Во-первых, она считала приготовленную ею открытку слишком скромной, чтобы её дарить; во-вторых, Лу Сисяо уже получил так много открыток, и она не хотела, чтобы её собственная среди них затерялась.
Если так, она бы предпочла вообще её не отдавать.
Выйдя из школьных ворот, Лу Сисяо спросил:
— Всё еще плохо?
— Хм?
Он не стал объяснять, просто смотрел на неё.
Чжоу Вань поняла, в чём дело, и, опустив голову, прикусила нижнюю губу:
— Уже лучше.
Она последовала за Лу Сисяо и спросила:
— Мы пойдем ужинать?
— Угу.
— Куда?
— Ко мне.
Чжоу Вань замерла.
Лу Сисяо, опустив голову, небрежно возился с телефоном и мимоходом пояснил:
— В тот раз в ресторане мы забрали еду с собой, если не съесть сейчас, она испортится.
*
Устройство кухни в доме Лу Сисяо было Чжоу Вань знакомо даже лучше, чем ему самому. Достав индукционную плиту и посуду, она вытащила из холодильника упакованную еду и убедилась, что всё еще свежее.
— Дома есть рис? — спросила Чжоу Вань. — Готового риса нет.
— Вряд ли, — Лу Сисяо сел за обеденный стол. Он уже и не помнил, когда в последний раз сидел здесь с кем-то вместе. — Я закажу доставку.
Вскоре привезли заказ, а мясо и фрикадельки в кастрюле на плите уже сварились.
Чжоу Вань попробовала кусочек — вкус был по-прежнему отличным.
Лу Сисяо ел быстрее неё, а закончив, закурил сигарету.
Чжоу Вань взглянула на него, хотела сказать, чтобы он курил поменьше, но в итоге промолчала.
Отправив в рот последнюю ложку риса, она спросила:
— Лу Сисяо, ты больше не будешь?
— Нет.
Она послушно собрала посуду и унесла её на кухню мыть.
Через некоторое время вошел Лу Сисяо, подошел прямо к ней и, протянув руку, повернул кран в другую сторону:
— Не догадалась включить горячую воду?
— …Я думала, её нет.
Лу Сисяо прислонился к кухонной столешнице рядом с ней, наблюдая за тем, как она моет посуду.
Спустя мгновение он вдруг раздраженно цокнул, схватил Чжоу Вань за руку, отодвигая в сторону, и, закатав рукава, погрузил свои сухие белые ладони в мутную воду.
По его рукам сразу было видно, что он никогда не занимался домашними делами. Чжоу Вань потянула его за рукав:
— Давай я сама.
Его школьная форма была закатана до локтей, волосы на лбу спадали вниз, профиль лица был четким и плавным. В зубах он держал сигарету, столбик пепла на которой стал уже довольно длинным; когда он заговорил, пепел упал ему на рукав, но он его стряхнул.
— Иди учись.
Юноша действовал ловко, вытирая тряпкой дно миски.
Мягкий свет в тесной кухне падал на него, создавая во всём этом своего рода
иллюзию.
Чжоу Вань помедлила, но всё же вышла из кухни.
Вытерев обеденный стол, она подошла к дивану и достала экзаменационные листы.
Журнальный столик был очень низким, так что ей было удобно решать задачи, сидя прямо на ковре.
В тот момент, когда она взяла ручку, Чжоу Вань заметила, что на тыльной стороне ладони из-за холодной воды снова проступили крошечные бледные красные точки, но, к счастью, они уже почти исчезли.
Закончив с посудой, Лу Сисяо вышел и увидел девочку, которая, свернувшись калачиком, сидела на полу и делала уроки.
Такая крошечная.
— Есть же стол, — сказал он.
Чжоу Вань подняла на него взгляд и улыбнулась:
— Ничего, мне так нравится.
Лу Сисяо не стал настаивать и больше её не беспокоил.
Сам по себе он сидел в стороне и играл в телефон.
Дописав один лист, Чжоу Вань повернулась к Лу Сисяо и спросила:
— У тебя нет домашних заданий?
Спросив, она тут же сообразила, что он даже не принес с собой рюкзак.
Чжоу Вань немного подумала:
— Лу Сисяо, давай я сначала поучу тебя математике.
Он вскинул брови и молча уставился на Чжоу Вань, лениво откинувшись на спинку дивана и согнув одну длинную ногу. Спустя мгновение он усмехнулся:
— Учиться можно, но только не в кредит.
Чжоу Вань замерла и тут же покраснела.
Лу Сисяо понял, что она его поняла.
Проколебавшись полминуты, Чжоу Вань, робея и медля, встала, подошла к Лу Сисяо, наклонилась и очень легко обняла его.
— Теперь можно? — спросила Чжоу Вань.
Он улыбнулся и выпрямился с великодушным видом:
— Можно.
Чжоу Вань почувствовала, что её предложение заставить его учиться было сродни тому, как если бы она сама себе вырыла яму.
Она выудила из рюкзака учебник математики:
— Скоро финальные экзамены, и в программу по математике входит вся эта книга. Я начну объяснять тебе с первого раздела.
Лу Сисяо смотрел на её профиль.
Он знал, что Чжоу Вань учится очень хорошо, но только сейчас заметил, что, когда она занимается тем, в чём сильна, её состояние полностью меняется.
Она становится очень уверенной и решительной.
Словно из-под оболочки послушной и кроткой девочки проступали её истинные качества — стойкость, сила, упорство.
Она объясняла очень подробно, разбирая даже самые простые моменты до мельчайших деталей. Закончив объяснять тему урока, она нашла в сборнике упражнений соответствующие задачи и дала Лу Сисяо их решить.
Лу Сисяо крутил ручку в пальцах, некоторое время смотрел на условие, а затем написал на бумаге несколько формул.
Формулы были правильными.
Чжоу Вань поджала губы, уголки её рта приподнялись, а в глубине глаз расцвела легкая улыбка:
— Теперь подставь числа.
Лу Сисяо действительно был умным, схватывал всё на лету.
Он быстро вычислил ответ.
Чжоу Вань выбрала еще две задачи, не такие базовые, и он так же быстро нашел решение.
— Лу Сисяо, — её глаза округлились, а радость заставила зрачки блестеть, — ты такой умный.
Он некоторое время смотрел на неё, словно завороженный, и усмехнулся:
— Хочешь уговорить меня учиться побольше?
Чжоу Вань покачала головой:
— Ты правда очень умный. Если будешь серьезно заниматься, то совсем скоро увидишь, как улучшатся твои оценки.
Пользуясь случаем, Чжоу Вань заодно повторила материал к экзаменам сама. Когда они закончили первые три урока первого раздела, было уже довольно поздно.
— Уже поздно, я пойду.
— Угу, — Лу Сисяо встал.
Чжоу Вань остановила его:
— Не провожай меня, на улице слишком холодно, я добегу и мигом буду дома.
— Слишком поздно.
После того что произошло, впечатление Чжоу Вань о Лу Сисяо снова изменилось, она больше не боялась его так, как раньше.
Услышав это, она снова сощурила глаза и похвалила:
— Лу Сисяо, ты правда очень хороший.
Он замер, обуваясь, и посмотрел на неё:
— Не выдавай мне «карточку хорошего человека».
— …
Чжоу Вань плотнее закуталась в шарф и пошла вместе с Лу Сисяо сквозь холодный зимний ветер.
От порывов ветра внизу живота снова возникла тянущая неприятная боль.
Когда они подошли к воротам жилого комплекса, глаза резанул сине-красный проблесковый маячок. Чжоу Вань подняла голову и увидела у входа машину скорой помощи.
Обычно в это время в жилом комплексе всегда было тихо, но сегодня у ворот было необычайно шумно.
Она слегка нахмурилась. Сама не зная почему, она почувствовала тревогу, услышав звук сирены.
Она невольно ускорила шаг. Какая-то соседка, заметив её фигуру, тут же замахала рукой и закричала:
— Ваньвань! Твоя бабушка упала в обморок, скорее иди сюда!
В голове у Чжоу Вань зашумело, мысли исчезли.
Она бросилась вперед и увидела, что бабушку уже несут на носилках, чтобы погрузить в машину скорой помощи.
Соседка рядом говорила:
— Управляющая компания предупредила, что завтра отключат свет, я хотела занести твоей бабушке свечи, и вдруг увидела, что она лежит без сознания в гостиной, ну и напугала же она меня.
Мир непредсказуем.
Пожалуй, это единственный незыблемый закон на свете.
У Чжоу Вань похолодели руки и ноги, когда она увидела бледное лицо бабушки; по сердцу пробежал холодок.
Разные нехорошие мысли заполнили мозг, она не могла издать ни звука, лишь слезы непрерывно катились по щекам.
— Чжоу Вань, — голос пробился сквозь все преграды и проник ей в уши.
Её ледяную руку накрыло чем-то теплым.
Лу Сисяо крепко сжал её ладонь и, глядя ей в глаза, произнес низким голосом:
— Чжоу Вань, успокойся.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
