелает последовать призывам, всё сложится само собой.
Шэнь Сихэ приподняла уголки губ и с глубоким смыслом посмотрела на него:
— У меня есть один превосходный способ, который непременно заставит людей откликнуться на призыв. Мне лишь нужно воспользоваться твоим добрым именем.
- Невозмутим, словно гора Тайшань (稳如泰山, wěn rú tài shān) — образное выражение, означающее крайнюю степень спокойствия, уверенности и непоколебимости. ↩︎
- Небо высоко, а император далеко (天高皇帝远, tiān gāo huáng dì yuǎn) — китайская поговорка, означающая, что в отдаленных регионах власть правителя ослабевает и люди предоставлены сами себе. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
