— Горо, — сказал Шанг Цзун, скользя по полу дворцовой столовой. — Есть ли у лодочника вести от твоего человека, Кано?
— Нет, — ответил великан, и его голос пророкотал, словно нижняя ля в фортиссимо на пианино. — И Кано не был моим человеком, мастер Шанг. Он был просто человеком… единственным человеком.
— Это меня беспокоит, — сказал Шанг Цзун, пока фигура в капюшоне отодвигала его украшенный золотом и слоновой костью стул. Мастер Смертельной Битвы сел, медленно покачивая своей худощавой головой из стороны в сторону. — Прошло уже пять дней.
— Я и ожидал, что у них уйдет как минимум столько времени, чтобы найти родовую деревню Кунг Лао, — сказал Горо, — если она вообще еще существует. Он сказал, что пришлет гонца, когда будет точно знать, что нашел ее.
— Шерпа говорил, что деревня существует, — заметил Шанг Цзун, — хотя теперь она носит какое-то другое название.
— Шерпа, — сказал Горо, — сказал бы что угодно, чтобы спастись.
— Я ему поверил, — сказал Шанг Цзун. — Этот человек был слишком глуп, чтобы лгать. — Он положил свои костлявые руки на подлокотники стула; рукава его богато расшитого зелено-золотого халата доходили почти до пола. — По меньшей мере пять дней, чтобы найти деревню, — вздохнул Шанг Цзун, — а затем еще дни, а может, и недели поисков, чтобы найти гору. Горо, после полутора тысяч лет поисков и раздумий почему эти последние дни кажутся такими бесконечными?
— Потому что награда так близка, — ответил Горо своим голосом, напоминающим контрабас. Он опустился в большой железный стул в конце длинного стола из капа. — Так бывает всегда. В битвах во Внешнем мире я никогда не сокрушался о враге, который ускользнул от меня на несколько дней, а только о тех, кто опережал меня на считанные минуты. В любви я всегда скучал по своим женщинам сильнее, когда вот-вот должен был их увидеть, чем когда покидал их.
— Возможно, ты прав, — сказал Шанг Цзун. — Скажи мне еще раз, почему Кано оказался лучшим кандидатом для этой работы — почему мы не смогли заполучить того, кого хотел я?
Горо засунул руку в меньшую из двух бамбуковых клеток, стоявших перед ним, вытащил маленькую извивающуюся рогатую жабу и засунул ее голову себе в рот. Он сжал челюсти. — Потому что человек, которого ты хотел, Саб-Зиро из ниндзя Лин Куэй, был недоступен.
— Я это знаю, — нетерпеливо проговорил Шанг Цзун своим дребезжащим голосом. — Почему он был недоступен?
Горо толстым пальцем затолкал остаток рогатой жабы в рот и, встряхнув клетку, чтобы посмотреть, что там ещё осталось, принялся рыться в копошащемся слое подвязочных змей, пока не вытянул тритона.
— Потому что он убил ассасина по имени Скорпион и залёг на дно. Никто не знает, где в Китае он находится, даже другие члены Лин Куэй.
Шанг Цзун покачал головой.
— Но ты уверен в родословной этого другого человека, этого Кано?
Горо съел одну из змей и кивнул.
— Когда я не смог найти Саб-Зиро, то узнал, что его ищут и Спецназ США, и благотворительное Общество Белого Лотоса. Ему нужны были деньги — но, что более важно, ему был нужен вызов. Он напомнил мне Кинтаро, предводителя моей армии во Внешнем мире. Он бы с радостью сражался за плату, но если платы нет, он всё равно готов биться. — Раздвоенный язык Горо прошёлся по тонким губам. — Эти привозные змеи хороши.
— А это общество, к которому он принадлежит, — сказал Шанг Цзун, — Блэк Дрэгон?
Горо закинул в рот вторую змею, заглатывая длинное зелёное существо. Оттолкнув верхними руками клетку с закусками, он подтянул двумя нижними конечностями клетку побольше, с основными блюдами, и откинул крышку. Его красные глаза расширились в предвкушении, пока он изучал содержимое. Взгляд остановился на мексиканской бусинчатой ящерице, и он запустил правую верхнюю руку в клетку.
— Это группа, образовавшаяся в Токио после так называемой Второй мировой войны, — сказал Горо. — Кано было всего пять лет, когда они нашли его — сироту, воровавшего и у американских солдат, и у местных жителей. Ему посчастливилось обокрасть одного из членов банды, который восхитился его навыками, и они приняли его к себе.
— И говорят ещё, что мир жесток, — произнёс Шанг Цзун. Он посмотрел в сторону портика, на холмы, спускающиеся к пляжу его острова.
Пейзаж выглядел так же, как и пятнадцать веков назад, когда он и Горо прибыли сюда, чтобы отпраздновать смерть Кунг Лао. Ни он, ни Горо тоже ничуть не изменились. Вместо того чтобы проводиться каждый год, турниры Смертельная Битва теперь устраивались раз в поколение, в соответствии с иным течением времени, существовавшим во Внешнем мире. Череда непрерывных побед Горо позволила им обоим оставаться в том же возрасте, в каком они были в тот день, когда сердце и душа Кунг Лао были вырваны из его тела и отправлены через портал к Шао Кану.
«Если бы только нашёлся способ вернуть утраченные фрагменты моей собственной души», — подумал Шанг Цзун.
Но он старался не думать в таком ключе. То, что было утрачено, исчезло безвозвратно — хотя амулет во многом бы это восполнил, если бы его удалось отыскать.
— Но мы сделаем этот мир лучше, Горо, — сказал Шанг Цзун. — Благодаря душам, которые ты собрал за годы побед в Смертельной Битве, у нас почти достаточно сил, чтобы открыть Внешний мир и позволить Шао Кану совершить переход.
Он пристально смотрел на великана-шоканита, пока тот пировал живой рептилией. Хотя ядовитая тварь укусила Горо прежде, чем гиганту удалось разорвать её пополам, у этого аутворлдера был иммунитет к её яду.
— Когда Владыка Тьмы придёт сюда со своими ордами демонов и фурий, он переделает это жалкое место. И когда он это сделает, мы тоже заявим о себе. Ты — с помощью Кинтаро и твоей армии Салинас… я — с помощью амулета.
Тёмные глаза Шанг Цзуна сузились.
— При условии, что этот дурак сможет его найти.
— Он его найдёт, — проговорил Горо, не вынимая изо рта гила-монстра, которого целиком запихнул в свою широкую пасть. — Он знает, что если потерпит неудачу, то спрятаться не удастся. В отличие от людей, которые его ищут, я найду его.
Шанг Цзун поднял металлическую крышку со своей тарелки, взял палочки из слоновой кости и принялся ковыряться в кусках жареной козлятины, плававших в рагу. Он выбрал маленький кусочек и медленно жевал, вспоминая шерпу, который нашёл карту в горах и продал её одному из участников последней Смертельной Битвы — американцу, который думал, что за неё дадут хорошую цену по возвращении в Соединённые Штаты, и отказался продавать её хозяину. Останки американца всё ещё лежали в трёх местах на пляже, куда они упали, когда Горо выбросил их отсюда; они лежали прямо рядом с лишённым конечностей туловищем шерпы, которого нашли, привезли сюда, и который не мог вспомнить, где обнаружил карту.
«Старый як», — подумал Шанг Цзун. Слишком много времени он тратил на курение трав и слишком мало внимания уделял тому, что происходило вокруг него. Такой образ жизни изменится, когда будет править Шао Кан, а Шанг Цзун и Горо будут рядом с ним. Никакого безделья… Людей заставят строить, учиться и служить. А если они этого не сделают, с них заживо содерут кожу и поджарят.
У Шанг Цзуна не было аппетита, но он заставлял себя есть, размышляя о будущем и ожидая лодку, которая привезёт к нему Кано и амулет….
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
