Зима следующего года
— Мужчина, опирающийся на трость — это Чжэн Юйшунь.
Он находился на втором этаже таверны, непринуждённо глядя сверху вниз на человека, на которого указал «заказчик».
Снег, выпавший прошлой ночью, укрыл все улицы, словно надев на город пушистую ватную шапку.
Среди этого безмолвия шёл молодой человек, опираясь на трость. Его небрежно собранные длинные волосы спадали на спину, а следы от трости и обуви бесконечной лентой тянулись позади.
Прямо как в сказке, — прошептал он про себя, наблюдая за этой картиной. В этот момент идущий внизу юноша, словно погружённый в раздумья, слегка опустил голову. Наблюдатель пристально вгляделся в его профиль — лицо казалось необычайно длинным.
Дул холодный ветер, кружились снежинки.
Внезапно, будто почувствовав чужой взгляд, Чжэн Юйшунь поднял голову. На мгновение показалось, что можно было разглядеть даже трепет его ресниц.
…В тот миг он решил принять «заказ».
В сумерках Юй Шунь шёл по укрытым первым снегом улицам столицы Гуйян. Отовсюду доносились обрывки разговоров прохожих — и все они были связаны с государственными экзаменами.
— Эй, слыхали? Говорят, в этом году на провинциальных экзаменах творился сущий беспорядок. В списках сплошь безвестные выскочки.
— Слыхали, конечно. Тем, кто делал ставки, пришлось несладко.
— Это точно. То и дело приходят вести о людях, которые разорились и сбежали под покровом ночи, а кто-то и вовсе в петлю полез. Теперь все кругом жалуются. Слышал ещё, что игроки в панике пытаются изменить решение, на кого ставить на столичных экзаменах.
— А я слышал, что в провинции Хуанчжоу экзамен сдал всего один человек!
— Да ну?! А я вот слышал, что в одной провинции какой-то бездельник с лёгкостью прошёл отбор. Невероятный малый! Говорят, его даже местные бандиты приветствовали, выстроившись в ряд. Поговаривают, он подкупал и запугивал экзаменаторов, даже пальцы рубил, и в итоге кое-как пролез в список последним.
— Силён!
— Провинциальные экзамены в Ланьчжоу тоже всех удивили, но самый большой кавардак, конечно, случился в Цзычжоу.
Голоса затихли, когда говорившие зашли в питейное заведение, и продолжение беседы осталось неизвестным.
Юй Шунь потёр нос.
(А мне казалось, что пальма первенства по части неразберихи принадлежит Ланьчжоу). Ходили слухи, что когда король решил одновременно возвысить тройняшек из семьи Лань и других чиновников этого рода, пятеро выходцев из Ланьчжоу, сдавших провинциальный экзамен, в полном составе отказались от своих мест.
В сравнении с Цзычжоу это выглядело почти нормально.
— Семья Лань ни капли не изменилась…
Юй Шунь просмотрел результаты провинциальных экзаменов, которые ему предоставил Ван Цзи. Список и впрямь был любопытным.
(Лай Цзюньчэнь… Цзянь Вэньчжун… Лю Цымэй…) И тот самый «молодой господин из бандитов» Гуань Фэйсян. Хотя он с треском провалил задания на запоминание, всё же умудрился пройти отбор, заняв последнее место, блестяще справившись с сочинением на свободную тему.
(Следом идёт первый в списке провинции Хуанчжоу — Хуан Фэнчжу). Говорят, он наделён красотой, способной губить города, но к экзаменам относится со всей серьёзностью. Его способности неоспоримы — он юн и выдающ. Стоило взглянуть на его ответы, как становилось ясно: он по праву заслуживает первого места.
Однако был ещё кое-кто.
Шурх — охапка积 снега соскользнула с дерева перед постоялым двором, обнажая россыпь ягод цвета крови. Это была нандина.
Юй Шунь протянул руку, мягко касаясь свисающих гроздьями ярко-красных плодов. Даже издали их сочный цвет приковывал взор.
Каждый раз, видя нандину, Юй Шунь невольно замедлял шаг, желая сорвать веточку. Но сегодня он хотел лишь молча созерцать их — смотреть на эту живую красноту дольше обычного.
— Лучший в провинции Хунчжоу — это… — Дул холодный ветер, кружил мелкий снег. Концы длинных волос, собранных сзади, трепетали на ветру, уши горели от холода. Зима в Цзычжоу была суровой и пронизывающей. Даже ноги ныли от боли. К ночи эти ощущения лишь усиливались.
(Лучший в провинции Хунчжоу — Хун Лишэнь)… Холодный порыв ветра со стороны гор пронёсся по улице, неся с собой снежную пыль. Юй Шунь поднял голову к хмурому небу и закрыл глаза. Снежинка упала на ресницы и тут же растаяла. Эта сцена напомнила ему листопад в тех краях.
Когда Юй Шунь моргнул, смахивая влагу, он почувствовал на себе пристальный взгляд. Его глаза, только что безмятежно взиравшие в небо, внезапно широко распахнулись от удивления.
В этот миг он позабыл даже о боли в ногах.
Затаив дыхание, он смотрел на второй этаж галереи, где стоял мужчина, неотрывно глядевший на него сверху.
В тот же миг раздался звон разбитого стекла.
С того самого этажа, на который только что смотрел Юй Шунь, вылетел человек вместе с обломками двери. Осколки стекла и обрывки полотна градом посыпались прямо на Юй Шуня.
Внезапно Юй Шунь почувствовал, как кто-то схватил его за руку и дёрнул назад.
Неизвестный, обладавший недюжинной силой, в самый последний момент вырвал его из когтей смерти.
Вылетевший из окна мужчина приземлился на ноги; высота была небольшой, так что он, скорее всего, отделался лишь переломами.
— Вы не ранены?
Юй Шунь повернул голову на голос молодого человека.
— Ах… благодаря вам я цел. Премного благодарен.
Рассыпаясь в благодарностях, Юй Шунь обернулся к спасителю, но тот поспешно отвёл взгляд. Лицо незнакомца было обмотано тканью так, что видны были одни глаза.
…Выглядел он крайне подозрительно.
— Не стоит благодарности… Главное, что вы в порядке, — глухо проговорил он сквозь ткань.
Тем временем в здании, казалось, завязалась яростная потасовка. Сверху доносились крики, ругань и грохот бьющейся посуды. Окна галереи разбивались одно за другим, на улицу летели столы и вазы. Прохожие с криками бросились врассыпную, ища укрытия.
— Скорее бежим. Здесь опасно, я помогу вам.
Молодой человек в маске подхватил Юй Шуня под руку и молча поднял его трость. Несмотря на подозрительный вид, вёл он себя как образцовый юноша.
Когда Юй Шунь уже собирался принять помощь, кто-то на втором этаже перемахнул через перила и спрыгнул на землю. Приземлился он прямо перед ними.
Собранные в хвост волосы на его затылке качнулись от прыжка. Незнакомец в упор уставился на Юй Шуня.
Плотно сжатые, выражающие крайнее недовольство губы, всё та же привычная надменность и холодный, как лёд, взгляд.
Невольно вспомнился тот замкнутый мир.
Всё было точно так же, как десять лет назад.
…Вот только почему-то под мышкой этот человек держал «дерево богатства» и небольшой свёрток.
Пока Юй Шунь в недоумении моргал, ситуация окончательно вышла из-под контроля.
— Вы тоже заодно с этим мошенником?
…Мошенником? Пока он пребывал в оцепенении, из галереи высыпала толпа свирепого вида мужчин, в мгновение ока окружив их.
Юноша, спрыгнувший сверху, бросил свёрток и горшок с растением Юй Шуню и человеку в маске.
— Держите! Уроните — пеняйте на себя.
Тон был такой, будто Юй Шунь и его спутник были его слугами уже сотню лет. Юй Шунь заглянул в свёрток — тот был набит мандаринами. Но почему?
— Эй, ты! Что происходит?! Я тебя знать не знаю! Не впутывай в это обычного мирного жителя вроде меня!
— Помолчи!
Спрыгнувший сверху юноша цокнул языком.
— Да кто ты такой вообще?
Изначально человек в маске пытался заступиться за Юй Шуня, но этот невольный обмен репликами убедил обступивших их игроков в том, что все они — сообщники.
— Точно, они заодно! Думали сорвать куш и сбежать? Не выйдет. Хватайте их и проучите как следует!
— А ну, отдавай и то денежное дерево, что всё в золотых монетах!
Что касается того бонсая, то это было чистой правдой. На нём в качестве колокольчиков висели золотые монеты, одна подле другой. Это денежное дерево даже в былые времена процветания экономики считалось бы редчайшим сокровищем. Стоило игрокам договорить о бонсае, как лицо того мужчины приняло ещё более недовольное выражение.
— Эй, ты, человек в маске! Только посмей отдать бонсай, и я заставлю тебя жалеть об этом до конца жизни. Готовься к заслуженной каре!
— И это, по-твоему, подобающее отношение к тому, кого о чём-то просишь? — громко прикрикнул молодой человек в маске, однако бонсай так и не выдал. Похоже, на его взгляд, по какой бы то ни было причине, нападение толпой на одного было делом постыдным.
Даже если это всего лишь «один», подвергнуться нападению толпы — высший позор.
Желая поскорее уладить дело и вернуться, Юй Шунь обратился с вопросом к зачинщику беспорядков — Хун Лишэню:
— Во что вы только что играли?
Ли Шэнь разгневался и невольно нахмурился.
— Как бы то ни было, я никого не обманывал.
— Ладно, оставим это, что всё-таки за игра?
Из-за холода и недавнего столкновения Юй Шунь почувствовал тупую боль в ногах. Между тем Ли Шэнь недовольно пробурчал себе под нос:
— Это был… «Дракон без хвоста».
— О… раз так, то ни к одной из сторон не может быть претензий, верно?
У проигрыша игроков была своя причина, и Ли Шэнь, по идее, не должен был прибегать к каким-либо уловкам.
(Потому что в этой игре можно победить с помощью расчётов.) В голове проносятся тысячи вариантов развития событий, мгновенно применяются сложные формулы с числами более чем в десять знаков, и в ту же секунду находится верный ответ.
Если обладаешь подобными способностями, проиграть в такой игре решительно невозможно.
Сколько бы раз игроки ни пробовали, они, разумеется, не смогли бы одержать верх.
— А что с выигранными деньгами?
Ли Шэнь молча указал на винный дом — призы всё ещё оставались там, однако игроки не могли сдержать ярости.
(Собственно говоря, в самом начале именно из-за того бонсая игроки и втянули его в игру.) «Это славная вещица» — поначалу те игроки были полны решимости заполучить её, но никак не ожидали, что потерпят сокрушительное поражение, и теперь их сердца пылали гневом. В итоге Ли Шэнь стал мишенью для всех нападок и навлёк на себя общую ненависть. И дело здесь было вовсе не в обмане и не в деньгах. Они проиграли в пух и прах.
(Пока кто-то не отправился доложить о случившемся то ли главарю, то ли чиновнику, стоило бы воспользоваться моментом, чтобы сбежать или ввязаться в драку… Вокруг царил полнейший хаос.) Однако события приняли ещё более неожиданный оборот.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
