Глава 51. Полный беспорядок
Луань Нянь взглянул на не перестающий светиться телефон — Цзан Яо была настойчива. Переехав в Пекин, она не стала ни у кого просить помощи, а сама сняла одноэтажный домик на берегу Хоухая. В хутунах у Хоухая, где вечно сновали люди, тишина наступала лишь в два часа ночи. Но Цзан Яо это нравилось: она чувствовала, что здесь кипит жизнь.
Луань Нянь ответил на звонок и сказал Цзан Яо:
— Я за рулём, перезвоню позже.
— Придёшь вечером послушать музыку?
— Нет.
— Ладно, тогда потом поговорим.
Новый парень Цзан Яо тоже был из группы; он переехал к ней на второй же день после знакомства. Луань Нянь давно привык к тому, что Цзан Яо часто меняет мужчин; её постоянные переезды и смена партнёров были обычным делом.
Шан Чжитао всё время смотрела в окно машины. В июне горы утопали в зелени: и деревья, и трава — это было лучшее время года в Пекеине.
Бар Луань Няня строился уже больше двух месяцев и начал обретать форму. Он выделил в нём комнату для отдыха.
Шан Чжитао не особо представляла, как всё будет выглядеть в будущем, но чувствовала, что место огромное и наверняка вместит много людей.
— Здесь так глухо, кто же сюда приедет? — наконец озвучила она вопрос, который давно её мучил. Бары других людей находились на Хоухае, в переулке Наньлогусян или в районе Удаокоу — там, где всегда толпы. А его бар открывался здесь. Разве это не деньги на ветер? От одной мысли об этом у Шан Чжитао сжималось сердце.
— Бизнес — это целая наука, — сказал Луань Нянь. — Если хочешь научиться, я могу постепенно тебе всё объяснить.
— Постепенно? — Шан Чжитао не знала, что значит «постепенно». В глубине души она верила, что настанет день, когда им придётся расстаться — возможно, завтра, в следующем месяце или в следующем году. В любом случае, это не могло длиться вечно.
— Да, постепенно, — ответил Луань Нянь. Он как раз расспрашивал прораба о ходе работ. Дела шли чуть медленнее, чем ожидалось, и он хотел знать причину. Убрав телефон, он спросил Шан Чжитао: — Пойдём поедим? — Ему не терпелось утешить свой желудок, пострадавший от той миски лапши, которой его накормила Шан Чжитао.
Снова тот же рыбный ресторан.
Снова тот же хозяин. Казалось, он уже привык, что они приходят вместе, и принял их особые отношения как должное: с Шан Чжитао он вёл себя гораздо непринуждённее, чем раньше. Они съели рыбу, и Луань Нянь снова отвёз Шан Чжитао к себе домой.
Шан Чжитао подозревала, что внутри Луань Няня скрыт вечный двигатель. Иногда она в замешательстве искала в интернете: «В каком возрасте у мужчин начинает угасать половая функция?» Большинство ответов гласило, что в двадцать пять. А после двадцати пяти всё зависит от техники.
К Луань Няню это не относилось.
Ей нравилось целовать Луань Няня: его губы всегда были чуть прохладными, а её — тёплыми. Когда её тепло сталкивалось с его прохладой, сердце всегда замирало.
Она настойчиво целовала Луань Няня во время близости, и он не сопротивлялся, ему это даже немного нравилось.
Когда всё закончилось, Шан Чжитао надела пижаму, чтобы умыться, а затем вернулась в гостевую спальню. Они никогда не спали вместе, но этот день стал исключением.
Оба были вымотаны и после завершения не хотели шевелиться; рука Луань Няня всё ещё лежала на талии Шан Чжитао. Она подумала: «Просто немного отдохну».
Она лишь хотела передохнуть, но уснула.
Ощущение было удивительным: она спала, уютно устроившись в объятиях Луань Няня, положив голову на его руку и прижавшись спиной к его груди. Шан Чжитао спала крепко, а когда открыла глаза, обнаружила, что Луань Нянь крепко зажал её ногу своей, а рукой плотно притянул к себе так, что ей было не продохнуть. Она недовольно проворчала, с трудом повернулась и увидела, что Луань Нянь, не открывая глаз, прикрикнул на неё:
— Не двигайся!
Даже с закрытыми глазами было видно, что он недоволен.
…
Шан Чжитао замерла и сказала Луань Няню:
— Твоя нога… тяжеловата…
Спустя долгое время Луань Нянь спросил:
— Твой бывший парень говорил тебе, что ты во сне кувырки крутишь?
?
Шан Чжитао и вправду серьёзно задумалась над этим вопросом и так же серьёзно ответила:
— Он говорил, что иногда…
Луань Нянь отпустил её и пошёл в душ, а Шан Чжитао последовала за ним, спрашивая:
— Я кувыркалась? Как именно?
— Хочешь помыться со мной? — он преградил ей путь в дверях, пугая Шан Чжитао.
— Не хочу.
Луань Нянь закрыл дверь и включил воду. Он смутно слышал, как Шан Чжитао повысила голос:
— Я правда кувыркалась? Как? А ты меня с кровати не спихнул?
Луань Нянь редко спал с женщинами, и эта редкая ночь грозила обернуться травмой. Шан Чжитао во сне так саданула ногой, что едва не попала по самому дорогому. Луань Нянь даже всерьёз заподозрил, что она сделала это нарочно. Он уже собирался столкнуть её с кровати и даже занёс ногу, но тут Шан Чжитао повернулась на бок, обняла его за талию и поудобнее устроилась в его объятиях. Казалось, во сне она очень ему доверяла.
Луань Няню вдруг стало её немного жаль. Если спихнуть человека с кровати, когда он сладко спит, тот может испугаться и потом страдать от кошмаров. В общем, он решил потерпеть.
Так он и держал её, не давая брыкаться. Шан Чжитао в его руках была будто из породы ослов: то и дело вскидывала копыта, заставляя сердце Луань Няня уходить в пятки.
Выйдя из ванной, он увидел, что Шан Чжитао уже умылась и ждёт его на кровати с виноватым и извиняющимся видом:
— Я правда тебя ударила?
— А то нет? — Луань Нянь сдёрнул полотенце. Шан Чжитао поспешно закрыла глаза: — Среди бела дня! Не надо так! — Но пальцы её были расставлены, и она сквозь щелки разглядывала мускулистые ноги Луань Няня.
Луань Няня это позабавило. Убрав её руки, он указал на внутреннюю сторону бедра: там красовался синяк, совсем рядом с пахом. Он до сих пор не понимал, откуда у Шан Чжитао столько сил; вероятно, сказывалось то, что она много ела и много двигалась — вот и накопила грубую силу.
Шан Чжитао удивилась. Она указала на синяк, а затем на себя:
— Это я ударила?
— В тебя что, бес вселился? — Луань Нянь прогнал её с кровати. — Я проголодался, иди свари лапшу.
— У меня невкусная лапша.
— Всё равно вари.
— Ой.
Когда Шан Чжитао добавляла соль, Луань Нянь подал голос:
— Соль… пусть рука не дрожит, клади поменьше.
От этих слов её личико покраснело, она была готова сквозь землю провалиться. К счастью, получилось чуть вкуснее, чем вчера.
Снаружи хлынул ливень, охранник не смог поймать такси, поэтому Шан Чжитао не смогла уехать и была вынуждена остаться у Луань Няня. Обычно она ночевала у него только в пятницу, и это был первый раз, когда она осталась на две ночи подряд. Внезапно она просто не знала, чем заняться.
Луань Нянь, устроившись на диване, лениво листал журнал, а Шан Чжитао смотрела телевизор. Ей было ужасно скучно, поэтому она украдкой поглядывала на Луань Няня. Тот поймал её взгляд и отложил журнал:
— Что такое?
Шан Чжитао улыбнулась, села напротив него, скрестив ноги, и совершенно серьёзно произнесла:
— Луань Нянь, тебе не кажется, что мы друг другу почти чужие?
Увидев, что Луань Нянь нахмурился, она добавила:
— Я думаю, что более глубокое понимание друг друга также поможет повысить качество нашей сексуальной жизни.
…Луань Нянь решил ей подыграть:
— И что из этого следует?
— А то, что давай во что-нибудь поиграем!
— Во что?
— Мы с моим бывшим часто играли в вопросы на «камень, ножницы, бумага»: проигравший выбирает — ответить на вопрос или получить щелбан. Давай тоже поиграем, а?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
