Минчжу мелко дрожала всем телом, слёзы непрерывно катились из глаз, когда нож вонзился в его тело. Она приоткрыла рот и тихо спросила его:
— Чжао Ши, тебе больно?
Чжао Ши стиснул зубы и, найдя в себе силы, даже слегка улыбнулся ей. Его дыхание было слабым:
— Не больно.
Минчжу толкнула нож чуть глубже и провернула его. Ей показалось, что она услышала звук разрываемой плоти. Она беззвучно плакала:
— Больно?
Лицо Чжао Ши уже взмокло от холодного пота, от боли у него не осталось сил даже на слова.
Но он всё равно хотел вытереть слёзы с её лица. В этой жизни он заставлял её плакать слишком часто.
Минчжу разжала руки. Её ладони были полностью в крови, вытекавшей из его тела. Её нельзя было оттереть даже платком. Она, всхлипывая, произнесла:
— Мне тоже очень больно.
Ей тоже было так больно.
Из-за того, что она умела терпеть и не издавала ни звука, пока боль не становилась невыносимой, он мог издеваться над ней, как ему вздумается.
Чжао Ши смотрел на сокрушённость в её глазах и чувствовал, как его собственное сердце разбивается вслед за ней.
За всю свою жизнь он почти никогда не плакал, но туман, поднявшийся в его глазах, постепенно превратился в капли и холодными слезами скатился по покрасневшим уголкам век.
— Прости. Чжу-Чжу, прости меня.
Чжао Ши склонял голову лишь перед ней одной, и эти слова он, вероятно, тоже говорил только ей.
Кровь в его груди постепенно перестала течь, но цвет его лица явно стал нездоровым.
Минчжу, казалось, была напугана обилием крови на полу. Она задрожала всем телом и сжалась в комок.
Она забилась в угол, выглядя совершенно испуганной.
Сознание Чжао Ши начало меркнуть. Опершись на край кровати, он замедлил дыхание и медленно закрыл глаза.
Минчжу лишь спустя долгое время очнулась от оцепенения. Она посмотрела на мужчину, неподвижно прислонившегося к кровати, и нахмурилась. Неужели он умер?
Он ещё дышит?
Может ли человек выжить после удара ножом?
Минчжу не знала, в её голове царил полнейший хаос. Она протянула пальцы, желая проверить его дыхание, но на полпути отдёрнула руку.
Она не смела.
Минчжу сама всё ещё страдала от сильного жара, её тело было пугающе горячим. Спустя мгновение она с распущенными волосами выбежала из комнаты, но во дворе никого не было.
На ней не было даже туфель, она бежала по земле босиком. Подол её платья развевался на ветру, лёгкий и летящий, словно лесной оленёнок, в панике и смятении спасающийся бегством.
Она выбежала со двора в растерзанной одежде и с растрёпанными волосами. На щеках виднелись следы крови, большие пятна крови были на платье и руках — они были повсюду.
Управляющий Линь, напуганный её видом, отступил на два шага:
— Минчжу-гу…
Управляющий Линь тут же исправился:
— Тайцзыфэй, что с вами случилось?
Это обращение было чуждо Минчжу. Она подняла руку, указала внутрь и сказала:
— Я убила Чжао Ши, он при смерти.
Управляющего Линя в этот летний день прошиб холодный пот. В обычное время он бы ни за что не поверил в такие слова, но сейчас, глядя на окровавленную Минчжу, он не мог не поверить.
Он тотчас бросился в комнату и, увидев наследного принца, неподвижно сидящего у кровати в луже крови, едва не лишился чувств. Он поспешно велел людям звать придворного врача!
В резиденции наследного принца мгновенно воцарился хаос.
Минчжу одиноко стояла в лунном свете в оцепенении, её руки в широких рукавах так дрожали, что она не могла их поднять.
Она убила человека.
Она действительно совершила убийство.
Она бесчисленное количество раз хотела убить Чжао Ши, хотела заставить его заплатить своей жизнью за её собственную.
Но когда она действительно убила его, в сердце поселился страх.
Если он умрёт, отпустят ли её его родители? Нет.
Жизнь за жизнь.
Жаль только её Сяо Мань, которой нет и трёх лет. Как дитя, оставшееся без матери, будет жить в будущем?
Тело Минчжу становилось всё холоднее. Она подошла к пруду, желая смыть следы крови с рук.
Но когда она оказалась у края, её отражение в озёрной воде выглядело поистине ужасающим.
Она отступила на несколько шагов и упала на землю. Ноги стали ватными, и она не могла подняться.
Управляющий Линь и помыслить не мог, что в поместье случится такая беда. Если с наследным принцем случится несчастье, все в резиденции должны будут последовать за ним в могилу.
Он до смерти боялся, что наследный принц вот-вот испустит дух.
Он осторожно потянулся проверить его дыхание.
Чжао Ши внезапно подал голос, выдавливая слова одно за другим из горла, совершенно обессиленный:
— Где Чжу-Чжу?
Управляющему Линю сейчас было совсем не до неё.
Чжао Ши, не считаясь ни с чем, сам вытащил нож из груди, и из раны кровь хлынула ещё быстрее.
Управляющий Линь едва не лишился чувств:
— Ваше Высочество, нельзя вынимать нож!
Чжао Ши прижал одну руку к груди, а другой опёрся о кровать и, пошатываясь, поднялся. Он нашёл на полке кровоостанавливающий порошок и высыпал его прямо на открытую рану. Он едва не потерял сознание от боли, но стиснул зубы и не издал ни единого стона.
Он наскоро перевязал рану марлей:
— Она напугана, приведи её обратно.
Управляющему Линю ничего не оставалось, кроме как подчиниться.
Он отправился к озеру на заднем дворе и привёл её.
Минчжу и так была робкого десятка, а веря, что убила человека, она действительно не могла прийти в себя.
Чжао Ши сжал её руку:
— Не бойся.
Минчжу, казалось, больше не узнавала его. Она лишь твердила одни и те же слова: «Я убила человека».
Ей нужно было вымыть руки и переодеться.
Управляющий Линь велел служанкам принести в комнату горячую воду и положить на стол комплект чистой одежды.
Руки Минчжу так сильно дрожали, что она опрокинула медный таз, и горячая вода разлилась по полу.
Служанки тут же принесли ещё один таз с горячей водой. Чжао Ши взял её за запястье и влажным полотенцем вытер ей каждый палец.
Пока он приводил её в порядок, кровь пропитала белую марлю на его ране, и ворот на груди тоже окрасился в тёмно-красный цвет.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
Такой живучий. Я уж подуиала, сейчас оба умрут и обретут третью жизнь, более гармоничную