Компания вышла из ресторана. У обочины стоял чёрный «Кадиллак», о капот которого опирался молодой мужчина в белой футболке и джинсах, от которого так и веяло силой. Он стоял, опустив голову и куря сигарету. Щелчком пальцев он стряхнул пепел, под которым на мгновение вспыхнул красный огонёк. Услышав голоса, он молча поднял веки, и его холодные, блестящие глаза впились в них. Он молчал, перекатывая дым во рту, словно в следующий миг оттуда вырвется нечто, оскалив клыки и выставив когти1.
Мяо Цзин остановилась, глядя прямо на него. С улыбкой на губах она кончиками пальцев заправила выбившуюся прядь волос за ухо и, лучезарно улыбнувшись, сказала, что приехал её друг. Помахав всем рукой, она грациозно направилась к чёрной машине.
Чэнь И уже бросил сигарету, затушил её ногой, завёл двигатель и стал ждать.
Мяо Цзин сразу села на пассажирское сиденье. Окинув взглядом салон — пустой, без единого лишнего украшения, — она наклонилась, чтобы пристегнуть ремень, и в её холодном голосе прозвучала лёгкая нотка фривольности:
— Эта машина вполне соответствует твоему темпераменту.
Чэнь И вскинул бровь. Проклятый «Король бань»2. Стоило ему сесть в эту машину, как все, даже на стройке, тут же начинали думать, что он только что из массажного салона.
— Выпила?
Её щёки слегка покраснели, а взгляд немного плавал.
Одновременно с ним спросила и Мяо Цзин, доставая из сумки влажную салфетку:
— Сиденье чистое?
— Садись уже, не испачкаешься, — стиснув зубы, процедил Чэнь И. — Такая смелая — возвращалась бы сама на такси.
— Не такая уж и смелая. Если бы ты не приехал, меня бы проводили коллеги. — Мяо Цзин откинулась на спинку и с удовольствием вытянула руки и ноги.
Чэнь И вспомнил ту компанию, окружавшую её, как луну в окружении звёзд3, и нахмурился:
— Что за работа, одни мужики.
— В последнее время набирают только инженеров. Автозавод, четыре основных цеха — неудивительно, что парней больше, чем девушек. Но сотрудницы тоже есть, ты просто не заметил, там были две девушки.
Об этой компании Чэнь И, конечно, тоже знал. Это был крупный завод, поддерживаемый местным правительством. На конвейер они наняли много выпускников местных техникумов и колледжей по специальности «машиностроение». Он просто не ожидал, что Мяо Цзин тоже будет здесь.
Местность вокруг была удручающе пустынной. Он смотрел на дорогу и спросил с неприязнью в голосе:
— Какая у тебя должность? Как добираешься на работу и обратно?
— С восьми до пяти, у компании есть автобус до города. Я занимаюсь архитектурой всего автомобиля, в основном отвечаю за компоновку, а также за валидационные испытания некоторых деталей кузова. Я только вернулась, нужно постепенно развиваться.
Впереди был светофор. Чэнь И сидел с холодным лицом, в глазах плясали огни:
— Диплом известного университета, и восемь тысяч в месяц. За такую-то зарплату… Пошла бы ко мне в бильярдную, я бы и с аттестатом средней школы столько же платил.
Мяо Цзин не обратила внимания и молча смотрела в окно. Когда машина въехала в город, она стала разглядывать витрины.
— Останови у обочины впереди, там обувной. Мне нужно купить кроссовки, в цеху много хожу, туфли ноги натирают.
Она наклонилась, чтобы потрогать лодыжку. Взгляд Чэнь И ненароком скользнул вниз и увидел, как она, закинув ногу на ногу, покачивает светло-голубой лаковой туфелькой. Кожа на подъёме стопы была белоснежной, с едва заметной синевой вен, а округлая пятка покраснела от полоски, натёртой задником туфли. Выше виднелась изящная белоснежная лодыжка и икроножная мышца с плавными изгибами.
Он быстро отвёл взгляд, крепче сжав руль. Машина остановилась у обочины. Он тяжело откинулся на спинку и выдохнул:
— Деньги есть?
— А если нет, дашь?
Чэнь И вытащил из кармана бумажник и бросил его Мяо Цзин на колени:
— Купи какие-нибудь получше.
— О, — она открыла дверь, вышла и стала перебирать содержимое его бумажника: удостоверение личности, несколько банковских карт, дюжина красненьких4. Хватит.
Через двадцать минут Мяо Цзин вернулась с пакетом, сияя от радости:
— В магазине акция: скидка сто юаней при покупке на семьсот. Я и тебе купила.
В первые дни после приезда она делала уборку и заодно разобрала обувной шкаф, выбросив несколько пар его старой обуви.
Она показала ему:
— Чёрные. Красивые?
Одна пара была чёрной, другая — белой. Не парные, но обе в их любимом стиле.
Чэнь И мельком взглянул:
— Сойдёт.
Мяо Цзин убрала туфли обратно в коробку, небрежно бросила её на заднее сиденье и как бы невзначай спросила:
— Кто тебе покупает всё это в последние годы?
— Девушка.
— Давно встречаетесь?
— С этой — больше года, почти два, — он задумался и медленно произнёс: — У нас с ней всё хорошо.
— Хорошо, — она сидела смирно, с ленивым и в то же время необычайно спокойным видом. — Когда собираешься познакомить меня с невесткой?
— Захочешь — в любой момент.
— Тогда давай договоримся о встрече, поужинаем, познакомимся.
Чэнь И с напряжённым лицом молчал.
Машина остановилась у подъезда. Мяо Цзин подождала, пока он припаркуется, чтобы подняться вместе, но Чэнь И опустил стекло.
— Ты иди, у меня ещё дела.
Она застыла у окна, глядя на него своими ясными, живыми глазами.
— Какие дела в такой час?
— В бильярдную надо.
Мяо Цзин сделала вид, что собирается сесть в машину.
— Тогда отвези меня, посмотрю, что это за бильярдная, где сотрудникам платят по восемь тысяч в месяц.
Чэнь И мысленно провёл языком по коренным зубам5. Он заглушил двигатель и, не двигаясь с водительского места, достал сигарету.
— Мяо Цзин, ты правда всё обдумала, раз решила вернуться сюда работать?
Она склонила голову набок. Хвост на её затылке давно растрепался, и выбившаяся прядь волос легко качнулась в тёплом вечернем ветре.
— Ну так я же вернулась.
— Что ж, хорошо, что вернулась. Нам, брату с сестрой, будет компания, кто знает, может, ещё и понадобится помогать друг другу, — он вышел из машины, с силой захлопнул дверь. Мышцы на его красивом, но свирепом лице едва заметно дёрнулись. — Потом, когда каждый из нас обзаведётся семьёй и карьерой, мы сможем ходить друг к другу в гости как родственники.
Мяо Цзин скользнула по его лицу взглядом и очень спокойно произнесла:
— Это если кто-то согласится за тебя замуж.
Они поднялись наверх друг за другом. Мяо Цзин вставила ключ в замок, но её движения внезапно замерли — в квартире горел свет, и оттуда доносились звуки.
На полу стояла пара красных туфель на высоком каблуке, на обеденном столе лежали ключи и несколько коробок с едой на ужин, а из ванной доносился шум воды. Мяо Цзин повернулась к Чэнь И. Её брови слегка сошлись на переносице, но взгляд был настолько спокоен, что казался почти безразличным. Она молча застыла в дверях.
Чэнь И заметил, что с ней что-то не так, и сам почувствовал неладное. Увидев на полу туфли, он на мгновение замер, потом нахмурился и, уперев руки в бока, опёрся о дверной косяк и обречённо выдохнул.
Ту Ли сегодня работала в вечернюю смену.
Он подтолкнул Мяо Цзин.
— Не стой на дороге, заходи. Твоя невестка пришла.
Ту Ли услышала голоса из ванной:
— Чэнь И?
Снаружи донёсся невнятный ответ.
— Почему ты поменял мой кондиционер и маску для волос?
— Выходи, — Чэнь И постучал в дверь и, понизив голос, прорычал: — Одевайся и выходи.
Через пять минут Ту Ли вышла. На ней была просторная футболка Чэнь И, доходившая до середины бедра. Низ был совершенно голый, а грудь под футболкой — свободна. Она вытирала мокрые волосы полотенцем.
— Ты что, нанял уборщицу? В доме так чисто…
Чэнь И загородил её собой. Его лицо почернело, как дно котла, желваки на скулах напряглись, а во взгляде было что-то не то. Взгляд Ту Ли скользнул в сторону и наткнулся на хрупкую фигуру. Её глаза встретились с парой прекрасных глаз. Ту Ли вздрогнула, но тут же пришла в себя. Она впилась взглядом в Мяо Цзин, её лицо то бледнело, то краснело, плечи дрожали. Стиснув зубы, она резко размахнулась и влепила Чэнь И пощёчину.
— Пам—
Звонкий звук пощёчины эхом разнёсся по дому, в котором ни вороны, ни воробья не было слышно6.
— Ты приводишь женщин домой? Тайно таскаешься с другими? — из глаз Ту Ли хлынули слёзы. — Ты, черепашье яйцо7! Вот почему ты не хотел, чтобы я приходила.
Мяо Цзин невозмутимо развернулась и ушла в свою комнату.
Чэнь И ссутулился, стиснул зубы, потом ещё раз. Повернув голову в сторону Мяо Цзин, он раздражённо прорычал:
— Твою мать, это моя сестра!
- Оскалив клыки и выставив когти (张牙舞爪 / zhāng yá wǔ zhǎo) — дословно: «раскрыть клыки и размахивать когтями». Идиома, описывающая агрессивное, угрожающее поведение.
↩︎ - Король бань (洗浴之王 / xǐyù zhī wáng) — сленговое выражение, описывающее стереотипного нувориша или криминального босса, который решает дела и развлекается в банных комплексах и саунах. Такие машины, как старый «Кадиллак», ассоциируются с подобным имиджем.
↩︎ - Как луну в окружении звёзд (众星捧月 / zhòng xīng pěng yuè) — дословно: «множество звёзд поддерживают луну». Идиома, описывающая человека, который является центром всеобщего внимания и восхищения.
↩︎ - Красненькие (红票子 / hóng piàozi) — сленговое название банкноты в 100 юаней, так как она красного цвета.
↩︎ - Провёл языком по коренным зубам (舔舔后槽牙 / tiǎn tiǎn hòu cáo yá) — дословно: «облизать задние коренные зубы». Разговорное выражение, описывающее состояние скрытого гнева, раздражения или подготовки к решительному действию.
↩︎ - Ни вороны, ни воробья не слышно (鸦雀无声 / yā què wú shēng) — идиома, описывающая абсолютную тишину.
↩︎ - Черепашье яйцо (王八蛋 / wángbādàn) — это одно из самых популярных, жестких и оскорбительных ругательств в китайском языке. На русский язык оно чаще всего переводится как «ублюдок». В китайской культуре самец черепахи (王八 — wángbā) считается символом слабости и бесчестия. Считалось, что самец зеленой черепахи не может сам оплодотворить самку, поэтому её «вытаптывает» змея. Соответственно, назвать кого-то «яйцом черепахи» (王八蛋) — это значит заявить: «Твоя мать нагуляла тебя на стороне с кем попало, твой отец — рогоносец, а ты сам — незаконнорожденный выродок». Это тяжелейший удар по чести семьи и происхождению человека.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
