— Всё-таки мне нравится слушать твою пипу. Хоть и выпадает такая возможность редко.
— Ты и сама такая же.
— Потому что, если я заиграю, тайна раскроется. Мне уже говорили, что тембр моего исполнения очень похож на мамин. Если раскроется моё кровное родство с госпожой Юй Хуань, это доставит всем проблемы. И «Тень», возможно, убьёт меня.
Поэтому, даже если ей и хотелось играть, она не могла.
Единственное, что Лилия унаследовала от Юй Хуань, — это тембр пипы и имя.
— Если бы ты мог пообещать мне, что будешь играть на пипе всякий раз, когда я захочу, и до тех пор, пока я не буду довольна, то, возможно, я бы и подумала о том, чтобы стать твоей невестой… ха-ха!
Рука Ли Чэня, перебиравшая струны пипы, внезапно замерла.
— Вот как. Если дело только в этом, то уступить для меня не составит труда.
— А-ха-ха, надо же, «уступить»! И не думала, что услышу от тебя слово «уступка»! Это на каком языке вообще? Точно, это сон. Такое просто невозможно. Сказать по правде, я даже во сне не надеялась это услышать. Я так тронута!
Лилия хохотала, схватившись за живот.
Ли Чэнь скорчил крайне недовольную мину.
Лилия пристально посмотрела ему в лицо. Сказать по правде, оно ей вовсе не было противно.
— …И правда. Хотя я и говорила Юй Шунь-сяньшэну, что ненавижу тебя, на самом деле это не совсем так. И то, что ты младше меня, тоже можно стерпеть. Только вот я тебе не мать.
— А? Не говори такой гадости. Я никогда не воспринимал тебя как мать.
— Да какая разница. Всё равно, как проснусь, сразу соберу вещи и уйду. Но раз уж это сон, то, пожалуй, можно и сказать. «Ладно, я проиграла тебе. Мне просто нужно быть рядом с тобой, да? Что ж с тобой поделаешь, останусь-ка я с тобой навсегда»…
Лилия хихикнула.
— Что бы ты со мной ни делал, мне всё равно, поступай как хочешь. Что бы ни случилось, я точно тебя не возненавижу. Даже если ты не будешь со мной нежен, даже если твои слова будут колкими и едкими, теперь я уже не смогу тебя разлюбить. Я давно к этому привыкла. К тому же ты всегда такой, так что я и не жду от тебя чего-то невозможного. Хотя за эти десять с лишним лет я несчётное количество раз думала: «Этот мужчина просто невыносим!», мы всё же были вместе. Теперь, что бы ни произошло, я продолжу тебя любить. По правде говоря, в моём сердце твоя оценка опустилась на самое дно, ниже падать некуда, и в итоге я всё равно пришла к выводу, что ты мне нравишься. Так что, если бы ты совершил что-то по-настоящему трогательное, думаю, я бы действительно тебя полюбила. Просто поразительно. Твоя оценка на самом дне — значит, за все эти десять лет ты не делал ничего, кроме самых скверных поступков. Это что, твой особый талант? Я поняла. Для меня нет ничего сложного в том, чтобы оставаться рядом с тобой до скончания веков.
— Так и делай.
— Даже во сне ты такой самонадеянный! А вот и нет! Хоть я и могу это сделать, но не хочу начинать с тобой серьёзные отношения прямо сейчас. Не надейся, что я буду во всём тебе подчиняться. Ты глубоко заблуждаешься. А ещё я заберу с собой то лилейное дерево. Можно мне его взять? Оно мне очень нравится, отдай его мне.
— Нельзя. Ты останешься здесь. Всё равно ты рано или поздно меня послушаешь.
Лилия невольно рассердилась.
— И не подумаю!
— Послушаешь. Ты никогда прежде не шла против моей воли.
— За… заткнись. В этот раз — ни за что. С какой стати мне становиться невестой такого капризного, эгоцентричного и бессердечного мужчины? Я уже ясно дала понять, что отказываюсь, и спорить бесполезно. Прости, что ударила тебя тогда.
Лилия протянула руку и коснулась щеки Ли Чэня, по которой ударила. Как и следовало ожидать от сна, след почти исчез.
В глазах Ли Чэня промелькнуло слабое, необъяснимое смятение.
— Сейчас я позволяю тебе забрать свои слова назад. Тогда я, возможно, проявлю милосердие и прощу тебя.
— С чего это ты вдруг заговорил так высокомерно? Нет уж. Тот, кто мне нравится, — твой старший брат. А впрочем, может быть, ты мне нравишься даже больше, чем Шао Кэ-дажэнь. Терпеть не могу мягкость Шао Кэ-дажэня. Такие холодные, как ты, — их легче разгадать, так даже лучше. Можно избежать боли.
Лилия уткнулась лицом в колени.
— …Хитрый человек. «Лилия, тебе я могу со спокойной душой доверить Ли Чэня и Цзю Лана»… Ну и как мне уйти после таких слов? Слышишь? Играть чувствами женщины — это просто подло. Но мне очень нравилось ждать возвращения Шао Кэ-дажэня вместе с тобой. Ведь он в конце концов обязательно вернётся туда, где ты и Цзю Лан. А Цзю Лан такой милашка…
— У старшего брата уже есть фужэнь и очаровательная дочь. Тебе ничего не светит. Советую выкинуть это из головы.
— Знаю я. Дай мне хоть немного побыть в печали. Я ведь даже пипу Шао Кэ-дажэня больше не смогу послушать…
— А-ха-ха, надо же, «уступить»! И не думала, что услышу от тебя слово «уступка»! Это на каком языке вообще? Точно, это сон. Такое просто невозможно. Сказать по правде, я даже во сне не надеялась это услышать. Я так тронута!
Лилия хохотала, схватившись за живот.
Ли Чэнь скорчил крайне недовольную мину.
Лилия пристально посмотрела ему в лицо. Сказать по правде, оно ей вовсе не было противно.
— …И правда. Хотя я и говорила Юй Шунь-сяньшэну, что ненавижу тебя, на самом деле это не совсем так. И то, что ты младше меня, тоже можно стерпеть. Только вот я тебе не мать.
— А? Не говори такой гадости. Я никогда не воспринимал тебя как мать.
— Да какая разница. Всё равно, как проснусь, сразу соберу вещи и уйду. Но раз уж это сон, то, пожалуй, можно и сказать. «Ладно, я проиграла тебе. Мне просто нужно быть рядом с тобой, да? Что ж с тобой поделаешь, останусь-ка я с тобой навсегда»…
Лилия хихикнула.
— Что бы ты со мной ни делал, мне всё равно, поступай как хочешь. Что бы ни случилось, я точно тебя не возненавижу. Даже если ты не будешь со мной нежен, даже если твои слова будут колкими и едкими, теперь я уже не смогу тебя разлюбить. Я давно к этому привыкла. К тому же ты всегда такой, так что я и не жду от тебя чего-то невозможного. Хотя за эти десять с лишним лет я несчётное количество раз думала: «Этот мужчина просто невыносим!», мы всё же были вместе. Теперь, что бы ни произошло, я продолжу тебя любить. По правде говоря, в моём сердце твоя оценка опустилась на самое дно, ниже падать некуда, и в итоге я всё равно пришла к выводу, что ты мне нравишься. Так что, если бы ты совершил что-то по-настоящему трогательное, думаю, я бы действительно тебя полюбила. Просто поразительно. Твоя оценка на самом дне — значит, за все эти десять лет ты не делал ничего, кроме самых скверных поступков. Это что, твой особый талант? Я поняла. Для меня нет ничего сложного в том, чтобы оставаться рядом с тобой до скончания веков.
— Так и делай.
— Даже во сне ты мнишь себя пупом земли! Нет уж! Пусть я и могу это сделать, но я вовсе не хочу с этого момента заводить с тобой серьёзные отношения. И не думай, что я буду во всём тебе потакать. Ты глубоко заблуждаешься. Поэтому я заберу с собой и то дерево лилий. Его ведь можно взять? Оно мне очень нравится, так что отдай его мне.
— Нельзя. Ты должна остаться здесь. В любом случае рано или поздно ты меня послушаешься.
Лилия невольно рассердилась.
— И вовсе я не послушаюсь!
— Послушаешься. Ты ещё ни разу не пробовала идти против моей воли.
— …За… зануда. На этот раз точно нет. Как я могу стать невестой такого капризного, эгоцентричного и бессердечного мужчины? Я уже ясно дала понять, что отказываюсь, и спорить бесполезно. И прости, что ударила тебя тогда.
Лилия протянула руку и коснулась щеки Ли Чэня, по которой его ударила. Как и следовало ожидать от сна, след почти исчез.
В глазах Ли Чэня мелькнуло мимолётное, необъяснимое замешательство.
— Я позволю тебе забрать свои слова назад прямо сейчас. В таком случае я, пожалуй, проявлю снисхождение и прощу тебя.
— Почему это ты говоришь такие надменные вещи? Нет-нет. Человек, который мне нравится — это твой старший брат. А, впрочем, может быть, ты нравишься мне даже больше, чем Шао Кэ-дажэнь. Я не люблю эту мягкость Шао Кэ-дажэня. С таким холодным человеком, как ты, которого легко раскусить, даже как-то проще. Так можно избежать сердечных ран.
Лилия уткнулась лицом в колени.
— …Хитрый человек. «Если это будешь ты, я смогу со спокойным сердцем доверить тебе Ли Чэня и Цзюлана» — когда говорят такое, разве я могу уйти? Верно? Играть чувствами женщины — это так подло. Но мне очень нравилось ждать возвращения Шао Кэ-дажэня вместе с тобой. Ведь он в итоге обязательно возвращался туда, где был ты и Цзюлан. А Цзюлан такой милашка…
— У старшего брата уже есть фужэнь и очаровательная дочь. Тебе там ничего не светит. Советую тебе оставить эту затею.
— Я знаю. Дай мне хоть немного погрустить. Я ведь больше не смогу услышать даже игру Шао Кэ-дажэня на пипе…
Прозвучал резкий звук приглушённой струны.
— Я буду играть тебе на пипе, когда захочешь, пока ты не будешь довольна.
На лице Лилии появилось выражение — то ли плач, то ли смех. Ли Чэнь во сне был слишком добр.
— …Нет. Я не стану твоей невестой. Потому что Шао Кэ-дажэня и Сю Ли ты всегда будешь любить больше, чем меня, разве не так?
— Само собой. Даже не надейся на иное.
— …Послушай, когда в следующий раз будешь делать предложение любимой женщине, ни в коем случае не говори таких вещей, ладно? Тебя точно бросят. Кстати, ты посмотрел список тех, кого я тебе подобрала? Я ведь так старалась, искала их для тебя. Все они — чудесные девушки. Постарайся не провалиться в следующий раз, когда будешь делать предложение. Прощай, Ли Чэнь.
— Какое ещё «прощай». Этот скучный список я уже давно бросил в огонь.
— Что?! Ну ты и негодяй! Взял и предал огню плоды моих тяжких трудов?! Ищи себе кого-нибудь сам!
— Лилия!
Как только она поднялась, Ли Чэнь впервые в ярости закричал на неё.
— Пусть старший брат и Сю Ли — особенные, но на пипе я буду играть только для тебя одной. Даже если Сю Ли будет упрашивать, я не стану играть. Постараюсь не играть… Не уходи.
Лилия оторопела. Действительно, это всего лишь сон. Не верилось, что Ли Чэнь может зайти так далеко.
— …Боже. Нет в мире человека более капризного и неблагодарного, чем ты. Значит, в твоём сердце я лишь на третьем месте, но при этом ты требуешь, чтобы я любила только тебя одного? Какой же ты бесстыдный мужчина. Пожалуй, я единственная во всём мире, кто способен понять, что это твоё отвратительное признание — на самом деле попытка выразить искренность на пределе твоих сил. Наверное, ты стал таким из-за того, что я всегда потакала твоим капризам и позволяла тебе нежничать. Ну да ладно, потакать твоему своенравию и терпеть твои выходки мне не так уж и неприятно.
Она протянула руку и легонько потянула Ли Чэня за чёлку.
Ли Чэнь, который всегда вёл себя как ребёнок. Быть рядом с ним… да, на самом деле это вовсе не было в тягость.
Лилия никогда не помышляла о том, чтобы изменить Ли Чэня. Даже если он останется прежним, она могла бы и дальше быть рядом.
— …Клетка оказалась очень уютным местом. Ты никогда не лгал. Спасибо, что открыл её. Даже если замок отперт, я всё равно хотела бы остаться здесь и баловать тебя. Но сейчас мне нужно уйти.
— Куда ты собралась?
— Куда угодно, лишь бы там не было тебя. Ничего страшного, могу даже пойти в семью Пяо обучаться на жрицу. Если я останусь с тобой ещё дольше, чувствую, что обязательно приму какое-нибудь глупое решение. Ты — самый худший мужчина в моей жизни. Как я вообще могу вечно быть с таким человеком? Если я попадусь к тебе в руки, моей жизни конец.
Ли Чэнь хмыкнул:
— Уже слишком поздно.
— Вовсе не поздно. Я ведь не чета тебе. Я всегда участвовала в делах семьи Хун. Могу поручиться, что мои методы и подготовка безупречны. Я уже продумала идеальный способ побега.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
