Цзянь договорил всё, что хотел, и умчался прочь, только его и видели.
Фужэнь широко раскрытыми глазами смотрела вслед уходящему Цзяню. Внезапно раздался холодный голос.
— Хм… Оказывается, ты завела интрижку на стороне, моя фужэнь.
— И на кого же, по-твоему, я могла бы променять тебя втайне? Если бы я на самом деле решилась на такое, то Гуйян уже гудел бы от новостей о загадочных убийствах в закрытых комнатах.
— Значит, если бы ты нашла такого человека, то решилась бы на это?!
— Ах, какой же ты шумный, Шао Кэ! Разве тот ребёнок — не тот самый мальчик, о котором Ли Чэнь говорил, что подобрал его? М-м… получается, Ли Чэнь на свидании с какой-то неведомой сяоцзе? Я просто обязана на это посмотреть!
— С неведомой сяоцзе? Быть того не может!
Шао Кэ невольно рассмеялся.
— В этом мире есть лишь одна сяоцзе, которую Ли Чэнь готов принять. Однако сейчас она никак не может быть в Гуйяне… Хотя постой, разве тот ребёнок не упомянул Лилию?
— Угу. Хоть я её ещё и не видела, он, должно быть, говорил о Байхэ Цзи — той, что выращивает бонсай.
Шао Кэ внезапно изменился в лице.
— Как же так? Я и не слышал, чтобы она приезжала в Гуйян. Да ещё и под именем Лилия, а не Жанье? О чём только думает Ли Чэнь? Если он привезёт её сюда, в Гуйян…
Цянвэй подняла взгляд на фуцзюня и вздохнула.
— Шао Кэ, ты и правда не понимаешь или только притворяешься?
(Ах… беда, ну почему я никак не могу их найти…)
Лилия вышла из Хэнъэ лоу. Сегодня поиски тоже не принесли плодов.
У неё больше не оставалось времени на то, чтобы беззаботно играть на пипе. Каждый день она писала письма, а затем, принарядившись, обходила подобные заведения. И хотя она повсюду собирала слухи, ей не удалось найти ни крупицы сведений о подходящей невесте.
До сих пор она с лёгкостью справлялась с любыми трудностями, но эта задача стала для неё настоящим испытанием.
(У-у-у, по идее, одной только фамилии Хун и звания банъянь должно быть достаточно, чтобы свахи пороги оббивали!)
Кто бы мог подумать, что не поступит ни единого предложения. Через обитательниц весёлых кварталов она закидывала удочку разным лао-е, у которых были на выданье достойные дочери, но все они без исключения отвечали решительным отказом.
Похоже, дурная слава о его бесчинствах в общежитии для кандидатов сделала своё дело: все считали, что любая связь с Красным Ли Чэнем погубит их жизнь. И, надо сказать, они были абсолютно правы. Ни один здравомыслящий человек не захочет видеть своим зятем этого истинного дьявола во плоти.
(В таком случае с чиновниками при дворе придётся завязать… Попробую-ка я поискать среди торговцев. Если наши интересы совпадут, возможно, они закроют глаза на характер Ли Чэня. А, впрочем, не лучше ли наладить связь с семьёй Лань? Детей у них много, да и благодаря тем тройняшкам они наверняка привыкли к людям с дурным нравом. Пожалуй, это самое подходящее место, чтобы отыскать Ли Чэню жену. Главное — поначалу не говорить ему, что она из семьи Лань, и просто устроить встречу… Тогда дело выгорит. Цзю Лан, ты уж там постарайся без меня!)
Внезапно Лилия увидела знакомую фигуру юноши, пробегавшего мимо, и поспешила его окликнуть:
— Цзянь? Это ты, Цзянь? Что случилось?
— Лилия-сяоцзе!
Он выглядел крайне жалко, по его лицу текли слёзы и сопли, хоть причина и была неясна.
— Лилия-сяоцзе, господин Ли Чэнь-дажэнь просто безнадёжен!
— Ха-ха-ха, и то верно. Уж я-то знаю. Что на этот раз? Что Ли Чэнь натворил? Прости его, ладно…
— Пожалуйста, не бросайте его!
Лилия широко раскрыла глаза.
— Господину Ли Чэню-дажэню не выжить без Лилии-сяоцзе. Я знаю… быть может, господин Ли Чэнь-дажэнь — не лучший выбор для Лилии-сяоцзе, но для него самого Лилия-сяоцзе — единственная и неповторимая. Я уверен в этом. Я хочу, чтобы Лилия-сяоцзе вышла замуж за господина Ли Чэня-дажэня. Я хочу, чтобы только вы были моей матерью. Пусть жизнь с господином Ли Чэнем-дажэнем будет мучительной или даже сделает вас несчастной, но я хочу быть рядом с Лилией-сяоцзе. Молю вас, не уходите!
— Цзянь…
Лилия внезапно вздрогнула.
Незаметно для неё несколько мужчин, подобных теням, окружили её — это были сюаньжэни.
Захлёбывающийся слезами Цзянь ничего не замечал. Лилия побледнела и прикусила губу.
— Цзянь, прости. Здесь нам придётся расстаться. Передавай привет Ли Чэню.
— А?..
Лилия вложила что-то в руку Цзяня и тут же нанесла ему резкий удар ребром ладони по шее.
9
Цзянь пришёл в себя после того, как его окатили водой. Перед его глазами предстал…
— Господин Ли Чэнь-дажэнь!
— Чего это ты разлёгся посреди дороги?!
Цзянь вскочил и огляделся. Её не было.
— Господин Ли Чэнь-дажэнь!
— Не ори так, я не глухой! Что произошло? Я ведь отдавал тот веер Лилии.
Услышав это, Цзянь посмотрел на веер, который неведомым образом оказался у него в руках.
— Лилия-сяоцзе… она…
Как только Цзянь закончил свой рассказ, лицо Ли Чэня мгновенно преобразилось.
Оно стало таким пугающим, каким Цзянь его ещё никогда не видел.
Лилия бежала по улицам изо всех сил.
(Меня раскрыли… этого нельзя было избежать. Но я ни за что не позволю им убить себя, пока не встречусь с тем человеком!)
Хотя она и старалась использовать любую возможность, чтобы улизнуть, её преследователями были убийцы-сюаньжэни. Так ей было не спастись.
Веер Ли Чэня теперь у Цзяня, а значит, ни «тени», ни стража больше не будут её защищать.
(Теперь мне не о чем беспокоиться. Я обязана встретиться с ним и высказать в лицо хотя бы одно слово упрёка!)
Лилия начала восстанавливать в памяти карту столицы, которую ей показывала профессор Юй Хуань. Навещая Ли Чэня, она успела проверить точность этой карты и заранее всё разузнала.
Из города в императорский замок вело несколько тайных путей, и ближайший отсюда…
(Тот, что ведёт прямиком к дворцу Сяньдун!)
Лю Хуэй в то время тоже был неподалёку от дворца Сяньдун, втайне надеясь на приход той доброй женщины. Однако в глади пруда больше не отражалось лицо сюнчжана. Каждый день он исправно ел, учился у Шао Кэ, а в свободные минуты приходил сюда.
В этот момент откуда-то донёсся тихий звук.
Лю Хуэй прислушался и пошёл на звук. Раздвинув густые заросли, он увидел маленькое святилище. Это было одно из тех святилищ, что располагались в окрестностях дворца Сяньдун. Звук доносился именно оттуда.
— А?
Лю Хуэй из любопытства подошёл ближе, как вдруг двери святилища распахнулись изнутри, и наружу вылетели все подношения. А следом показалась человеческая рука.
— !!!
Оборотень! Среди бела дня явился оборотень! От страха Лю Хуэй не мог вымолвить ни слова.
Пока он во все глаза смотрел на руку, из святилища показалась голова, а затем и всё туловище.
— Наконец-то я выбралась! Как же там узко! Невыносимо узко! Я уж думала, с ума сойду! Ой… спина раскалывается… Вся в грязи, ужасно. Ах, какой свежий воздух… Ой?
Увидев Лю Хуэя, который едва не плакал от испуга, Лилия улыбнулась.
— Хе-хе-хе, а ты немного округлился с нашей последней встречи. Сразу видно, хорошо кушаешь. Умница!
«Эта цзецзе — настоящая небожительница!» — Лю Хуэй не сомневался в этом ни секунды. Ведь иначе она не смогла бы выбраться из святилища.
Небожительница лучезарно улыбнулась.
— Кстати, Лю Хуэй-гунцзы, я хочу увидеть твоего отца-короля. Ты знаешь, где он?
※※※※※※※※※※※※※※※
Почувствовав приближение чьего-то присутствия, король Цзянь Хуа, восседавший на троне, приказал свите удалиться.
В следующее мгновение открылась потайная дверь, которой не пользовались уже очень давно, и оттуда донёсся вздох, полный лёгкой иронии.
— …Послушай-ка, неужели ты совсем не видишься со своим ребёнком? Лю Хуэй-гунцзы в ответ на мой вопрос спросил: «А кто мой отец?». Как, по-твоему, мне, его тёте, следовало на это ответить?
Король Цзянь Хуа усмехнулся лишь одним уголком губ.
— Ни ты, ни мой отец не были хорошими людьми. Видимо, всё дело в крови. Тут ничего не поделаешь, так что лучше просто смирись.
— Мерзость. Неужели это всё, что ты хочешь сказать своей единокровной сестре при первой встрече? Гэгэ?
Король Цзянь Хуа пристально посмотрел на сестру, которая была гораздо моложе его.
Лилия тоже внимательно разглядывала брата, которого видела впервые, и была вынуждена с неохотой признать:
«…А мой гэгэ весьма недурён собой. Завидный мужчина».
Разумеется, это касалось только лица. Характер же у него был отвратительный. В конце концов, перед ней стоял человек, отправивший собственных братьев на кровавое заклание.
— Вид у тебя довольно жалкий.
— И то правда. Всё благодаря погоне наёмных убийц, подосланных неким человеком. Мне придётся признать, что я сильно рисковала.
— Так ты и есть дочь Юй Хуань?
Подбородок Лилии заметно дрогнул.
— Юй Хуань была незаурядной и амбициозной женщиной. Благодаря ей мне так и не удалось тебя убить. Жанье… Какое любопытное имя.
Жанье — это дерево, получившее своё название из-за того, что старые листья на нём уступают место новым.
Лилия была дочерью Юй Хуань и предыдущего правителя, а значит, она приходилась королю Цзянь Хуа единокровной сестрой.
Она была женщиной, в чьих жилах текла истинная кровь короля Цан Сюаня.
— Юй Хуань намеревалась однажды свергнуть меня с трона и сделать тебя королевой, именно поэтому она бежала из столицы.
Девочек с королевской кровью обычно отсылали в семью Пяо. Если у них обнаруживался талант, они проводили всю жизнь в семье Пяо в качестве жриц. Если же нет — их выдавали замуж за представителей разных знатных домов. Но Юй Хуань не выбрала ни один из этих путей.
Юй Хуань знала, что даже женщина может взойти на престол. Поэтому она заперла Лилию в «птичьей клетке» провинции Хунчжоу, полностью скрыв её от глаз семьи Пяо. Она не позволила ей стать жрицей и вырастила её сама.
— Юй Хуань была одним из лучших политиков. Только благодаря этой женщине семья Хун смогла просуществовать до сегодняшнего дня. Она планировала сделать Шао Кэ твоим мужем, а тебя — королевой, чтобы семья Хун правила из тени, обладая верховной властью. Поистине прекрасный план. И не настолько глупый, чтобы высмеивать его как нелепицу; это была мечта, которую вполне можно было осуществить.
— И поэтому ты решил убить мою мать раньше, чем это случится, — глухо произнесла Лилия, бросив на него мрачный взгляд.
Король Цзянь Хуа приподнял бровь.
— Вот как? Значит, ты пришла сюда, затаив на меня обиду? Хочешь меня убить?
— Нет. Мать проиграла тебе в этой битве. Смерть проигравшего — вещь естественная. У предыдущего правителя не было таких талантов, как у моей матери. А я… я просто хотела увидеть тебя.
Лилия наконец увидела своего единственного брата.
Кровавый Бао Ван, который безжалостно истребил всех возможных наследников и в итоге захватил трон.
— Юй Хуань-фужэнь и предыдущего правителя уже нет в живых. Шао Кэ-дажэнь — твой подчинённый, а Ли Чэнь обладает таким характером, что любые амбиции ему совершенно чужды. Поэтому я… я… Что же мне делать дальше?..
Король Цзянь Хуа, не мигая, смотрел на Лилию.
— Пока я не покидаю Хунчжоу, семья Хун будет оберегать меня от тебя и семьи Пяо до конца моих дней. Но что тогда станет с моей жизнью? Провести её в безопасной «птичьей клетке» — заурядно, не зная ни бурь, ни волнений?
Тогда сама ценность существования Лилии исчезла бы.
Юй Хуань скончалась, Ли Чэнь стал главой семьи, и тогда… осознание собственного предназначения у Лилии пропало.
Почти никто не знал, что Лилия — дочь Юй Хуань. Когда Юй Хуань рожала Лилию, она убила всех, кто тогда присутствовал. «Главный козырь должен храниться в тайне» — таков был принцип Юй Хуань. И то, что одна девушка играла сразу две роли, Жанье и Лилии, тоже было частью её замысла. В качестве Жанье она помогала семье Хун, оттачивая свои политические навыки, и в то же время служила прикрытием для Лилии, принося пользу клану — одним махом она убивала трёх зайцев. Одновременно с этим она объявила Лилию невестой старшего сына, Шао Кэ, чтобы окружающие признали её существование, а на случай непредвиденных обстоятельств — планировала поженить их и тем самым развеять любые подозрения внутри рода. Ни в одной из этих сторон Юй Хуань не допустила оплошности.
Однако внезапная смерть Юй Хуань превратила всё это в пустые мечты.
Для семьи Хун Лилия стала лишь обузой, приносящей проблемы.
Ни Жанье, ни Лилия больше не представляли для семьи Хун никакой ценности.
Шао Кэ взял в жёны фужэнь, у них родилась дочь, и теперь он жил тихой и счастливой жизнью. Ли Чэню изначально не требовалось присутствие Жанье. С тех пор как он стал главой дома, ей больше не нужно было помогать Цзю Лану. Цзю Лан и так был самым спокойным и серьёзным среди них, за него не стоило беспокоиться.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
