Старейшина ведомства медицины почувствовал, как перед ним открывается совершенно новая дверь, и его глаза засияли от возбуждения.
— О, это всего лишь один пример. Разумеется, если оборот средств прекратится, подобное не сможет продолжаться долго. Поэтому мы приложим все усилия, чтобы права на разработки были защищены до определённой степени. Так не только вы и мы получим выгоду, но и шансы на спасение безнадёжных пациентов значительно возрастут. Тем не менее, если это вас не интересует, мне остаётся только обсудить этот вопрос с торговцами, не входящими в Цюаньшанлянь.
Видя, как из-за этой последней фразы старейшина схватился за волосы, Гунсунь мог лишь вздохнуть… Ведь тот был скорее врачом по духу, чем торговцем, потому его так легко и обвели вокруг пальца.
— Разве вы не считаете, что возврат средств и цикл прибыли вполне достижимы? Сейчас я просто привела пример из области медицины, но на самом деле, если школу удастся основать, то и гражданское строительство, водное хозяйство, сельское хозяйство и многие другие сферы смогут работать по той же схеме.
Хотя лазеек для торга оставалось предостаточно, эти слова попали в самую суть. Гунсунь невольно расслабился.
Сюли, приободрённая этим выражением лица, слегка взмахнула свитком в руке.
— О, ваше сердце ведь только что дрогнуло, не так ли?
Гунсунь хмыкнул и рассмеялся.
— Если вы хоть немного заинтересованы, я могу показать вам ещё один козырь.
— Ой-ой.
— Ну как?
«Впечатляюще», — подумал Гунсунь с восхищением. Добиться от торговца прямого ответа — дело непростое, но сейчас он едва мог сдержать желание ответить согласием. Из-за купеческой натуры, жаждущей получать как можно больше информации при принятии каждого решения, возможность увидеть козырную карту в ходе торгов была действительно заманчивой.
(«…Даже если я сейчас соглашусь, это не принесёт вреда…»)
В мгновение ока взвесив все возможности, он тут же пришёл к выводу.
— Что ж, мне остаётся только признать, что я заинтересован.
— Хорошо. Тогда вот мой второй козырь.
Сюли достала из-за пазухи письмо.
— Следующим главой провинции Чачжоу станет Цюань Ю-да-жэнь, который сейчас занимает пост главы провинции Хэйчжоу. Вот подписанное им лично подтверждение того, что он обязуется принять все дела.
Спустя мгновение Гунсунь резко широко раскрыл глаза. Комнату сотрясла волна изумления.
— Цюань Юй… Тот самый Цюань-дажэнь?
— Именно. Прошу, взгляните. Можете расспросить его лично, если пожелаете.
Принимая доказательство, Гунсунь понимал, что эта девушка не станет прибегать к подобному обману.
На самом деле, назначение чиновников входило в обязанности Либу. Без веских на то причин желания самих чиновников обычно не учитывались, но Цюань Юй был особым случаем. По сути, он стоял наравне с Тремя наставниками двора, и другие высокопоставленные сановники не могли с ним сравниться. Всем была известна история о том, как покойный король постоянно отклонял его просьбы о назначении в Чачжоу, но теперь, когда в проблемах провинции забрезжил луч надежды, трудно было представить, что нынешний молодой правитель сможет отказать главе провинции Цюань Юю, да и причин для отказа не было. Более того, для подлинного спокойствия и возрождения Чачжоу именно он был самой подходящей кандидатурой.
Честно говоря, Цюаньшанлянь проявлял большой интерес к проектам, предложенным двумя новыми главами провинции. Однако существовало слишком много факторов, вызывавших беспокойство. Их назначение на посты глав провинции произошло не из-за признания способностей или опыта; их использовали лишь как щиты, чтобы дать Лан Яньцину и Чжэн Юйшуню возможность проявить свои таланты, не становясь мишенями для всех вокруг. По сути, семья Ча пала именно потому, что, отмахнувшись от куда более опасных Лан Яньцина и Чжэн Юйшуня, сосредоточила всё внимание на двух людях, носивших титулы глав провинции, и в итоге попала в ловушку, расставленную двумя заместителями.
Только что сдавшие государственные экзамены главы провинций никак не могли считаться достойными партнёрами для ведения переговоров с Цюаньшанлянем. Весь этот проект держался лишь на усердии талантливых людей Чачжоу и поддержке Лан Яньцина и Чжэн Юйшуня. Тем не менее, главная опора, Чжэн Юйшунь, рано или поздно должен был вернуться в столицу, а два новых главы провинции, выполнив свою миссию, могли быть смещены со своих должностей в любой момент.
Настоящее осуществление этого дела, как ни крути, ложилось на плечи следующего главы провинции. Сколько бы подготовительной работы ни было проделано, сколько бы козырей ни было собрано, всё могло превратиться в чистый лист из-за личности преемника. Именно поэтому Гунсунь, даже достигнув стадии, когда можно было проявить интерес, всё ещё не давал чёткого ответа и полагал, что встречаться с нынешними главами провинции бесполезно. Он выслушал предложение и, не дав окончательного отказа, оставил возможность для будущего взаимодействия; дальнейшие действия зависели от того, кого Либу назначит следующим. Поэтому изначально он считал, что на данном этапе работа сторон завершена…
— Это действительно почерк господина Цюань Юя…
Если за дело возьмётся этот глава провинции, никто другой не сможет сорвать этот план.
Дорога, которая прежде казалась лишь миражом, теперь отчётливо обрела конкретные очертания прямо перед глазами. Раз путь проложен, остаётся только идти вперёд. Даже если сейчас впереди пустота, он был уверен, что сможет воздвигнуть там золотой город.
Трудности, понятные лишь торговцу, и соразмерная им награда вызывали такое возбуждение, что по коже бежали мурашки.
— Сейчас моё сердце действительно дрогнуло. Нужно признать, вы не напрасно выложили свой козырь.
Глядя на смеющегося Гунсуня, Сюли тоже улыбнулась.
— Раз это Цюань Ю-да-жэнь, то, в отличие от двух новичков, он внушает достаточно доверия, не так ли?
— Да.
— Ой, вы ответили слишком уж прямо, хотя это и правда… К слову, глава семьи Ча тоже дал свои гарантии. Прошу вас, обдумайте всё как следует.
Девушка зашла так далеко лишь потому, что знала: она не задержится на посту главы провинции надолго.
— Вы намерены отказаться от чина ради уезда Хулинь?
Услышав этот вопрос в лоб, Сюли от удивления прищёлкнула языком… Боже, она ведь ничего не сказала, а он один за другим считывал её намерения по словам и поведению. Ей действительно было с ним не сравниться.
— …Ладно, всё равно вы рано или поздно об этом узнаете. Раз уж меня всё равно сместят, было бы расточительством не выжать из ситуации все соки до того времени. К тому же…
В этот момент вошёл юноша, выглядевший так, будто вырос в тепличных условиях, и с робким выражением лица произнёс:
— Э-э, прошу прощения, что прерываю. Доставлены письма для Гунсунь-дажэня и господина главы провинции Чачжоу… Дело крайне срочное, поэтому…
Гунсунь поднял брови и взял письмо; восковая печать с гербом в виде орла заставила его слегка расширить глаза. В то же время Сюли тоже приняла письмо и погрузилась в чтение. Вскоре Гунсунь горько усмехнулся.
— Чай Чжан в весьма резкой форме требует немедленно прислать ему все лекарства, какие только удастся найти. Он даже задействовал соколиную почту… Видимо, ситуация там совсем скверная.
— У меня то же самое.
Сюли потрясла письмами в руке. Почему-то их было два.
— Это от Чжэн-чжоуиня. Он добился выделения невероятно крупной суммы на чрезвычайные расходы для этого дела. И ещё…
На лице Сюли появилась довольная улыбка.
— Приложен указ с личной императорской печатью Его Величества. Если Цюаньшанлянь будет медлить, то их принудят к немедленному бесплатному труду.
После повисшей тишины все устремили взгляды на Сюли.
Несмотря на чрезвычайную ситуацию, все догадались, почему Сюли специально завела разговор об основании школы.
— …Вы ждали именно этого?..
То, чего Сю Ли ждала, переводя разговор на другую тему, было тем самым «последним средством», которое господин Юй Шунь получил от Ван-шана.
— Я могу счесть, что вы приняли решение до того, как прибыл указ, и в таком случае я смогу оплатить ваши услуги официальным способом. Но взамен я надеюсь на всевозможные скидки. Или же вы предпочтёте проявить человеколюбие и самоотверженность, работая безвозмездно?
— Она их обставила. Все застыли на месте.
Затем, когда кто-то один рассмеялся, словно подожгли фитиль, все остальные тоже ни с того ни с сего разразились громким хохотом.
«По-почему они надо мной смеются?..»
Ей казалось, что всё прошло отлично, неужели она где-то совершила ужасную ошибку? По лбу Сю Ли градом покатился холодный пот.
— Хе-хе, обставила-таки нас Сю Ли-сяоцзе.
— Эй, Гунсунь, бери оплату, пока дают. Живее за дело.
— Уж лучше сделать скидку, чем трудиться бесплатно, иначе и энтузиазма никакого не будет.
— Я больше ни минуты не желаю тратить впустую в этом месте! Я отправляюсь в дворцовый город вскрывать человеческие тела!
Возбуждение старейшины медицинского ведомства наконец достигло предела, и он умчался прочь со скоростью, которой позавидовал бы и юноша.
— Хорошо, — решительно произнёс Гунсунь, обращаясь к Сю Ли.
— Врачи, аптекари, мастера иглоукалывания, кузнецы, лекарства и всё прочее, о чём вы просили — мы всё принимаем. Мы немедленно отправим в дворцовый город находящихся в Гуйяне знаменитых лекарей, признанных Всеобщей торговой ассоциацией и не уступающих лучшим придворным медикам. Раз уж вы готовы сделать вид, что не видели этот указ, то в качестве ответного жеста мы гарантируем, что доставим всех в уезд Хулинь менее чем за полмесяца.
Сю Ли широко распахнула глаза от столь неожиданного «вознаграждения».
Она уже приготовилась к тому, что путь из Гуйяна в уезд Хулинь провинции Ча заимёт как минимум месяц. А ей говорят — полмесяца?
— С помощью двора это вполне осуществимо. В отличие от чиновников, для купцов время — высшая ценность, так что у нас есть свои способы.
Сейчас, когда эпидемия была в самом разгаре, это, несомненно, стало лучшим «ответом».
— Обсуждение деталей и переговоры проведём уже в дворцовом городе, я сейчас же отправлю туда людей. У вас ведь тоже полно дел во дворце? Так что можете возвращаться и ни о чём не беспокойтесь.
Гунсунь лукаво ухмыльнулся.
— Даже если договор заключён лишь на словах, Всеобщая торговая ассоциация приложит все усилия, чтобы удовлетворить требования клиента и поддержать свою репутацию. К тому же брат и сестра семьи Чай с таким трудом заложили для нас фундамент в провинции Ча. Обещаем, что оправдаем ваши ожидания.
— Полагаюсь на вас.
Сю Ли глубоко поклонилась.
После чего она вновь со всех ног бросилась к дворцовому городу.
«Ван-шан созвал экстренное совещание. Как только договоритесь со Всеобщей торговой ассоциацией, немедленно возвращайтесь».
Мысленно благодаря господина Юй Шуня за вовремя присланное письмо, Сю Ли направилась навстречу своему последнему великому делу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
