Фу Тинъюнь вспомнила Девятнадцатую молодую госпожу из дома фуго-гуна, выданную замуж за Удин-хоу… Хоть мысли её и спутались, она твёрдо решила не лезть в эти мутные воды.
— Подождём, пока я не посоветуюсь с Девятым господином, — тихо сказала она.
Юйвэй согласилась, и снаружи снова раздались шаги.
Вошёл Чжэн Третий и доложил:
— Госпожа Чжан из поместья Чжан в Чжанцзяване прислала мамушку с подарками для маленькой госпожи.
Фу Тинъюнь ахнула:
— Не думала, что это вспомнят и у госпожи Чжан! — И с улыбкой добавила: — Это всё благодаря уважению к господину Яну!
Она торопливо велела Юйвэй ввести посланницу, угостила её чаем, передала почтенные пожелания госпоже Чжан, приняла опись подарков, одарила почтенную женщину серебром, а Юйвэй лично проводила её до ворот.
Цзинь Юаньбао шутливо поддразнил Ян Юйчэна:
— А ты не так-то прост! Зять ещё и порога не переступил, а тебе уже оказывают такое почтение.
Ян Юйчэн покраснел и долго смущённо мямлил.
В этот момент вбежал Чжэн Третий.
Ян Юйчэн торопливо окликнул его:
— Что случилось?
Чжэн Третий с суровым видом ответил:
— Управляющий Юй Хуайань из дома гелао Юя с переулка Цзядао прибыл по приказу госпожи Юй, чтобы преподнести подарки для маленькой госпожи!
Ян Юйчэн и остальные переглянулись.
А-Сэнь даже сжал кулаки:
— Чего она добивается?
— Да какая разница, чего она добивается! — холодно усмехнулся Ян Юйчэн. — Вода подступит — засыплем землёй, враг придёт — встретим мечом! Неужели мы испугаемся её!
А-Сэнь непрестанно кивал, а Цзинь Юаньбао хранил молчание.
Чжэн Третий быстрым шагом вошёл в гостиную.
Фу Тинъюнь передала опись подарков Чжао Лину:
— Неужто они решили сыграть раздвоение: один строгий, а второй милостивый? По логике, дом Юй не стал бы так гнуть спину!
Чжао Лин тоже оставался в некотором недоумении.
— Какую бы роль они ни играли — строгого судьи или добродетеля, — нам следует принять всё с открытым лицом, — Чжао Лин даже не взглянул на список и размашисто вернул его Фу Тинъюнь: — Принимай!
Фу Тинъюнь с улыбкой забрала опись и велела Чжэну Третьему:
— Раз уж с их стороны пришёл всего лишь управляющий, полагаю, тебе вполне достаточно встретить его самому.
Чжэн Третий сначала удивился, но затем понял мысль Фу Тинъюнь, с улыбкой согласился и, наклонив голову, вышел из гостиной.
Во дворе раздался шум.
Фу Тинъюнь и Чжао Лин невольно переглянулись.
До них уже донёсся звонкий, открытый смех госпожи Чэнь-Ши:
— Госпожа Чжао! У твоей дочки праздник первого года жизни, а ты мало того что приглашений нам не прислала, так ещё и встретить не выходишь, когда мы принесли поздравления…
Супруги Чжао переглянулись.
Штора приподнялась, и в комнату первой вошла госпожа Чэнь-Ши.
За ней следовали госпожа У и Юйвэй, с довольно смущённым видом.
— Мы столкнулись у входа в переулок и пришли вместе… — объяснила госпожа Чэнь-Ши и, подняв глаза, увидела Чжао Лина. Лицо её мгновенно залилось краской — она-то думала, что Чжао Лин всё ещё в Гуйчжоу, и запретила Юйвэй докладывать о них, желая сделать Фу Тинъюнь сюрприз, но не ожидала встретить Чжао Лина… Госпожа Чэнь-Ши и госпожа У в один голос ахнули, поспешно разворачиваясь, чтобы уйти, и столкнулись со стоящей позади Юйвэй…
Обстановка на мгновение стала довольно неловкой.
Чжао Лин с улыбкой поспешил сложить руки перед госпожой Чэнь-Ши и госпожой У в приветственном поклоне:
— Ваше посещение приносит невероятную честь моему скромному дому! Прошу вас, проходите в комнату, садитесь.
После этого, сославшись на необходимость обсудить важные дела с Ян Юйчэном, он с улыбкой откланялся перед гостьями.
Госпожа Чэнь-Ши невольно приложила руку к груди:
— Как господин Чжао оказался дома?
— Его вызывал Император для расспросов, — коротко пояснила Фу Тинъюнь, приглашая госпожу Чэнь-Ши и госпожу У на почётные места, и велела Коуэр подать чай.
Госпожа Чэнь-Ши ещё немного пошутила и расспросила о праздновании года Юю.
Госпожа У тем временем держала пиалу с чаем и о чём-то задумчиво размышляла. Дождавшись, когда они закончат разговор, она спросила про Чжао Лина:
— Говорят, Лунпин-хоу — человек непростого нрава, но кто бы мог подумать, что господин Чжао так легко сойдётся с ним, что даже столь высокое право предстать перед Императором уступили господину Чжао.
— Армия не может ни дня оставаться без военачальника, — скромно заметила Фу Тинъюнь. — Да и к тому же моим супругом воспользовались лишь потому, что он не обладает таким высоким положением и влиянием, как Лунпин-хоу или генерал Мо.
Госпожа У усмехнулась и, взглянув на госпожу Чэнь-Ши, произнесла:
— В таком случае нам следует заранее поздравить госпожу Чжао: когда Лунпин-хоу вернётся с победой, господина Чжао, вероятнее всего, ждёт очередное повышение.
Госпожа Чэнь-Ши об этом не задумывалась и, услышав такое, невольно удивилась.
Фу Тинъюнь любезно ответила госпоже У:
— Эта победа в Гуйчжоу — в первую очередь заслуга Лунпин-хоу и генерала Мо, а наш господин лишь исполнял приказы…
В этот момент вошла Чжэньчжу и доложила:
— Госпожа, прибыла госпожа Мо.
— Вот уж совпадение! — с улыбкой проговорила госпожа У.
Все поднялись навстречу и ввели госпожу Мо. Едва они успели обменяться приветствиями, как прибыла госпожа Ли, и снова начались тёплые расспросы и оживлённая беседа.
День рождения Юю ещё не наступил, приглашения не рассылались, но в доме Чжао уже царило неописуемое оживление.
Тем временем госпожа Юй, получив известия от Юй Хуайаня, держала пиалу с чаем и долго хранила молчание.
Юй Хуайань осторожно всматривался в выражение её лица, но не мог уловить ни гнева, ни радости, отчего на душе у него становилось всё неспокойнее.
Но госпожа Юй неожиданно произнесла:
— Я всё поняла. Иди.
Юй Хуайань внутренне обрадовался, размашисто и почтительно поклонился госпоже Юй и тихонько удалился.
Госпожа Юй тяжело и протяжно вздохнула.
Мамушка Шу поспешно подошла и с улыбкой спросила:
— Госпожа, что с вами? Не желаете ли прогуляться по саду?
— В этом клочке земли, где за два года всё исхожено вдоль и поперёк, на что там смотреть? — госпожа Юй с лёгким раздражением взмахнула рукой.
Мамушка Шу улыбнулась:
— Жить в столице — нелёгкое дело. Это поместье, конечно, не сравнится с нашей усадьбой в Наньцзине. К тому же госпожа повидала свет, разве простой пейзаж сможет усладить ваш взор…
Однако госпожа Юй слушала невнимательно и, точно разговаривая сама с собой, прошептала:
— «Величественна и непреклонна, исполнена достоинства и неуступчива»1… Действительно, госпожа из рода Фу…
В её голосе звучала бесконечная грусть и сожаление.
Мамушка Шу застыла в изумлении.
- Величественна и непреклонна, исполнена достоинства и неуступчива (威而不屈，贵而不移 / Wēi ér bù qū, guì ér bù yí) — цилата, восходящая к философскому трактату «Мэн-цзы», описывающая образ настоящего благородного человека, чьи принципы не ломают ни сила, ни богатство.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
