— Это всё из-за твоего обычного поведения.
Цинъя рассмеялся.
— И то верно. Ну и пусть. В любом случае, я не обязан стараться вам нравиться. Я просто действую по-своему.
Цинъя привычным жестом схватил Сю Ли за руку. Его обычное высокомерие вмиг исчезло.
Сердце Сю Ли ёкнуло.
— …Ч-что такое? Не думала, что в тебе есть хоть капля учтивости.
— Само собой. Сейчас ты — Тринадцатая принцесса. Всё равно что шпионка под прикрытием. Тебе нужно подготовиться.
— Даже если шанс на провал составляет один из десяти тысяч, я ни за что не позволю бессмысленным чувствам всё испортить.
— Если ты не справишься с ролью приманки, я немедленно воспользуюсь своими полномочиями и отстраню тебя.
Сю Ли посмотрела в его холодные глаза и поджала губы… Он был прав.
Сю Ли вспомнила времена, когда была Гуйфэй. Хотя она давно не занималась делами служанок,
навыки, переданные покойной матерью, она ничуть не забыла.
(Всё будет в порядке).
Глядя на Сю Ли, шагающую лёгкой походкой, Цинъя невольно понимающе улыбнулся.
Хоть она и кажется человеком, чьи чувства всегда на виду, если она за что-то берётся, то справляется отлично.
(Внешность тоже недурна, в будущем она могла бы стать шпионкой под видом нюйгуань в Хоугуне).
До сих пор расследования обычно велись под видом чиновников или через привлечение нюйгуань, но, возможно, как и говорил Хуан И, для выявления борьбы фракций расследование среди внутренних чиновников — самый простой и быстрый способ.
— Не беспокойся, с Тринадцатой принцессой я буду обходителен.
— Словам человека, который бросит меня и сбежит при первой же опасности, лучше верить лишь наполовину.
— А ты и впрямь умна.
Цинъя едва заметно улыбнулся.
Тринадцатая принцесса молча проводила взглядом Цинъя и Сю Ли, а затем написала письмо Цю Ину.
…Скоро новолуние, и если этот человек, Цинъя, начал действовать сейчас, значит…
Спустя несколько дней по передвижениям убийц Тринадцатая принцесса поняла одну вещь. Их целью была не только она сама: они планировали воспользоваться случаем и убить заодно и Сю Ли.
(Если её убьют как двойника Тринадцатой принцессы, это спишут на гибель при исполнении обязанностей, и семья Хун не сможет предъявить претензий).
Позже она узнала от Сю Ли, что на ту уже нападали в тюрьме, ещё до их встречи.
Сю Ли думала, что её выследили из-за сходства с Тринадцатой принцессой, но сама принцесса чувствовала, что целью изначально была сама Сю Ли.
Получается, и Тринадцатая принцесса, и Сю Ли были для врагов бельмом на глазу.
Человек по имени Цинъя, вероятно, пришёл к такому же выводу за эти дни наблюдений, поэтому и увел Сю Ли.
Тринадцатая принцесса лишь наполовину была уверена в том, станет ли Цинъя защищать Сю Ли, про которую начальство уже сказало, что её смерть не будет потерей.
Поэтому, даже если те и вправду попадут в ловушку Цинъя, у Тринадцатой принцессы не оставалось иного выхода, кроме как известить Цю Ина письмом.
(До чего же невыносимый мужчина!!).
Тринадцатой принцессе казалось, что в её жизни впервые кто-то смог возглавить список самых ненавистных ей людей. До сих пор первое место в нём занимал некий дурак, но теперь, похоже, эту позицию придётся уступить Цинъя.
Тринадцатая принцесса передала письмо верной Чжу Цуй, велела отправить его и вышла на террасу продолжить рыбалку, которую Сю Ли пришлось прервать.
Теперь удочек было две, и с ними действительно стало куда проще.
Когда она потянулась за удочкой, прислонённой к стене, дверь тихо отворилась.
— …Тринадцатая принцесса?
Тринадцатая принцесса обернулась и увидела вошедшего — его облик в точности соответствовал описанию брата. Хотя она и знала, что он когда-нибудь придёт, но —
— Да. Вы видите меня впервые. Ваше Величество, не желаете ли порыбачить вместе?
(Почему именно рыбалка…).
И вот Лю Хуэй, пребывая в некотором недоумении, был вынужден усесться на террасе над прудом и рыбачить вместе с Тринадцатой принцессой.
Надо сказать, он рыбачил впервые в жизни.
Лю Хуэй, который и так был не прочь расслабиться, поддался дуновению приятного прохладного ветра и почувствовал лёгкость.
— Пожалуй, рыбалка и правда хорошее занятие. Особенно то, что не обязательно что-то ловить.
— Вы пришли позже, чем я ожидала.
Лю Хуэй немного удивился. Ах да, он пришёл сюда не рыбу ловить.
— Юйшитай и Бинбу запретили мне приходить. Так что сегодня я здесь тайно.
— О-о… Что же это за дело такое, ради которого стоило приходить тайком?
— …Я не могу впустить тебя в Хоугун.
Хоть Лю Хуэй и сказал это решительно, Тринадцатая принцесса ничуть не удивилась. Она ожидала подобных слов.
— Потому что вы любите Сяо Сю Ли?
Сяо Сю Ли? Неужели они уже так подружились? Лю Хуэй оторопел. Интересно, о чём же они обычно болтают…
(А вдруг они говорят: «Оставляю Лю Хуэя на вас. Без проблем!» Что же тогда делать…).
Чем больше он об этом думал, тем страшнее становилось, и Лю Хуэй покрылся холодным потом.
— Хм? Или вы её не любите?
— Нет, я люблю её! Люблю до смерти!
— Так я и думала. Но даже если в Хоугуне выделят уголок для меня, это ведь на вас никак не повлияет.
— Неужели ваша любимая Сяо Сю Ли говорила, что не хочет, чтобы у вас были другие жены?
— Нет!
Лю Хуэй опустил голову. Если бы это было так, ему бы жилось куда легче.
Если бы она действительно так думала, он бы во всём ей повиновался.
— …Всё как раз наоборот.
— Наоборот?
— …Если я возьму в жёны других наложниц, Сю Ли наверняка будет очень рада…
Тринадцатая принцесса нахмурилась — из-за его странных слов рыба, которая вот-вот должна была клюнуть, испугалась и уплыла. Хм.
— …Значит, Сяо Сю Ли совсем вас не любит?
Эти слова, словно острая стрела, вонзились в грудь Лю Хуэя. Возможно, даже пробили её насквозь.
— Гм? Но тогда это не вяжется с тем, что было сказано до этого…
— Нет, не в этом дело! Так ведь появится оправдание. «Раз уж у него всё равно есть жёны, то не страшно, если я не выйду за него замуж» — что-то в этом роде…
— …А-а, вот оно что. Понятно…
После её слов Лю Хуэй не знал, что и ответить. Каждое её слово попадало в самую цель.
Решимость Сю Ли было не поколебать простыми словами. Лю Хуэй уже получал отказ множество раз и слышал «я не могу выйти за тебя» бесчисленное количество раз.
И всё же он хранил искру надежды, ведь Хоугун всё ещё пустовал. Пока Лю Хуэй заявлял, что не женится ни на ком, кроме Сю Ли, упрямая Сю Ли не могла сделать решающий победный ход.
Пустует Хоугун или нет — вот в чём заключался решающий момент между ними. Пока он пуст, это козырь Лю Хуэя. Но стоит ему взять хотя бы одну жену, и победа в этой войне достанется Сю Ли, ведь тогда она сможет использовать это как щит и отказывать Лю Хуэю до самого конца.
Поэтому Лю Хуэй видел в смотринах злейшего врага и отвергал их все до единой. Причина была не только в его безграничной любви к Сю Ли, но и в том, что это был последний рубеж в их противостоянии.
— Так вот почему вы объявили, что возьмёте лишь одну наложницу — чтобы другим было труднее пристроить женщин в Хоугун?
— …Верно.
— Однако вы слишком наивны. Мои братья как раз на это и рассчитывали. Раз уж вы говорите, что вам нужна лишь одна…
— Значит, они выберут тебе такую сяоцзе-Лань, что более подходящей и не найти, и никто не сможет к ней придраться. Ты ведь наверняка не думал, что твои гэгэ, которые всё это время оставляли тебя в покое, вот так застанут тебя врасплох?
— У-у-у… Именно так, всё верно…
Тринадцатая принцесса с безучастным видом прищурилась и тяжело вздохнула.
— …Твой взгляд слишком недальновиден. Это даже планом-то не назовёшь. К тому же, каким бы точным ни был расчёт, появления кого-то, кто захочет помешать, не избежать, а уж если составитель плана — ван, то в этом и вовсе нет ничего удивительного. Твоя установка во что бы то ни стало не пускать женщин в Хоугун — это лишь самый низкий порог, следовало бы предусмотреть и случай, когда жениться всё же придётся. Только тогда это можно было бы назвать стратегией. Твоя попытка использовать Цю Ин-гэгэ в качестве защитного талисмана была в корне неверной. Это твой просчёт.
И снова каждое слово попало в яблочко. На сей раз Лю Хуэй не смог издать даже стона.
— Послушай, мои тройняшки-старшие братья не чета Цю Ин-гэгэ, с ними нельзя терять бдительность.
— Разве стоит говорить такие вещи?
— Меня ведь прислали в качестве кандидатки тебе в жёны. И выбрали меня именно тройняшки-старшие братья после долгих раздумий. Должно быть, они решили, что бы я ни говорила и ни делала, это не навредит семье Лань. И это чистая правда. Даже если я открою тебе тайны семьи Лань, это ни на что не повлияет. Гэгэ, должно быть, предусмотрели это заранее. Поэтому скажу сразу: я пришла в Хоугун не по принуждению, а по собственной воле.
Лю Хуэй перевёл взгляд на сидящую рядом Тринадцатую принцессу.
— Это и впрямь удивительно… Как ни посмотри, ты не кажешься человеком, столь жаждущим славы и богатства.
— С такими помыслами наложница стала бы позором для семьи Лань, разве могли бы меня прислать сюда? Раз уж я вошла в эти двери, значит, обязана быть добродетельной женой и мудрой матерью, поддерживать тебя и управлять чиновниками и служанками в Хоугуне. К этому я давно подготовилась.
— …Но я не смогу любить тебя как женщину…
— Да, это не проблема. Именно поэтому меня и выбрали.
Глаза Лю Хуэя округлились.
— Что это значит?
— Потому что у меня уже есть тот, кого я люблю.
Тринадцатая принцесса заговорила вполголоса. Её профиль, устремлённый на неподвижную гладь пруда, был лицом влюблённой девушки.
— …Тогда почему ты пришла? Из-за разницы в сословиях? Хотя мне кажется, ты не из тех, кого это волнует.
— Будь препятствие лишь в этом, я бы, конечно, просто отшвырнула его прочь.
Тринадцатая принцесса прикрыла глаза. Тот человек вечно её раздражал, но он же был самым дорогим её сердцу.
— …Раньше… я… дала обещание своим тройняшкам-старшим братьям.
Лю Хуэй затаил дыхание.
— Неужели?..
— А, нет-нет, они не угрожали жизни того мужчины, чтобы заставить меня войти во дворец. Эти трое гэгэ никогда не марают руки в подобных грязных делах. Они лишь умело пользуются обстоятельствами, видят насквозь чужие мысли и, всё рассчитав, устраивают всё так, что у противника не остаётся пути к отступлению и сил для сопротивления.
— …Мне кажется, такие методы даже грязнее…
— Как-никак, они главы семьи Лань, — сказала Тринадцатая принцесса с таким видом, будто это было в порядке вещей. — …Тогда мне оставалось лишь просить помощи у троих гэгэ, так что я выбрала всё сама. Сделала это, чтобы спасти того, с кем хотела бы прожить жизнь. Пусть в этой жизни нам не суждено встретиться, не беда. Мне достаточно знать, что он всё ещё жив в этом мире. Мне довольно и того, что я могу продолжать любить этого человека, где бы он ни находился. Я лишь хотела его спасти… На этот раз я вошла во дворец, чтобы заплатить цену за ту помощь, потому я и здесь, в Хоугуне.
Тринадцатая принцесса всегда держит слово. Даже если другая сторона нарушит уговор, она — никогда, ведь её так воспитывали с самого детства. Гэгэ наверняка просчитали и эту черту её характера.
— Тринадцатая принцесса, неужели ты не хочешь обрести счастье вместе с тем мужчиной?
— Обещание — вещь непростая. Я умоляла троих гэгэ спасти его и поклялась, что во всём буду их слушаться. Я никогда не говорила, что хочу быть с ним и стать счастливой. Если бы этот мужчина сейчас предстал передо мной —
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
