Когда Ли Юаньгуй вместе с А-Чэнем добрался до переправы на южном берегу реки Вэйхэ, полдень уже миновал. Солнце висело высоко прямо посреди неба, и отблески на поверхности воды слепили глаза.
Эта переправа пряталась у берега под невысоким глиняным обрывом. В воде стояли две деревянные лодки, а на берегу виднелся продуваемый всеми ветрами соломенный шалаш, в котором сейчас никого не было. А-Чэнь указал на короткий земляной кан внутри шалаша и сказал:
— Рано утром кучжэнь Ян и мы нашли это место. Здесь еще спал старый лодочник, но стоило ему увидеть незнакомцев, как он принялся мычать да ахать, притворяясь глухонемым. Кучжэнь Ян спросил его, не переправлял ли он через реку хужэнь, везших с собой сяонянцзы, но старик не желал отвечать честно. Лишь после того как он получил добрых несколько пощечин, он признался во всем. А теперь и не знаю, куда все люди попрятались!
«Было бы странно, если бы после ваших угроз местные не разбежались…» — Ли Юаньгуй вздохнул. Теперь придется самим придумывать, как переправиться.
Он нашел в шалаше шест, они вдвоем перерезали причальный канат и взошли на небольшое судно. А затем лишь молча переглянулись.
Никто из них не умел ни управлять шестом, ни грести веслом.
— Хе-хе-хе, Шисы-лан, — неловко усмехнулся А-Чэнь, — река такая широкая, вода глубокая, если лодка перевернется — это не шутки. Может быть… ван все же вернется на берег, и мы на конях доберемся до Бяньцяо, чтобы там перейти реку?
Ли Юаньгуй повернул голову, взглянул на оставленных на берегу скакунов, прикинул время, которое займет путь до моста Бяньцяо, и покачал головой.
Прямой дороги вдоль берега не было, им пришлось бы делать крюк в добрых десять ли вниз по течению, чтобы добраться до моста. К тому же он считал, что, пустившись в путь на лодке отсюда же, ему будет легче найти место высадки и следы отряда Ян Синьчжи, чтобы поскорее воссоединиться и вместе искать Семнадцатую сестру. Если же он переправится по мосту Бяньцяо, то окажется слишком далеко от них — как тогда искать Ян Синьчжи?
Это всего лишь лодка. Гуляя в дворцовых парках с отцом и братьями, он не раз плавал на судах по Хайчи и даже соревновался в гребле с такими же любопытными и непоседливыми братьями. Река Вэйхэ хоть и широка, но в начале весны она еще мелеет, и на вид течение казалось спокойным и не слишком глубоким… Он решил все же переправляться здесь.
Примерно через время одной трапезы он горько пожалел об этом.
Пока лодка только отходила от берега, все было неплохо: один толкался шестом, другой греб веслом, и им едва удавалось управлять этим небольшим деревянным судном. Но вскоре нахлынуло стремительное течение, ударила волна, и лодку зашатало из стороны в сторону. О том, чтобы управлять ею, не было и речи — двое юношей едва могли устоять на ногах. Над рекой то и дело раздавались испуганные крики:
— Держи ровнее! Быстрее упирайся! Сейчас перевернемся!
— Влево! Влево! Левее, левее!
— А-а-а, Ваше Высочество! Не туда! Сейчас врежемся!
— Идиот! Присядь! Присядь! Справа присядь!
— Там камни! Не надо… а-лан, не надо…
Оказалось, что река Вэйхэ только с виду спокойна, а внутри нее повсюду скрываются течения и водовороты. Челн метало по воде то вправо, то влево, он кружился в потоке и несся вниз по течению, совершенно потеряв управление. Ли Юаньгуй, сжимая длинный шест, изо всех сил старался удержаться и не свалиться в реку. Заметив, что нос лодки несется прямо в заросли камыша, он поспешно ткнул туда шестом, желая оттолкнуться. Он не ожидал, что среди камышей скрываются твердые рифы. Юноша не рассчитал силу, раздался треск, и нижняя часть шеста обломилась. Оставшийся в руках обрубок не доставал до дна, а значит, стал бесполезен.
Оба юноши вскрикнули. Ли Юаньгуй был полон досады, а А-Чэнь и вовсе во весь голос завопил от ужаса:
— Спасите-е-е!
— Замолк… — Ли Юаньгуй хотел прикрикнуть на него, ведь это было слишком постыдно, но не успел договорить и слова — судно содрогнулось от сильного удара, и юный ван шлепнулся на задницу прямо в лодке. Маленький слуга давно бросил весло и теперь обеими руками мертвой хваткой вцепился в борт, не переставая истошно молить о помощи.
В среднем течении река Вэйхэ была широкой, в русле скрывалось множество рифов, мелей и песчаных кос, а течение было непредсказуемым. К счастью, хотя этот челн и был тесным да грубым, сбит он был крепко, поэтому даже после череды ударов не дал течь и не развалился. Ли Юаньгуй несколько раз пытался взяться за весло, но все впустую. Стремительные потоки великой реки слишком отличались от тихих вод дворцовых прудов, это были совершенно разные вещи.
Неизвестно, сколько времени они дрейфовали по течению. Голос А-Чэня уже охрип, а Ли Юаньгуй выбился из сил, когда лодка внезапно сильно вздрогнула и села на мель на песчаной косе посреди реки.
Сейчас важнее всего было спасти жизнь. А-Чэнь, помогая себе и руками и ногами, спрыгнул с челна и, пробираясь сквозь камыш и водоросли, выбрался на середину косы. Ли Юаньгуй, не долго думая, последовал за ним и в столь же жалком виде выбрался на берег. А-Чэнь повалился на колени на каменистый берег и принялся безудержно рыдать и содрогаться в рвотных позывах.
Оба они промокли до нитки, у Ли Юаньгуя кружилась голова и к горлу подкатывала тошнота. Но с прошлого вечера он не съел ни зернышка риса, в желудке было пусто, и тошнить ему было нечем.
Нахлынула очередная большая волна. Ли Юаньгуй услышал неладный шум, обернулся и увидел, как их лодку этим бурным потоком смыло с косы и унесло прочь на гребне волны. Он крикнул и сделал пару шагов вслед, пытаясь ухватиться за корму, но разве мог он ее догнать? Ему оставалось лишь беспомощно смотреть, как их единственное средство передвижения исчезает в волнах.
Ну и дела. Он вновь посмотрел на северный берег реки Вэйхэ — там по-прежнему виднелась лишь туманная дымка и темнели деревья. Эта заросшая камышом коса, должно быть, находилась в самом центре реки, и непонятно было, к какому берегу она ближе — к южному или к северному. Они едва не расстались с жизнью, преодолели лишь половину пути, лишились лодки и теперь застряли на этой мели без возможности пошевелиться.
— Да… даван, не беспокойтесь, — неуклюже попытался утешить его А-Чэнь, — Шисы-лана обязательно станут искать, авось завтра или послезавтра нас здесь и найдут… я… ваш слуга может попробовать наловить рыбы для еды…
«А ты, малый, далеко заглядываешь…» — Ли Юаньгуй смерил его сердитым взглядом:
— Не строй иллюзий. Ты думаешь, эта коса продержится до ночи?
— А? — маленький слуга глупо разинул рот.
— Середина второго месяца — время половодья на реке Вэйхэ! В верховьях тает снег на горах, вода прибывает с каждым днем, течение с каждой ночью становится все яростнее! — Ли Юаньгуй с раздражением оглядел эту едва выступающую из воды отмель. — Не успеет завтра взойти солнце, как ты уже будешь под водой с рыбами, креветками да черепахами брататься.
Он учил трактаты о военном искусстве с наставниками, и гидрология с географией входили в обязательную программу, при этом особое внимание уделялось положению дел в Гуаньчжуне. Только вот когда он сидел в ученической зале, мерно покачивая головой над книгами, он и помыслить не мог, что эти знания пригодятся ему для предсказания часа собственной смерти…
Ерунда. Невозможно.
У него еще впереди уйма спешных и опасных дел, разве может он умереть здесь?
