Взгляд Хуан И упал на отчёт, поданный Сю Ли.
В нём значилось число смертников в разных тюрьмах по месяцам.
— Призраки в темницах?
— Да.
Сю Ли, стоявшая рядом с Цинъя, кивнула.
— В различных тюрьмах, пусть лишь в определённые периоды, приговорённые к смерти заключённые с очень высокой вероятностью умирали до казни по иным причинам. Смерть от болезни, скоропостижная кончина — всё это происходило слишком внезапно.
— Каковы причины ваших подозрений?
— Письма. К примеру, сообщения о том, что кто-то видел на улице того, кто уже должен был быть казнён, или о том, что кто-то вернулся в родные края в облике призрака. Я получала немало таких странных посланий, и они были написаны довольно подробно, так что… Я подумала, что, возможно, это не призраки, а они сами.
Среди сведений, выведанных Су Фаном у узников тюремного замка, тоже ходили подобные слухи. Не только тюремщики, но и отребье, неоднократно попадавшее под стражу, естественным образом запоминало лица в Лаочэн и знало всё в деталях.
Смертники, по той или иной причине умиравшие перед самой казнью. Сю Ли провела расследование и за пределами Гуйяна — как и ожидалось, подобные случаи бывали и там. Однако все они ограничивались определёнными периодами времени и конкретными местами.
Даже для призраков это выглядело слишком неестественно.
«Неужели они лишь по документам числятся мёртвыми, а на деле остались живы?» Сю Ли полагала, что кто-то помог им бежать, и теперь они где-то скрываются.
Хуан И посмотрел на Сю Ли своими светлыми глазами.
— Почему вы решили, что это именно смертники?
— Самое странное в этих письмах то, что все они в один голос твердили: это люди, которые должны были сгинуть в темнице. Если видишь на дороге призрака, откуда знать, что это именно казнённый смертник? Всё дело в том…
— Всё дело в том, что у призраков были татуировки смертников?
— Я рассудила именно так. Если есть татуировка, то становится понятно, почему их принимали за казнённых преступников.
— Стать убийцей в обмен на избавление от смертной казни… Каковы были причины для заключения подобной сделки?
— Я не знаю, все ли они становились убийцами. Однако среди нападавших у нескольких на лбу были следы от прижигания калёным железом. Вероятность этого очень высока.
Сунь когда-то говорил, что он — один из призраков, умерших в темнице. Если Сунь был убийцей, то и остальные нападавшие, скорее всего, тоже были «призраками». Сю Ли расспросила Тринадцатую принцессу, и та подтвердила, что у нападавших на неё людей на лбу действительно были следы от ожогов. Вероятно, клеймо ставили для того, чтобы скрыть татуировку смертника.
— Я внимательно изучила прошлое этих «призраков» и обнаружила, что большинство из них — люди, у которых остались старые матери или дети, те, кто не мог уйти в могилу, не сомкнув глаз. Заключённые с такой судьбой обычно соглашаются на подобные сделки. Кроме того, мне кажется, что они специально отбирали способных смертников, опираясь на их преступное прошлое.
Даже если предложить мелкому воришке побег в обмен на долю наёмного убийцы, он вряд ли согласится. Но у тех, кому уже вынесен смертный приговор, нет будущего. Разумеется, они пойдут на сделку.
Сю Ли вспомнила о Суне.
Даже будучи несправедливо брошенным за решётку, он почему-то не сопротивлялся и смиренно сидел в камере для смертников.
Его раз за разом сажали в тюрьму, но всякий раз в последний момент он благополучно выходил на свободу.
Зачем этому одноглазому мужчине понадобилось такое? Сю Ли изучила тюрьмы, в которые его бросали, и обнаружила, что — пусть и не со стопроцентной точностью — полные сил смертники в тех местах внезапно превращались в «призраков». Да, во время его пребывания под стражей частота появления призраков возрастала. Иными словами, он, скорее всего, был тем самым зачинщиком, который сначала лично проверял, что за человек перед ним, затем вступал в переговоры и выводил их на волю.
— Конечно, управление тюремным замком и вынесение приговоров — это работа чиновников, так что, полагаю, кто-то тайно им помогал.
Как только работа по вербовке смертников заканчивалась, с него тут же снимали ложные обвинения. Он мог выходить. Изначально предполагалось, что он должен выйти на свободу, поэтому его подставляли, а затем он с достоинством покидал стены тюрьмы. Поскольку его единственный глаз и смуглая кожа были слишком приметными, частые побеги привлекли бы внимание властей. Однако из-за того, что Сю Ли приложила слишком много усилий, его дело о несправедливом обвинении разрешилось раньше времени, и ему пришлось остаться внутри насильно.
— Так вот почему в ту ночь вы распорядились выставить стражу у тюремного замка?
— Да. Если бы они задумали провернуть несколько дел одновременно в общей суматохе, это был бы лучший момент, хотя в итоге затея провалилась. Я подумала, что они могут воспользоваться неразберихой в городе и в поместье шиляна Бинбу, чтобы устроить побег смертникам из тюремного замка и сделать их своими соратниками. Ведь после того, как тот одноглазый мужчина вышел из тюрьмы, смертники больше не превращались внезапно в призраков.
Поэтому для предосторожности Сю Ли заранее отправила Су Фана в Лаочэн всё подготовить. Однако она не ожидала, что, отправившись туда накануне проверить охрану, обнаружит за решёткой Янь Цина — Сю Ли сама была не на шутку поражена.
Предположение Сю Ли о нападении на тюремный замок оправдалось, и Цинъя, прибыв на место, едва успел их отбить. Таким образом, они не допустили ошибки и не дали смертникам сбежать.
Призраки, умершие в темнице.
Кто-то годами втайне уводил смертников и использовал их для убийств и прочих нужд.
Шилян Бинбу определённо был к этому причастен. На это указывали и улики, найденные в его поместье. Сю Ли думала, что на этом всё и закончится. Однако ему заставили замолчать навсегда.
И даже обычно неразговорчивый Цинъя в конце концов признал правоту Сю Ли.
Что-то всё ещё скрыто, за всем этим стоит некто, дергающий за ниточки.
Сю Ли подняла голову и произнесла:
— Господин Куй.
— Оставь эти пустые хлопоты.
— Я… я ведь ещё ничего не сказала!
— Я уже догадался. На этом поставим точку.
Сю Ли совершенно не понимала, о чём думает Хуан И. Но одно было ясно: Хуан И давно предугадал её мысли. И ещё кое-что…
Среди людей, обладавших абсолютным влиянием, позволяющим распоряжаться тюрьмами и судами, несомненно, был и сам Куй Хуанъи.
Хуан И медленно постучал пальцами по столу.
— Те мелкие сошки из числа убийц, которых удалось схватить, скорее всего, не знают подоплёки дела.
Его лишённые эмоций глаза впились в Сю Ли. Всякий раз, когда на неё падал этот холодный взгляд, Сю Ли казалось, будто её сердце сжимают в тисках, и внутри невольно зарождался озноб.
— Говорят, вы беседовали с предводителем убийц?
— Да.
— Также говорят, что при этом присутствовал Лань Цюин. Этот человек ведь из семьи Лань?
Он говорил утвердительным тоном. Безмолвный доселе Цинъя тоже слегка перевёл взгляд на Сю Ли.
Сю Ли невольно сжала кулаки. Да. Причина, по которой Цинъя запер Сю Ли в повозке, заключалась в том, чтобы проверить, погонится ли за ними Цю Ин, и тем самым подтвердить связь убийц с семьёй Лань.
— Это не так.
— Почему вы так в этом уверены?
— И сам генерал Лань, и Тринадцатая принцесса сказали, что это незнакомый им человек.
— Дура, это, само собой, ложь. Кто станет честно признаваться, что дружит с главарём убийц?
Сю Ли на мгновение лишилась дара речи. Действительно, так и было.
— Но… но если они и впрямь не знакомы, то им ничего не остаётся, кроме как назвать его чужаком.
— Кажется, густота красного изрядно прибавилась. Ты так отчаянно пытаешься всё отрицать, есть какая-то подоплёка?
(Примечание: для обозначения совершенно постороннего человека в японском языке используется идиома «ака-но танин» [буквально «красный незнакомец»], и Сю Ли в этой фразе ещё сильнее подчеркнула степень «красного», отсюда и такое выражение).
— Я просто очень привязана к своему имени, поэтому лишь немного сгустила красный цвет! И больше ничего за этим не стоит!
— Если хочешь что-то заварить погуще, делай это с чаем. К несчастью, я терпеть не могу красный цвет, так что эффект вышел обратным.
Сю Ли невольно вздрогнула. «Как… как искусно».
Хуан И снова перевёл взгляд на стопку писем.
— Хун Сюули, если ты будешь привносить в работу личные чувства и предвзятость, я немедленно тебя уволю. Юши, который с самого начала твердит о «совершенно посторонних людях», просто никчёмен. Будь то родственники, друзья или даже любовники — ты должна подозревать всех с самого начала. Это твоя работа. Если смотреть на вещи сквозь пальцы, то те улики, которые можно было найти, останутся незамеченными.
— Даже на начальство?
В этот момент во взгляде Хуан И впервые промелькнуло подобие человеческих чувств. Его тонкие губы изогнулись в насмешке.
— Разумеется. У начальства куда больше опыта, чем у тебя, и оно мастерски скрывает доказательства. Просто смотри в оба. На этом всё. Мэн Шилян подослал собственных наёмников для убийства местного чиновника, а также спланировал покушение на Тринадцатую принцессу, чтобы ввести свою дочь в Хоугун, но в итоге потерпел неудачу и скоропостижно скончался. На этом дело закрыто.
— Пожалуйста, подождите!
Сю Ли невольно сделала шаг вперёд. У неё возникла догадка.
— Неужели Бинбу шилян осмелился бы действовать столь своенравно, если бы его непосредственный начальник, Бинбу шаншу, был совершенно не в курсе? Тот, кто стоит выше Бинбу шилян…
— Замолчи.
Услышав этот голос, от которого, казалось, могло заледенеть сердце, Сю Ли невольно задрожала.
— Послушай, я уже сказал, что дело закрыто. Если не можешь с этим смириться — не будь чиновником. Или же дослужись до чина выше моего.
※※※※※
После того как Сю Ли, закусив губу, ушла, Хуан И перевёл взгляд на Цинъя.
— Докладывай.
— Да. Что касается другого дела Бинбу Мэн Шиляна, то там всё так же, как и в случае с тюрьмой. Похоже, они выбирали подходящих исполнителей среди военных чинов и гуаньли, понесших наказание за нарушение воинской дисциплины. Весьма вероятно, что он, пользуясь своим правом назначения на должности, намеренно подставлял этих людей, заставляя их брать на себя вину за дисциплинарные проступки.
— Видя, как ты день за днём под предлогом охраны расставлял по всему поместью военных чинов, Мэн Шилян, должно быть, обливался холодным потом. Ты заставил его почувствовать, что он под подозрением, и вынудил выдать себя, разыграв этот спектакль?
— В то же время это было нужно, чтобы он не предпринял ничего экстраординарного и чтобы его не заставили замолчать раньше времени. Похоже, Мэн Шилян разгневал кого-то, самовольно задействовав убийцу из определённого места. Поэтому от него избавились.
Хуан И посмотрел своими светлыми глазами на подчинённого — молодого человека, который всегда метил на самый верх.
— Ты тоже намерен нанести удар тем, кто наверху?
— Даже если и так, я определённо сделаю это куда искуснее, чем та женщина.
Хуан И не стал останавливать Цинъя так, как остановил Сю Ли. В самом деле, Цинъя уж точно не допустит промашки.
— Эта гунян обратила внимание на смертников в тюрьме, а ты заметил военных, нарушивших дисциплину. Вы действительно идёте вровень.
— Разве это не любопытно?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
