Фу Тинъюнь поспешила остановить Третью сестру:
— Ну разве можно так баловать ребенка!
Юю тоже отказывалась брать:
— Господин Янь говорит: «Ученик обязан трудиться для учителя, а лучшим вином и кушаньями угощать старших». Почитать матушку и тетушку — мой долг. Я не могу забрать вещь тетушки.
— Хорошо, хорошо, хорошо! — Третья сестра, выслушав это, обрадовалась еще больше. — Тетушка знает, что ты почтительная девочка, но это мое сердечное изъявление, а подарки назад не забирают. В этот раз забери, а в следующий раз тетушка подарит тебе не украшение, а что-нибудь другое. — С этими словами она надела браслет на запястье Юю.
Юю была совсем дитя, ручонка тоненькая, браслет на ней вовсе не держался. К тому же мать запрещала брать, и она упорно пыталась вернуть его Третьей тётушке. Но Третья сестра твердо намеревалась подарить браслет Юю, и обе долго перетягивали его из рук в руки. Не окажись рядом Юйвэй, браслет наверняка упал бы на пол и разбился. Фу Тинъюнь пришлось велеть Юю принять подарок, но она все же добавила:
— Неужели, если Чуньбин и Юаньсяо поднесут тебе что-то с почтительностью, ты тоже станешь одаривать детей драгоценностями? Впредь так делать нельзя.
— Само собой, само собой, — с улыбкой отозвалась Третья сестра и со вздохом добавила: — Это все оттого, что у меня нет дочки, вот сердце и просит!
Все невольно рассмеялись.
Юю присела перед Третьей тетушкой в поклоне-фули, чинно поблагодарила, попросила Юйвэй бережно убрать браслет, а сама закружилась с остатками сладостей и побежала к Си-гэ.
Служанки обустраивали комнаты, а Си-гэ, Сюй-гэ и Юаньсяо тем временем играли в кабинете в метание стрел тоуху1.
Си-гэ из десяти стрел попадал восемью, а Сюй-гэ оказался и того искуснее: глаз точен, рука верна, держался непринужденно и попадал без промаха. Это совсем лишило зрелищности успехи Юаньсяо, который из десяти стрел попал лишь одной. С досады тот плюхнулся на кресло и закричал:
— И что тут интересного? Обычная грубая сила! Если уж играть, то давайте в карты «цицяопай»2!
Только что вошедшая Юю, услышав это, не удержалась и прыснула со смеху.
Все трое братьев повернулись на звук. Юаньсяо смущенно заулыбался.
А Сюй-гэ бросил стрелы и подбежал:
— Сестренка, мы только что искали тебя поиграть, а тебя не было!
Юю подняла в руке шелковый мешочек:
— Я была у старшего троюродного брата, это он мне дал. Миндально-персиковое лакомство, из самого дворца! Правда, его немного, но давайте все попробуем. — С этими словами она открыла мешочек и подала одну штучку Сюй-гэ.
Юаньсяо удивился:
— Мои-то давным-давно съедены! Не думал, что старший брат припрятал такую вкусноту. — И добавил: — Хороши персиковые пирожные! — И без лишней скромности взял себе одно.
Си-гэ, получив угощение, сперва долго любовался им на ладони, и лишь потом стал откусывать по крохотному кусочку, смакуя вкус.
Сюй-гэ же засунул пирожное в рот целиком.
Юаньсяо спросил у братьев:
— Ну как? Вкусно?
— Вкусно! — Си-гэ зажмурил глаза с самым блаженным видом. — И душисто, и сладко. Куда вкуснее, чем сладкие коржи, что печет Саньнян.
Сюй-гэ, впрочем, не разделил его восторга и пробормотал:
— Чересчур сладко. — Заметив, что Юю стоит рядом со сладостью в руке и о чем-то задумчиво гадает, он громко спросил: — Сестренка, тебе тоже не нравится?
— Ой! — Юю пришла в себя и поспешно ответила: — Нет-нет! Я хочу поесть у себя в комнате. — И, торопливо шагнув к выходу, добавила: — Вы играйте, а я пойду спать. Завтра утром еще матушке засвидетельствовать почтение надо!
Си-гэ почесал затылок:
— Да ведь еще и часа Собаки3 нет…
А Сюй-гэ уже потянул Юаньсяо за рукав:
— Второй двоюродный брат, а что за карты «цицяопай»?
Юаньсяо тут же воодушевился, велел служанке из комнаты Си-гэ сбегать к себе за картами, а затем усадил Си-гэ и Сюй-гэ на кушетку у окна:
— Сейчас расскажу вам правила… — И совсем забыл про Юю.
Юю вышла из комнаты Си-гэ и отправилась к Чуньбину.
Чуньбин все еще разбирал свои книги. Увидев вошедшую Юю, он поспешно спросил:
— Моя мама и Девятая тетушка… съели пирожные?
Заметив, что лицо у него все еще пылает румянцем, Юю удивленно спросила:
— Старшему троюродному брату жарко? — Она огляделась по сторонам, увидела распахнутое настежь окно, и её взгляд стал еще более озадаченным.
Чуньбин сбивчиво пробормотал пару неопределенных фраз и вновь спросил про мать и Фу Тинъюнь:
— …Они ничего не сказали?
— Тетушка похвалила меня за почтительность, — радостно ответила Юю, — и даже браслет мне подарила! — Она щебетала без остановки, пересказывая всю сцену.
Чуньбин с облегчением перевел дух и спросил Юю:
— А тебе пирожное понравилось? — В его глазах затеплилось ожидание.
Юю поспешно достала мешочек:
— Старший троюродный брат, давай поделим пополам! — С этими словами она разломила остаток лакомства надвое и протянула одну половинку Чуньбину: — Ты ведь сам даже не попробовал! — В её голосе прозвучала искренняя забота.
У Чуньбина волной обдало грудь, и он спешно возразил:
— Я не люблю такое… Ешь сама.
— Поделим пополам! — Юю, глядя на Си-гэ и Юаньсяо, решила, что это пирожное ужасно вкусное, а Чуньбин вовсе его не ел и отказывается лишь из вежливости. Она настойчиво протягивала ему половинку.
Чуньбин смотрел на чистые, прозрачные, точно родниковая вода, глаза Юю и на розоватый кусочек сладости, лежащий на её белой, словно резной нефрит, ладони. В груди у него сладостно и больно сдавило, будто готово было вырваться наружу нечто такое, что одновременно пугало его и наполняло радостью.
Заметив, что он не шевелится, Юю капризно топнула ножкой и окликнула:
— Старший троюродный брат!
Сердце Чуньбина заколотилось, он наклонил голову и прямо с ладошки Юю губами подхватил и проглотил половинку пирожного.
- Тоуху (投壶 / tóuhú) — «метание стрел в кувшин», традиционная китайская аристократическая игра, требовавшая меткости и выдержки.
↩︎ - Цицяопай (乞巧牌 / qǐqiǎopái) — это традиционная китайская настольная карточная игра на логику и сообразительность, популярная среди детей и женщин. Это колода специальных карточек (или костяшек), в которой игроки соревнуются в скорости мышления, собирая совпадения, пары и логические комбинации из узоров, иероглифов или символов (по принципу сопоставления и комбинаторики, наподобие развивающего пасьянса или детского маджонга). Название происходит от слова «цицяо» (乞巧) — «прошение о ловкости и сноровке». Игра считалась не просто развлечением, а упражнением для развития ума, памяти и внимательности.
↩︎ - Час Собаки (戌时 / xūshí) — традиционное китайское обозначение времени с 19:00 до 21:00.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
