Грозный предводитель великанов осыпал врагов дождем стрел и продолжал битву. Каждый раз, когда звенела тетива, его меткая стрела сражала ванара. И подобно тому как создания божьи бегут за помощью к Повелителю Жизни, павшее духом воинство ванаров бросилось под защиту Ангады. И когда Ангада сошелся с великаном, битва разгорелась с еще большей яростью. Сотни тысяч стрел, пылающих огнем, выпустил великан; и каждая, пущенная его умелой рукой, разила и терзала плоть врага. По телу Ангады струились потоки крови. Обезумев от ран, он вырвал из земли могучее дерево и метнул его в голову противника. Бесстрашный великан натянул лук; быстрые стрелы полетели навстречу дереву, преградили путь огромному снаряду, и оно безвредно упало на землю. Вождь ванаров на миг замер, затем поднял с земли обломок скалы, отсеченный молнией от вершины, и бросил его с непреодолимой силой. Заметив это, великан с палицей в руке спрыгнул с колесницы на песок прежде, чем грузная глыба обрушилась вниз, сокрушив сиденье, колеса, дышло и ярмо. Тогда Ангада схватил обломок горы, на котором всё еще цвели деревья, и со всей силой обрушил зазубренный пик на щеку великана. Тот пошатнулся, покачнулся и рухнул: кровь хлынула из него потоком. Лишившись сил, в беспамятстве лежал он какое-то время на песке. Но силы и сознание вернулись к нему, глаза вновь загорелись яростью, и, высоко подняв палицу, он ранил Ангаду в бедро. Затем он отбросил палицу и сошелся с врагом вплотную. Они бились на кулаках, осыпая друг друга ударами в лоб и в щеки, в грудь и в горло. Изнуренные битвой, с телами, омытыми кровью, они продолжали схватку, подобно Меркурию и пламенному Марсу, сошедшимся в жестоком бою среди звезд. На мгновение смертельная битва стихла: каждый вооружился верным мечом, чьи ножны, украшенные звенящими колокольчиками и золотой сеткой, покоились у них на бедрах. Взяв свои тяжелые кожаные щиты, они приготовились сражаться до тех пор, пока один не падет или не сдастся. Бесчисленные раны наносили они друг другу; их изнуренные тела содрогались и клонились к земле. Наконец воины пали на песок, впитавший потоки их крови. Но подобно тому как змея поднимает голову, будучи раненной стопой крестьянина, так и Ангада, стоя на коленях, собрал последние силы и схватил свой меч; и голова великана, отсеченная сверкающим клинком, скатилась на землю.
[Я опускаю песни LV, LVI, LVII и LVIII, в которых повествуется о том, как Акампана и Прахста выступают в бой и погибают. В этих песнях мало нового, а их исход в точности повторяет предыдущие события. В песни LV Акампана по приказу Раваны выводит свои войска. Являются и слышатся дурные знамения. Враги встречаются, и многие гибнут с обеих сторон: ванары пронзены стрелами, ракшасы раздавлены камнями и деревьями. В песни LVI Акампана видит, что ракшасы терпят поражение, и сражается с удвоенной яростью и силой. Ванары быстро гибнут под его «сетями стрел». Хануман приходит на помощь. Он мечет в великана горные пики, которые тот искусно останавливает градом стрел; наконец Хануман сбивает его с ног и убивает деревом. В песни LVII Равана серьезно встревожен. Он заявляет, что он сам, Кумбхакарна или Прахста должны выступить в бой. Прахста выступает, хвастаясь, что небесные птицы досыта наедятся плоти ванаров. В песни LVIII две армии встречаются. Страшна эта битва; непрерывен дождь из камней и стрел. Наконец Нила встречается с Прахстой и ломает его лук. Прахста спрыгивает с колесницы, и великан с ванаром сражаются пешими. Нила огромным деревом сокрушает своего противника, который падает, подобно подсеченному дереву.]
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
