С приближением конца года праздничная атмосфера в городе Пинчуань становилась всё более ощутимой.
А вместе с этим ярким праздничным настроением пришли и результаты итоговых экзаменов.
В восемь часов утра Цзян Янь, будучи старостой класса, забросил «бомбу» в групповой чат — таблицу с рейтингом успеваемости по итогам семестра всей школы.
Чжоу Вань открыла её.
Первое место — Цзян Янь, 704 балла.
Второе место — Чжоу Вань, 702 балла.
Они снова стали единственными в школе, кто преодолел рубеж в семьсот баллов.
Чжоу Вань продолжила прокручивать список, внимательно просматривая строчку за строчкой. Внезапно её палец замер, взгляд остановился на одной из строк, и она, поджав губы, радостно улыбнулась.
380-е место — Лу Сисяо.
Всего на втором курсе естественно-научного отделения было пятьсот человек; он поднялся более чем на сто позиций.
Чжоу Вань тут же сделала скриншот этой строки и отправила Лу Сисяо.
Он ответил только во второй половине дня голосовым сообщением.
Его голос был хриплым — вероятно, он только что проснулся — и звучал с усмешкой:
— Учитель Чжоу хорошо преподает.
*
С первого дня зимних каникул и до самого Нового года Чжоу Вань почти каждый день проводила в библиотеке. Быстро расправившись с домашним заданием на каникулы, она с головой погрузилась в подготовку к приближающейся олимпиаде по физике. Цзян Янь иногда тоже приходил в библиотеку, и они учились вместе.
У Лу Сисяо порой не было дел, и под вечер он приходил к библиотеке подождать её, а после они вместе шли ужинать.
Из-за этого Цзян Янь и Лу Сисяо виделись несколько раз. Цзян Яню это не нравилось, но у него не было права что-то говорить Чжоу Вань, а Лу Сисяо и вовсе полностью его игнорировал.
Канун Нового года.
Бабушка с самого утра отправилась на рынок и купила оконные узоры «чуанхуа» и иероглифы «фу».
В этот день Чжоу Вань не пошла в библиотеку. Она помогала бабушке прибираться, клеить узоры и вешать иероглифы «фу». Дом преобразился, наполнился красным цветом и выглядел оживленным.
Вечером они готовили дома хот-пот.
За окном соседи с детьми пускали петарды и фейерверки — было очень шумно и весело. Небо то и дело озарялось великолепными красками, отсветы которых через окно ложились на лица.
У бабушки сегодня было хорошее настроение, и она даже выпила немного теплого рисового вина.
Чжоу Вань чокнулась с бабушкой стаканом и с улыбкой сказала:
— Бабушка, желаю тебе здоровья в новом году и долгих лет жизни.
Бабушка с улыбкой ответила:
— А бабушка желает нашей Ваньвань здоровья и счастья. Ты в последнее время так усердно готовишься к олимпиаде, желаю нашей Ваньвань занять на ней призовое место.
— Обязательно займу, — Чжоу Вань подперла лицо руками, её глаза, полные радости, ярко блестели. — Бабушка, ты ведь еще не была в городе Б?
— Откуда же у бабушки такая возможность…
— Если я получу первую премию на олимпиаде, то смогу поступить в университет города Б без экзаменов. Тогда я отвезу тебя туда на самолете, — Чжоу Вань посмотрела в окно и добавила: — Говорят, этот город необычайно велик, там повсюду люди и небоскребы.
— Хорошо, тогда бабушка будет ждать, когда Ваньвань отвезет её.
После ужина бабушка еще немного посмотрела телевизор. Из-за теплого рисового вина её быстро разморило, и вскоре она, не в силах сопротивляться сну, ушла в свою комнату спать, не дожидаясь наступления полуночи.
Чжоу Вань тоже вернулась в спальню.
Свет она зажигать не стала — сияния фейерверков было достаточно.
Она просто тихо смотрела в окно.
Снаружи было так шумно, словно они находились в двух разных мирах.
Спустя некоторое время Чжоу Вань достала телефон.
[Чжоу Вань: Лу Сисяо, с Новым годом.]
[6: С Новым годом.]
[Чжоу Вань: Чем занимаешься?]
[6: Делать нечего.]
Чжоу Вань помедлила: [Разве ты не поехал домой?]
Раньше она спрашивала Лу Сисяо, что он будет делать в канун Нового года.
Он сказал, что каждый год все возвращаются в старый особняк, чтобы провести праздник с дедушкой Лу.
[6: Ушел.]
[6: Поссорился с отцом.]
[Чжоу Вань: И где ты сейчас?]
Он не ответил на этот вопрос, лишь спросил: [Можешь говорить по телефону?]
Чжоу Вань подошла и закрыла дверь в спальню, ответив: [Да.]
Вскоре раздался звонок.
Когда она ответила, в трубке послышался шум ветра и беспорядочные звуки петард — он действительно был на улице.
Чжоу Вань втайне облегченно вздохнула. В такой день ей не хотелось, чтобы Лу Сисяо был один; если он с друзьями, то не будет так одиноко.
— Что делаешь? — его голос был хриплым.
— Ничего, сижу, — Чжоу Вань слегка нахмурилась. — Ты не простудился?
— Нормально, — сказал Лу Сисяо. — Смотришь телевизор с бабушкой?
— Нет, бабушка уже спит, я сижу одна. За окном многие пускают петарды, я смотрю.
Лу Сисяо помолчал несколько секунд и тихо произнес:
— Чжоу Вань.
— А?
— Хочешь увидеть снег?
Чжоу Вань опешила:
— Я смотрела прогноз погоды, в ближайшие семь дней снега не будет.
Он усмехнулся:
— Хочешь увидеть снег?
— …Хочу.
В тот миг, когда она произнесла это слово, сердце Чжоу Вань внезапно забилось чаще.
Она вдруг вспомнила слова, которые Лу Сисяо сказал ей давным-давно…
— Интересно, пойдет ли в этом году снег.
— Нет, зима теплая. Тебе нравится снег?
— Да. А тебе нет?
— Слишком шумно.
— А мне кажется, он очень чистый.
— Тогда в конце года поедем смотреть снег.
— Ты же сам сказал, что в этом году снега не будет.
После этого Лу Сисяо искоса взглянул на неё. В чертах юноши читалась та самая дерзость и бесшабашность, свойственная его возрасту. Он сказал:
— Раз я сказал, что ты его увидишь, значит, увидишь.
В трубке Лу Сисяо рассмеялся.
В то же время Чжоу Вань, наконец, отчетливо расслышала фоновые звуки у него: треск петард постепенно сливался с шумом за её окном, сопровождая нарастающий стук сердца.
Сердце Чжоу Вань сильно подпрыгнуло, она встала и прильнула к окну.
Она увидела, что неподалеку, позади шумных праздничных сцен, под деревом в одиночестве сидит Лу Сисяо. В его пальцах алел огонек сигареты, и сам он казался совершенно чуждым этому миру.
Но он неуклонно приближался к миру Чжоу Вань, сливаясь с ним.
В этот момент Чжоу Вань всё еще не могла в это поверить.
Ей даже казалось, не обман ли это зрения — то, что она видит Лу Сисяо.
— Лу Сисяо, где ты? — в её голосе слышалось прерывистое дыхание.
Он по-прежнему не ответил, но будто догадался, что Чжоу Вань его уже увидела.
Низкий голос юноши звучал спокойно и отстраненно от окружающего шума. Словно в мире остались только они вдвоем, и его слова предназначались лишь ей.
Он сказал:
— Чжоу Вань, пойдем смотреть снег.
…
Умная и рассудительная Чжоу Вань в этот миг даже не успела подумать о том, что прогноз погоды не обещал осадков и какой способ найдет Лу Сисяо, чтобы показать ей снег. Она лишь инстинктивно схватила куртку и выбежала из квартиры.
Она быстро спускалась по лестнице, на ходу натягивая куртку и даже не успевая застегнуть молнию.
Будто боялась заставить Лу Сисяо ждать там лишнюю секунду.
На пустой площадке у дома соседи здоровались с ней, но Чжоу Вань не успевала отвечать каждому и на бегу устремилась к дороге.
И правда, Лу Сисяо сидел там.
Услышав поспешные шаги, он поднял голову, увидел Чжоу Вань и улыбнулся.
— Что ты как маленькая сумасшедшая, — он поднял руку и поправил её растрепанные волосы.
Чжоу Вань, тяжело дыша, смотрела на него снизу вверх.
Сев в такси, Лу Сисяо попросил водителя ехать быстрее — на вокзал Пинчуань.
Деревья за окном стремительно проносились мимо, оставляя лишь голые тени.
Весь путь они проделали бегом. Выйдя из машины, Лу Сисяо за руку потянул Чжоу Вань к кассам.
Запыхавшийся юноша попросил два билета до города К.
Кассир ответила, что билеты на скоростные поезда на время праздника Чуньцзе давно распроданы, но им повезло: осталось как раз два билета в обычный поезд — стоячие места, которые только что сдали.
— Берем эти два, — Лу Сисяо заплатил и взял из рук кассира два бледно-голубых билета — билеты на «зеленый» поезд, номер которого начинался на букву К.
В это же время по вокзальному радио объявили: пассажиров поезда К83 просят поскорее пройти проверку билетов, выход на посадку скоро закроется.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
