(Даже если просто проверять содержание по одному, объём работы для троих всё равно огромен… К тому же… половина написана на древнем языке… Не может быть… Это же даже прочитать невозможно!)
Ли Ин перелистывал оглавление страницу за страницей, словно что-то разыскивая, и вскоре нахмурился.
— Теперь уже нет смысла начинать чтение с «Истории саранчовых бедствий»… Это будет пустой тратой времени. …Хм, что же это была за книга? Если она связана с растениями, то это заняло бы ещё больше времени…
— У-у-у, плакать хочется… А что это за «то самое»?
— …Если я правильно помню, существовало одно действенное средство против саранчи! Кажется, где-то об этом было написано… верно?.. Да, я видел это и тогда подумал, что даже «бездарный» человек сможет принести пользу. Должно быть, поэтому отец прервал свой суровый выговор. Я хочу это проверить.
— Действенное средство против саранчи?!
У Сюли едва челюсть не отвисла.
То, что люди ничего не могут с этим поделать, считалось прописной истиной «снаружи». Если беда случалась — всё было кончено, спасения не существовало. Оставалось только ждать смерти.
— Однако Ли Ин сказал, что способ есть, и семья Пяо, возможно, способна на это.
— Эй, так это же оно! Я найду! Буду искать хоть всю ночь напролёт!! Даже если тут десятки тысяч томов, я их перерою! Постарайся вспомнить хоть что-нибудь ещё, пусть даже самую малость. Что это за растение?
— …Какое-то… дерево… или вроде того. Родом из южных земель… Но его использовали не против саранчи, а для чего-то другого?.. Нет, я стараюсь изо всех сил… но не могу вспомнить…
В этот момент Сюнь, который хоть и листал оглавление, но выглядел несколько рассеянным, вздохнул.
— …Это наньлянь.
Ли Ин и Сюли посмотрели на Сюня. Тот повторил ещё раз:
— Наньлянь. Так его называют в провинции Лань. Оно знаменито как дерево, изгоняющее демонов. Родом из провинции Лань.
Ли Ин удивлённо захлопал глазами. Стоило Сюню это произнести, как воспоминание чудесным образом всплыло в памяти.
— …Оно самое. Точно… Хотя оно относится к семейству мелиевых, его можно найти только к югу от провинции Лань…
Сюли перевела взгляд с Ли Ина на Сюня. Сюнь был родом из семьи Сыма, первой среди вассалов дома Лань. Он вырос в провинции Лань…
— Ой, так значит… «южные земли», о которых говорил Ли Ин — это… провинция Лань?
— Да. В провинции Лань почти не бывает нашествий саранчи, но там жарко и часто идут дожди. Вредителей очень много. Однако если посадить этот наньлянь, насекомые и близко не подлетят. Можно варить листья, кору или корни, а можно просто выращивать его. Настоящее универсальное средство. Если сделать отвар и выпить, он исцелит от тысячи болезней — честное слово — а если разбрызгать получившийся настой, ни один вредитель не приблизится. Сильнейший эффект отпугивания и уничтожения насекомых, да к тому же универсальное лекарство. С давних пор оно невероятно знаменито в провинции Лань как священное дерево, изгоняющее демонов. Хотя под «изгнанием демонов» подразумевается именно борьба с насекомыми.
— Борьба с насекомыми… Насекомые… Значит, и против саранчи поможет?!
— …Вероятно. В провинции Лань нашествий саранчи почти не случается, и, возможно, дело не только в климате и почве, но и в том, что наньлянь там растёт повсюду. Хотя в провинции Лань тоже выращивают рис, бедствий от кузнечиков, саранчи или тли там на самом деле гораздо меньше, чем в других провинциях. …С давних времён в посевы в провинции Лань часто добавляют отвар наньляня. Для защиты от насекомых. При этом он не только отпугивает вредителей, но и совершенно безвреден для людей и урожая — просто невероятное, идеальное универсальное средство. …Его даже называют «дарованным небесами деревом».
— …Погоди, Сюнь, это… ты ведь знал об этом с самого начала?
Сюнь небрежно отбросил оглавление, и его единственный глаз внезапно сузился.
— Ага, знал. …Ничего не поделаешь, выложу-ка я ещё один козырь. Времени не осталось.
Сюли прикусила губу. И впрямь, всё в точности так, как говорил Цю Ин. Он никогда не раскрывает карты до самого последнего момента. И заставила его показать козыри не Сюли и не Ли Ин, а время. Вопреки внешности, он оказался человеком, сведущим в военном деле.
— Полагаю, мне известно содержание всех книг, что читал Ли Ин. То, что я хочу знать — это сведения о «настоящем». Я хочу увидеть новейшие данные об исследованиях саранчи, накопленные семьёй Пяо за последние десять с лишним лет.
— Десять с лишним лет?..
Книги о саранче, которые они только что видели в оглавлении, массово выдавались именно в то время.
— Неужели тем, кто брал книги, был ты… Нет, но…
Сюли, которая наводила справки о Сюне из семьи Сыма провинции Лань, внезапно вспомнила содержание отчётов.
— Десять лет назад Сюнь… «Сыма Сюнь» должен был мирно жить в провинции Лань.
— Верно, книги здесь брал не я. Но я знаю, кто это был. Мы не встречались лично, но мне известно имя. Своими глубокими познаниями о саранче я обязан именно этому человеку. Десять с лишним лет назад этот человек здесь, в семье Пяо — вероятно, прямо на этом самом месте, где мы сейчас находимся — с головой ушёл в поиски всех книг, связанных с саранчой. Он провёл исследование и переписал полученные сведения в сотни свитков, которые затем отослал. И эти свитки до сих пор хранятся «снаружи». Я узнал всё это, потому что постоянно читал те многочисленные записи. Так что мне не нужно ничего искать, я и так знаю больше, чем написано в тех немногих книгах, что прочёл Ли Ин.
Ли Ин невольно пришёл в замешательство. Тем, кто брал те книги, несомненно, был член клана Пяо. Кто-то из семьи Пяо.
Десять с лишним лет назад кто-то из семьи Пяо подробно описал всё о саранче и отправил эти сведения «снаружи»?
— Что за чепуха… Кто это был и ради чего?
Сюнь, казалось, хотел что-то сказать, немного повалялся в сомнениях, но в итоге заговорил:
— …Вы ведь наверняка слышали? ..Десять с лишним лет назад был период, когда сложились все условия для возникновения нашествия саранчи. Случилось несколько небольших неурожаев и засух. Хотя сейчас известно, что такие условия способствуют массовой кладке яиц саранчи, тогда об этом не знали. Однако тогдашний юйши дафу узнал из исторических хроник, что если подобная погода сохранится, это приведёт к бедствию. К несчастью, примерно в то же время, когда началась борьба между гунцзы, в столице тоже вспыхнули беспорядки.
Сюли отреагировала. …Это были воспоминания, которые невозможно забыть. В то время и впрямь несколько лет подряд случались неурожаи.
— Семья Лань устранилась, второй гунцзы был изгнан, король Цзянь Хуа слёг от болезни, и к тому же разразилась кровавая междоусобица между гунцзы. Если бы в такой ситуации произошло ещё и масштабное нашествие саранчи… это было бы концом всего. Население не просто сократилось бы вдвое — последствия были бы куда страшнее.
Сюли невольно вздрогнула. В то время и так свирепствовал голод, а если бы по всей стране пронеслась саранча…
Возможно, сейчас Сюли уже не стояла бы здесь живой.
(В то время… предвестники нашествия саранчи?..)
До сих пор Сюли считала, что те годы, когда выплакали все слёзы, были следствием лишь борьбы между гунцзы и чиновниками. Она думала, что всё случилось из-за того, что ни один высокопоставленный чиновник не пришёл на помощь. Она и сейчас так считала, и именно поэтому чувствовала отчуждение по отношению к «аристократам», возглавляемым Цинъя. Это, несомненно, были самые трагические годы в её жизни. Но… возможно, всё было не так уж плохо. Вероятно, могло случиться нечто гораздо более серьёзное. Сюнь говорил, что этого не произошло, потому что кто-то предотвратил беду. О такой возможности Сюли даже не задумывалась. Могло произойти нечто куда более ужасающее.
По спине пробежал холодок. Челюсть мелко задрожала. Голос Сюня внезапно стал казаться очень далёким.
— Тогдашний юйши дафу связался с семьёй Пяо. Он решил, что только семья Пяо, сведущая в изучении бедствий и науках, сможет найти выход. Причина была в точности такой же, как и сейчас. Тот человек из семьи Пяо, который получил послание, немедленно прибыл сюда, взял гору книг и после исследования отправил сотни документов. Должно быть, всё так и было.
Ли Ин уставился на Сюня пронзительным взглядом своих чёрных глаз.
— Это была не тётя, верно? И не отец. Почему ты не называешь имени этого человека?
— …Почему ты хочешь знать? Какая разница, кто это был?
— Я хочу знать причину, по которой ты не хо-чешь говорить. Почему не называешь имя? Потому что это касается меня, и тебе трудно это произнести, верно?.. В самом начале ты сказал, что «пришёл сюда по приказу некоего человека», так ведь? Тебе запретил говорить тот «некий человек»?
Сюнь грубо почесал затылок.
— …Ты знаешь имя своей матери?
Ли Ин и Сюли замерли, поражённые неожиданным вопросом.
— Моей… матери? Почему ты об этом спрашиваешь?
— Слушай. Хотя я знаком с тобой не так долго, я наблюдал за тобой. Ты совершенно ничего не знаешь о своей матери. Разве не так? Не знаешь, где она и как её зовут. Возможно, ты даже подозреваешь, что твоя мать — это на самом деле тётя Лю Хуа, и потому все так боятся и не смеют ничего говорить. Верно?
Ли Ин пошатнулся и отступил на два шага. Он попал в точку. Об этом, захлёбываясь от зависти, шептались «бездарности» внутри клана. К тому же Ли Ин знал лучше кого бы то ни было, что в глазах отца была лишь Принцесса Цянвэй. Но Принцесса Цянвэй сбежала двадцать лет назад, а Ли Ин родился всего десять с лишним лет назад. Сроки никак не совпадали. Но самым важным было то, что тётя Лю Хуа действительно питала к своему брату Пяо Лиину необычайную привязанность.
Никто никогда не говорил ему, чьим ребёнком он является, и сам Ли Ин об этом не спрашивал. Он смутно догадывался, что в годы Дае ради сохранения сверхспособностей внутри клана постоянно заключались близкородственные браки. Если бы он спросил и услышал подтверждение своим догадкам, то лучше было бы и вовсе ничего не знать.
— Мне велели не говорить, если не спросишь. Но если ты будешь строить догадки на пустом месте и в итоге загубишь свою жизнь, я буду об этом жалеть. Если хочешь спросить — я отвечу. Выбирай сам. Ты уже не ребёнок. И ты умён. Ты ведь уже понял, почему разговор сменился с темы саранчи на эту. Это и есть причина, по которой я не могу рассказать тебе всё просто так.
Ли Ин отрешённо смотрел на даты в каталоге. Десять с лишним лет назад. Он заметил ещё один факт, связанный с этим временем.
Возможно, это были годы борьбы между гунцзы. Но в то же время это было…
…время, почти совпадающее с возрастом Ли Ина.
Как только он осознал это, слова едва не сорвались с его губ.
— …Та, кто исследовала нашествие саранчи и отправила записи тогдашнему юйши дафу — это моя мать?
Он спросил. Поняв, что Ли Ин имеет в виду, Сюнь через мгновение кивнул.
— Верно. Твоя мать десять с лишним лет назад — точно не знаю когда — в то время, когда «снаружи» из-за борьбы между гунцзы царила смута, вышла замуж за Пяо Лиина. Хотя поговаривали, что она была женой, которую буквально навязали.
— «Снаружи»? Она была женщиной «извне»? Не из клана Пяо?
— В этом клане, где все славят королеву Лю Хуа, у какой женщины хватило бы смелости увести брата у Лю Хуа и выйти за него замуж? Та принцесса пришла «извне», вышла замуж за Пяо Лиина и стала частью клана Пяо. Её отцом был тогдашний юйши дафу.
Ли Ин широко раскрыл глаза. Семья Пяо была закрытым кланом. Даже вход на их территорию разрешался редко. Если не попасть «внутрь», было невозможно получить доступ к такому количеству исследований и знаний.
— …Эй, неужели только ради сведений о саранче тогдашний юйши дафу бросил свою дочь сюда, к потерявшему человеческий облик отцу и тёте, этой жестокой женщине?
— Этого я не знаю. Но даже если так, я не удивлён. Мне кажется, это очень в его ду-хе.
— Не шути так!
— Я не шучу. Ты понимаешь? Благодаря этому нашествие саранчи удалось предотвратить. Твоя мать, выйдя сюда замуж, изучила все сведения о саранче и отправила их. Разбираться с последствиями, когда всё уже случилось — худший из возможных путей. Предотвратить до того, как случится — лучший путь, и твоя мать сделала это. Знаешь, это из-на-чаль-но долж-но бы-ло быть ра-бо-той се-мьи Пяо. Не знаю, ради этого ли она вышла замуж, но, став женой человека, который никогда не смотрел на неё, и частью семьи Пяо, твоя мать выполнила работу, которую должна была сделать семья Пяо. Это куда достойнее, чем то, что делаешь ты сейчас — ты, который не может даже убедить собственного отца и не может встретиться с Лю Хуа.
— …!
Именно так.
Ли Ину нечего было возразить. Совершенно нечего.
— …Как… имя моей матери?
Сюнь мельком взглянул на Сюли. Заметив, что она уже давно всё поняла, он вздохнул и произнёс имя:
— Ван Фэйянь. Единственная дочь тогдашнего юйши дафу, а ныне главы Мэньсяшэн — Ван Цзи.
— …А?
После долгого молчания Ли Ин фыркнул.
— Не неси чепухи. Тогда получается, что господин Ван Цзи — мой родной дед?
— Именно так, этот старик на самом деле твой дед. Обрати внимание на должность тогдашнего юйши дафу. Не убегай от реальности.
— Ложь!! Тот… тот человек — мой дед по матери?! Господин Ван Цзи… сколько же ему лет!
— Возраст? Лет пятьдесят-шестьдесят?
— Не смеши меня. Отцу уже больше восьмидесяти. Почему дед младше его на тридцать лет?! Это слишком странно!! И то, что я родился десять лет назад — если подумать, это тоже странно. Что вообще происходит?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
