Этот внезапный окрик Лу Сисяо: «Чжоу Вань», — заставил замереть не только её саму, но и стоявших рядом Гу Мэн и Цзян Фаня.
Под их ошеломлёнными взглядами Чжоу Вань тихо поблагодарила его, подняла упавший на землю школьный пропуск и, потянув за собой Гу Мэн, быстро ушла.
— Твою мать, — Цзян Фань повернулся к Лу Сисяо. — Ты её знаешь?
— Знаю только имя.
— Что же ты раньше не сказал! — Цзян Фань замер, почувствовав неладное, и вполголоса спросил: — А Сяо, только не говори мне, что тебе нравится моя богиня?!
Лу Сисяо искоса взглянул на него.
У Цзян Фаня сердце ёкнуло. Он подумал: «Да не может быть, она ведь совсем не в его вкусе».
Но он всё же хлопнул себя по груди:
— Не переживай, если она тебе нравится, я с тобой бороться не стану, уступаю её тебе.
— С чего ты взял, что мне нужно твоё одолжение? — Лу Сисяо вскинул бровь.
— …
Ладно, и впрямь не нужно.
Цзян Фань посмотрел на уже ушедшую далеко Чжоу Вань. Её тонкие ноги были такими белыми, что слепило глаза; ему всё ещё верилось с трудом:
— Она тебе и правда нравится?
— Нет, — ответил Лу Сисяо.
С другой стороны, Гу Мэн тоже не ожидала, что такая паинька, как Чжоу Вань, знает Лу Сисяо. Раньше она никогда не видела, чтобы они как-то пересекались.
— Ваньвань, Ваньвань, что у вас с Лу Сисяо?
Чжоу Вань заново приколола пропуск:
— О чём ты?
— Откуда он знает твоё имя!
Чжоу Вань замялась, а потом сказала правду:
— Он как-то приводил Сюй Исюань в игровой зал, мы там один раз столкнулись.
— Вот оно что, — Гу Мэн кивнула. — А я-то испугалась, подумала, что вы знакомы.
Чжоу Вань, опустив голову, усмехнулась:
— Где бы я ещё могла с ним познакомиться?
…
Спортивные соревнования закончились, а следом за ними пришли горы домашних заданий.
Ближе к концу уроков в классе стоял сплошной стон. Чжоу Вань и Цзян Яню из-за олимпиады по физике досталось ещё по два дополнительных варианта.
После уроков Чжоу Вань какое-то время делала уроки в школе и ушла только тогда, когда пришло время смены в игровом зале.
Рюкзак был тяжёлым и давил на плечи.
Снова пошёл дождь, но на этот раз Чжоу Вань усвоила урок и не забыла взять зонт.
Она раскрыла зонт и пошла, опустив голову и старательно обходя лужи — сегодня на ней были белые кроссовки, их очень трудно отмывать, если испачкаешь.
Но иногда удача просто отворачивается. Мимо по краю дороги промчался мотоцикл, подняв фонтан брызг, которые целиком обрушились на Чжоу Вань.
Она вскрикнула, не успев отпрянуть; школьная форма насквозь промокла, несколько капель попало на лицо.
В ушах зазвенел смех парней, чья выходка удалась.
Чжоу Вань подняла глаза и увидела впереди три припаркованных мотоцикла. У парня во главе была копна рыжих волос, двое других развязно свистели ей.
— Малышка, ты куда? — Хуан Мао зажал сигарету в зубах и ухмыльнулся. — Давай братишка тебя подвезёт.
Чжоу Вань крепче сжала ручку зонта и отступила на шаг, настороженно следя за ними:
— Не нужно, я уже почти пришла.
— Одежда мокрая, разве на ветру не холодно? — Хуан Мао строил из себя заботливого. — Смотри не простудись, скоро похолодание.
— Правда, не нужно, — Чжоу Вань сунула руку в карман. — Мой… мой Баба сейчас приедет за мной.
Сердце Чжоу Вань колотилось как безумное. Она видела слишком много подобных криминальных новостей и понимала, что с ней случится, если они её заберут.
Она вытащила телефон, приложила к уху и, стараясь сохранять спокойствие, произнесла:
— Алло, Баба, ты уже скоро?..
Не успела она договорить, как эта троица чуть не задохнулась от смеха. Лицо Хуан Мао покраснело, он даже несколько раз кашлянул:
— Малышка, тебе хоть пятнадцать-то есть? Ты даже звонить не умеешь.
Хуан Мао слез с мотоцикла и направился прямиком к Чжоу Вань.
Она отступила, но он резко схватил её за запястье.
Его кожа была грубой, он сжал руку с такой силой, что запястье тут же покраснело. Чжоу Вань, испуганная внезапным действием, закричала.
— Не напрашивайся, — понизив голос, Хуан Мао наклонился к её лицу, обдавая запахом табачного перегара. — Будь послушной, и братишка тебя не обидит.
— Отпустите меня, — Чжоу Вань отчаянно сопротивлялась, её голос невольно сорвался на рыдания. — Пожалуйста, я могу дать вам денег, только сначала… отпустите меня.
Такой вид девушки только раззадорил их наглость.
Хуан Мао поднял руку и провел по её щеке:
— Цыц, какая гладкая.
Кровь в жилах Чжоу Вань застыла, конечности похолодели, в желудке возникло чувство тошноты. Она попыталась оттолкнуть его зонтом, но Хуан Мао просто вырвал его и отшвырнул в сторону.
Порыв ветра вывернул спицы зонта вверх, одна из них переломилась, обнажив острый наконечник.
Девушка дрожала всем телом, её голос прерывался — казалось, её можно безнаказанно обижать и помыкать ею как угодно.
Никто не знал, о чём в этот момент думала Чжоу Вань.
Она смотрела на острую сломанную спицу и думала: «Если он действительно посмеет что-то со мной сделать, я выколю ему глаз этой спицей».
Она не хотела унижения, не хотела осквернения.
Но сзади стояли ещё двое мужчин.
Ей точно не убежать и не справиться с ними.
Что делать?
В этот самый момент сзади внезапно раздался голос:
— Ма Шао.
Ветер шуршал листвой, и среди пустой улицы и летящих листьев Чжоу Вань услышала этот голос.
На этот раз ей не нужно было оборачиваться, чтобы понять, чей он.
Лу Сисяо.
Юноша был без зонта, он накинул на голову капюшон толстовки, сидевший на нём мешковато.
От него тоже пахло табаком, но этот запах был приятным — смешанный с едва уловимым древесным ароматом, в котором табак оставлял лишь каплю ледяной остроты и пряности.
Холодные пальцы обхватили запястье Чжоу Вань, и Лу Сисяо потянул её себе за спину.
Она увидела его профиль.
Худое и резкое лицо с благородными чертами выглядело безупречно под любым углом; выражение было холодным и безучастным.
Чжоу Вань не ожидала, что кто-то спасёт её.
С самого детства её никто не спасал, ей приходилось справляться со всем в одиночку.
И уж тем более она не ожидала, что её спасителем станет Лу Сисяо.
Сын человека, за которого вышла замуж Го Сянлин.
— Чем занимаешься? — негромко спросил Лу Сисяо.
Ма Шао увидел его и тут же отпустил Чжоу Вань, а затем рассмеялся совершенно панибратским тоном:
— О? А Сяо, это твоя девчонка?
Такое грубое слово заставило Чжоу Вань нахмуриться.
Лу Сисяо промолчал, никак не подтвердив и не опровергнув это.
— Понял, — Ма Шао понимающе кивнул. — Сказал бы сразу, что твоя, я бы ни за что не стал зариться на бабу друга.
Затем Ма Шао наклонился к Чжоу Вань и без капли раскаяния произнес:
— Прости, малышка, виноват, не серчай.
Чжоу Вань отвернулась. Лу Сисяо снова заговорил, его голос звучал сурово:
— Ма Шао.
Ма Шао ухмыльнулся, бросил на ходу: «Будет время — зависнем вместе» — и, сев на мотоцикл, уехал.
Ресницы Чжоу Вань мелко дрожали.
Она посмотрела на Лу Сисяо, сдерживая дрожь в голосе:
— Спасибо.
Лу Сисяо взглянул на неё, ничего не ответил и просто пошёл вперёд.
Она подобрала зонт, он был сломан и больше не годился.
Всё ещё моросил мелкий дождь. В городе Пинчуань на стыке лета и осени так было каждый год: дождей столько, что кажется, всё вокруг вот-вот заплесневеет от сырости, весь город тонет в воде.
К счастью, дождь был несильным.
Чжоу Вань вздохнула и, неся в руках сломанный зонт, пошла за Лу Сисяо под дождём.
Они шли один за другим; идущий впереди тоже был без зонта, в капюшоне.
Чжоу Вань с некоторым удивлением разглядывала Лу Сисяо. Она не шла за ним намеренно, просто они двигались в одном направлении.
Неужели он переживал, что тот хулиган снова начнёт к ней приставать, и решил проводить её до дома?
Но уже через секунду Чжоу Вань отбросила эту мысль.
Она самокритично усмехнулась: с чего бы такому ослепительному человеку, как Лу Сисяо, тратить на неё своё время.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
