Наньчжао с древних времен считался землей варваров, чьи обычаи и нравы сильно отличались от тех, что были приняты в Чжунъюане1. На его землях в изобилии водились ядовитые насекомые и травы, хищные птицы и свирепые звери, а местные жители, почитавшие воинскую доблесть, обладали суровым нравом, из-за чего люди из Чжунъюаня избегали его, боясь даже приблизиться. Тысячу лет назад Наньчжао и Чжунъюань составляли единое целое и в древности назывались Куйчжоу2. В последние годы правления предыдущей династии царский род Наньчжао возвысился и основал государство Наньчжао. Позже Тайцзу основал империю Да Чу3 (Великое Чу), проведя всю жизнь в седле, сражаясь на юге и севере. К тому времени, как у Тайцзу дошли руки до южных земель, с момента основания Наньчжао прошло уже более ста лет, его корни укрепились, а Чжунъюань после десятилетий войн остро нуждался в отдыхе и восстановлении сил. С тех пор Наньчжао официально перестал быть частью земель Да Чу.
Застава Суйсюэ располагалась на границе Наньчжао и округа Юнчжоу империи Да Чу. Хотя между двумя странами периоды войн сменялись миром, жители приграничья по-прежнему, время от времени, поддерживали отношения и торговали друг с другом. В маленьком городке Юнлинь, что находился в тридцати ли за заставой Суйсюэ, и вовсе то и дело можно было встретить причудливо одетых выходцев из Наньчжао. Юнлинь был невелик и, находясь близ границы в двухстах ли от столицы округа Юнчжоу, не выглядел процветающим. Если не считать мелькавших в толпе людей в одеждах иноземцев, он казался обычным маленьким городком. Е Ли стояла на, не слишком широкой, улице и, глядя на проходящих мимо людей с безмятежными лицами, слегка улыбалась. В такие времена в подобном приграничном городке столь мирная и спокойная жизнь была поистине драгоценной редкостью. Или же следовало сказать, что способность простых людей приспосабливаться к жизни и окружению всегда превосходит любые ожидания.
Ань-сань, прижимая к себе меч, стоял подле Е Ли и со странным чувством наблюдал за тем, как его хозяин, вместо того чтобы войти, замер у дверей постоялого двора с загадочной улыбкой на лице.
— Гунцзы, кажется, в этом Юнлине не так много постоялых дворов, и этот самый лучший.
Е Ли взглянула на него, покачала головой и с улыбкой ответила.
— Заходи. Я вовсе не из-за того, что постоялый двор плох.
Сказав это, она первой шагнула внутрь, довольно скромного, заведения. Ань-сань приподнял мечевидные брови, он тоже считал, что ванфэй не станет привередничать из-за плохих условий. В конце концов, во время этого пути бывали случаи, когда они не успевали добраться до города и ночевали под открытым небом. Более того, во время тренировок у подножия пика Гуйюнь в столице были места, куда даже они, тайные стражи, не хотели ступать, а ванфэй входила туда, и глазом не моргнув.
Внутри постоялый двор не шел ни в какое сравнение с великолепно украшенными заведениями Чуцзина или Гуанлина, он не тянул даже на третьеразрядный. Но, это и впрямь было лучшее место в Юнлине. В общем зале стояло всего семь-восемь столов, за тремя из которых уже сидели люди, а старый хозяин за прилавком, низко склонив голову, сводил счета. Хотя Е Ли была одета в простую холщовую одежду, её возраст, внешность, манеры, а также следовавший за ней статный Ань-сань с мечом в руках и внушительной аурой, заставили всех присутствующих обернуться. Сейчас было не лучшее время для путешествий или торговли, поэтому в постоялом дворе царило запустение. Е Ли подошла к прилавку и дважды слегка постучала по нему. Старый хозяин, дрожа, поднял голову и долго смотрел на двоих пришедших, прежде чем спросить.
— Сяо гунцзы, желаете остановиться у нас?
Е Ли лукаво улыбнулась.
— А, разве мы пришли бы сюда пить чай, если бы не хотели остановиться?
Хозяин заискивающе улыбнулся.
— Как вас величать, гунцзы? Сколько комнат вам нужно?
— Чу. Две верхние комнаты.
Хозяин позвал служку, чтобы тот проводил их наверх. Отослав его, Ань-сань привычно осмотрел покои. В таком маленьком постоялом дворе даже «верхние комнаты» не отличались простором или роскошью, кровать, платяной шкаф, да ширма, отделявшая стол и стулья. Ань-сань стоял у двери и наблюдал, как ловко Е Ли раскладывает свои вещи. Нахмурившись, он спросил.
— Гунцзы, когда мы отправимся в Наньчжао?
Е Ли убрала багаж, вышла из-за ширмы и указала на стул, приглашая Ань-саня сесть.
— Такие дела не терпят спешки, — с улыбкой сказала она. — Я думаю… нам нужен проводник.
Для того, кто впервые отправляется в земли Наньчжао, соваться туда без должной подготовки, значит играть со смертью. А Е Ли никогда не любила рисковать без крайней необходимости.
— Проводник? — не понял Ань-сань.
Е Ли улыбнулась.
— Наньчжао слишком таинственен для нас, людей из Срединных земель4. Мы не знаем ни мест, ни дорог, так что идти будет трудно. Найти местного жителя или человека из Да Чу, хорошо знающего Наньчжао, — отличный вариант.
Ань-сань нахмурился.
— Но… посторонний может стать для нас обузой.
Е Ли, сжимая в руке складной веер, беспечно постукивала им по краю стола.
— Поэтому нам нужно подождать. Я уже поручила найти проводника. Жаль, что он, кажется, опаздывает на два дня.
Увидев недоумение во взгляде Ань-саня, Е Ли лишь улыбнулась, ничего не объясняя. Она жестом показала, что тот может идти отдыхать. Ань-сань хорошо знал характер своего хозяина, если она не хочет говорить, то, как ни ломай голову, ответа не получишь. Ему оставалось лишь с удрученным видом удалиться в свою комнату.
Проводив Ань-саня улыбкой, Е Ли достала из вещей свитки, присланные из павильона Тяньи, и продолжила чтение. Получив выгоду, Хань Минси вел дела весьма надежно, на протяжении всего пути на юг почти каждые несколько дней она получала от павильона Тяньи ворох сведений о Наньчжао. Е Ли уже привыкла сразу после получения прочитывать всё, запечатлевая в памяти, а затем уничтожая следы. То, что было у неё в руках сейчас, вероятно, было последним донесением перед входом в Наньчжао. За время пути ситуация и общие сведения о Наньчжао постепенно сложились у неё в голове в единую картину, но насколько она соответствует действительности, предстояло проверить уже на месте. Читая по десять строк одним взглядом, Е Ли закончила изучать толстую пачку документов и с бесстрастным лицом предала исписанные свитки огню.
Е Ли, как обычно, поднялась утром рано и спустилась вниз. В зале за столами уже сидели люди, за одним из столов у стены расположился Ань-сань. Увидев Е Ли, он поспешно встал.
— Гунцзы.
Е Ли кивнула и улыбнулась.
— Так рано?
Ань-сань промолчал. Обычно, когда другие были рядом, ему не приходилось вставать в такую рань, но сейчас он сопровождал её один. Хотя он знал, что ванфэй вполне способна защитить себя, он не мог не беспокоиться. Е Ли прекрасно понимала его чувства и с сокрушенной улыбкой произнесла.
— Не нужно так напрягаться. Если будешь продолжать в том же духе, боюсь, ты выдохнешься еще до того, как мы войдем в Наньчжао. Неужели тебе так тяжело сопровождать меня?
Ань-сань покачал головой.
— Нет, я благодарен гунцзы за доверие.
Просто он вырос вместе с остальными, и, хотя был лишь немногим старше Ань-сы, по характеру уступал ему в степенности. Он привык полагаться на мнение Ань-и или Ань-эр, и теперь, оставшись один, чувствовал себя непривычно. Е Ли с улыбкой кивнула, села и подозвала служку, чтобы заказать завтрак.
— Два гунцзы, тоже собираются в Наньчжао? — когда Е Ли расположилась с Ань-санем за завтраком, мужчина, из-за соседнего стола, встал и подошел к ним с вопросом.
Услышав это, Е Ли отложила палочки и подняла голову, рассматривая подошедшего. Статный, крепкого телосложения, с заурядным лицом. Хотя он изо всех сил старался казаться дружелюбным, в его чертах проскальзывала свирепость, которую трудно было скрыть. Ань-сань потянулся к мечу, лежащему на столе, но Е Ли накрыла его руку своей и успокаивающе похлопала. Ань-сань, нахмурившись, бросил взгляд на незнакомца, убрал руку и продолжил есть.
Пришедший, разумеется, ясно видел их движения, но не придал им значения. Он с улыбкой произнес.
— Брат, не стоит так нервничать. Мы тоже направляемся в Наньчжао, вот я и решил спросить, не желаете ли вы составить нам компанию?
Мужчина указал на троих людей за своим столом. Е Ли мельком взглянула в ту сторону, старик лет пятидесяти-шестидесяти в богатом купеческом платье из дорогой ткани, с нефритовым перстнем на пальце и золотыми счетами в руках. На нем разве что не было написано: «Я очень богат, ограбьте меня». Рядом с ним сидели некто, похожий на управляющего, и болезненного вида молодой ученый. Такое сочетание определенно притягивало взгляды. Сначала Е Ли опасалась, что они с Ань-санем будут слишком заметны, но, увидев эту компанию, поняла, что зря беспокоилась. Впрочем, оно и понятно, у тех, кто отваживается идти в самое сердце Наньчжаоа, кишка не тонка.
Е Ли посмотрела на Ань-саня и с улыбкой сказала.
— Боюсь, мы доставим вам несколько неудобств.
Мужчина усмехнулся.
— С чего бы? Я вижу, у этого брата неплохие навыки. Я сам бывал в Наньчжао несколько раз, место это крайне зловещее. Если нас будет больше, мы сможем присматривать друг за другом, не так ли?
Мужчина взглянул на Ань-саня, а затем снова перевел взгляд на Е Ли. Было очевидно, что именно Е Ли здесь принимает решения, но он не мог определить глубину способностей этого юноши. Ему оставалось лишь втайне гадать, не был ли это какой-то молодой господин из знатной семьи, который, не зная высоты неба и толщины земли5, сбежал из дома развлечься вместе со стражником.
— Мы планируем отправиться в столицу Наньчжао, по пути не должно быть опасности. Позвольте узнать, кто вы? — Е Ли прищурилась и мягко улыбнулась, ее улыбка казалась невинной и добродушной.
Мужчина громко рассмеялся.
— Мы тоже держим путь в столицу Наньчжао. Раньше дорога туда считалась довольно мирной, но с прошлого года здесь творится нечто странное. Наш Лаое едет в Наньчжао по делам, связанным с торговлей лекарственным сырьем. Если гунцзы не побрезгует, почему бы нам не отправиться вместе?
Сидящий напротив богатый торговец-лаое высокомерно покосился на Е Ли, в то время как болезненного вида молодой человек с улыбкой кивнул обоим.
Е Ли, опустив глаза, улыбнулась и вежливо отказалась.
— Я лишь слышал, что пейзажи Наньчжао уникальны, и решил совершить путешествие, чтобы немного расширить кругозор. Поэтому я заранее нанял проводника, но он прибудет лишь через два дня. Не смею задерживать вас в пути.
Видя отказ Е Ли, мужчина не стал настаивать, лишь улыбнулся.
— В таком случае, простите за беспокойство, гунцзы. Надеюсь, мы еще встретимся в столице Наньчжао.
Е Ли слегка кивнула, провожая взглядом мужчину, возвращающегося на свое место. Оттуда донеслись приглушенные слова торговца-лаое, упрекавшего мужчину в излишней суетливости и выражавшего пренебрежение к ним двоим. Е Ли не обратила на это внимания и с легкой улыбкой принялась за завтрак.
Когда гости за тем столом ушли, Ань-сань поднял голову и произнес.
— Гунцзы, будьте осторожны с теми людьми.
Е Ли подняла бровь и спросила.
— Ты их знаешь?
Ань-сань кивнул, а затем покачал головой.
— Я узнал Больного ученого Бин Шушэна.
— Да? — Е Ли посмотрела на Ань-саня с любопытством, он почти никогда не покидал столицу, откуда же ему знать такого человека? — Похоже, личность этого Бин Шушэна не так проста?
Ань-сань кивнул.
— Его прозвище — Больной ученый Бин Шушэн, никто не знает его настоящего имени. Даже Павильон Тяньи.
Е Ли задумалась о болезненном молодом человеке, которого видела только что. Он не выглядел как выдающийся мастер и не обладал какими-то особенными чертами. Как же Ань-сань узнал его? Ань-сань продолжил.
— Он, третий гэчжу Павильона Яньван государства Силин. Несколько лет назад почти все организации убийц принимали заказы на устранение ванъе, в том числе и Павильон Яньван. Немало наших тайных стражей погибло от его рук. Однако и он получил удар ладонью от ванъе, который повредил его меридианы сердца. Его былая притворная болезнь стала настоящей. Заметили ли вы, гунцзы, его левую руку? Бин Шушэн искусен в ядах. Цвет ногтей на его левой руке отличается от обычного, другие думают, что это из-за болезни. На самом деле это было так еще до того, как ванъе ранил его. Эта рука стала такой из-за того, что он долгие годы тренировался с ядами, она невероятно токсична.
Е Ли припомнила и действительно вспомнила, что левая рука ученого, скрытая в рукаве, немного показалась, когда он вставал; она и впрямь была темно-красного цвета.
— Превратить собственную руку в яд? Неужели он не боится отравить сам себя? — Е Ли была в недоумении, считая такой метод лишенным смысла.
Тела, в которое не проникает и сотня ядов6, в определенном смысле не существует, можно лишь сказать, что некоторые организмы по ряду причин обладают устойчивостью к большинству токсинов. Если бы человек, пропитанный ядом, мог спокойно жить, Шэнь Яну не пришлось бы тратить столько сил на лечение Мо Сюяо.
Позавтракав, Е Ли вышла на прогулку по городу Юнлинь, заодно узнав о ситуации в Наньчжао и у заставы Суйсюэ. Когда она вернулась вечером, то снова увидела ту группу из четырех человек, сидевшую на прежнем месте за ужином, очевидно, сегодня они не уехали. Бин Шушэн, по-прежнему дружелюбно кивнул Е Ли и ее спутнику, Е Ли с улыбкой ответила кивком и приготовилась подняться наверх.
— Ого? С каких это пор в городе Юнлинь появился такой беленький и нежный юный гунцзы?
Не успела Е Ли ступить на лестницу, как из угла позади нее раздался голос, пропитанный непристойностью и похотью. Е Ли слегка повернулась и увидела худого, как сухие дрова, молодого человека в наряде жителя Наньчжао, который бесстыдно пялился на нее. Его взгляд был полон скверны, а маленькие крысиные глазки светились мутной нечистой силой. Она невольно нахмурилась. Ни в прошлой, ни в нынешней жизни, включая наркобаронов и террористов, с которыми ей приходилось сталкиваться, она не видела никого, чей облик настолько бы испытывал пределы эстетики.
Ань-сань резко обернулся и холодным взглядом уставился на молодого человека. Его взор был полон убийственного намерения и предупреждения, если этот мерзавец посмеет сказать хоть слово, он превратит его в призрака под своим мечом. Разве мог какой-то сброд оскорблять супругу ванъе из поместья Дин-ван?
____________________
- Чжунъюань (中原, Zhōngyuán) — Срединная равнина, колыбель китайской цивилизации. ↩︎
- Куйчжоу (夔州, Kuízhōu) — древнее название региона. ↩︎
- Да Чу (大楚, Dà Chǔ) — Великая Чу, название правящей династии. ↩︎
- Срединные земли (中土, Zhōngtǔ) — одно из названий Китая, подчеркивающее его центральное положение. ↩︎
- Не знать высоты неба и толщины земли (不知天高地厚, bù zhī tiān gāo dì hòu) — не иметь представления о реальности, переоценивать свои силы или проявлять невежество в опасной ситуации. ↩︎
- Тело, в которое не проникает и сотня ядов (百毒不侵, bǎi dú bù qīn) — неуязвимость ко всем видам токсинов и ядов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
