Она чувствовала себя по-настоящему счастливой.
Радостнее всего было осознавать, что за этот год она стала настолько дорога людям, что они так искренне просили её остаться.
(«…Лили прав, нужно выбрать что-то одно из этого…»)
— До крайнего срока осталось двадцать дней.
Что бы ни говорили другие, она действительно находилась на грани выживания, рискуя лишиться чина. У неё попросту не было возможности выбирать средства. Слова, сказанные Су Фаном, были справедливы. Она и сама не собиралась прибегать к каким-то бесчестным методам…
Однако на душе всё равно лежала тень.
Опять это чувство. Ничего не поделаешь, если люди смотрят на неё так. Она была готова смириться с обвинениями, будто стала чиновником лишь благодаря хитрости. На экзаменах она не жульничала, но на деле отличалась от других кандидатов — она сразу была допущена к столичным экзаменам. Да и в провинции Ча Сю Ли действовала далеко не в одиночку. Она действительно принимала меры, исходя из обстоятельств, но неоспоримым фактом оставалось то, что у неё было несколько помощников, способных справиться с любой бедой.
— Но в будущем ей предстоит явить миру именно Хун Сюули, и никого другого.
В том, что её временно отстранили от дел, был и этот смысл.
В помощи со стороны нет ничего плохого. Но видя, как другие чиновники, оставшиеся без назначений, изо всех сил обивают пороги в поисках работы, она не могла позволить себе с важным видом читать им нотации, а затем бесстыдно воспользоваться чьей-то добротой и выбрать лёгкий путь, чтобы выбраться из затруднительного положения. Сама мысль об этом казалась ей слишком подлой.
За последние полмесяца, видя, как эти чиновники начали понемногу усердно трудиться, она лишь укрепилась в этой мысли.
Начиная всё с нуля, пробуя и ошибаясь, терпя ругань и бесчисленные отказы, они жаловались Сю Ли и Цинъе, но на следующий день снова принимались за работу.
Если она выберет лёгкий путь, как она сможет потом спокойно смотреть им в глаза во время работы?
— Я лишь говорю тебе, чтобы ты не тратила силы впустую.
Эти слова Су Фана внезапно промелькнули в голове, заставив её вздрогнуть.
Действительно, если её лишат чина, она потеряет всё. Тешить себя самодовольством бессмысленно.
(«…Да… сейчас не время думать о чужих пересудах или собственных чувствах, сейчас важно не это. Всё же… нужно выбрать одно из этих четырёх ведомств…»)
Внезапно из-за стен дворца донеслись изящные звуки флейты — это была драконья флейта.
Но это был не Лун Лянь, определённо не он.
(«…Потрясающе. Этот человек играет просто великолепно…»)
Причём играли ту самую мелодию «Су Фан», которую только что исполняла Сю Ли. Изначально эта мелодия была сладкой, словно сон, но в звуках этого человека не было и тени сладости — они были холодны, как лёд. И всё же игра была настолько искусной, что по коже пробежали мурашки.
Словно повинуясь зову, Сю Ли невольно поднялась с места.
Она вышла за ограждение; в воздухе разлился тонкий аромат. Ночь была туманной, и лунный свет, словно прозрачная вода, заливал сад. Откуда-то продолжали доноситься звуки флейты, от которых по спине шёл холодок.
В такую таинственную и глубокую ночь могло показаться, будто тебя затянуло в чьё-то сновидение.
Внезапно ветви деревьев дрогнули, зашуршав листвой, и ветер подхватил танец листьев.
Сю Ли придержала растрёпанные волосы и невольно закрыла глаза.
Ветер стих, и, открыв глаза, она вдруг увидела в саду незнакомого мужчину.
Когда последние звуки флейты ещё таяли в воздухе, мужчина отнял инструмент от губ.
Он был подобен человеку, чьё тело вылепили из самих звуков флейты. Во всём его облике сквозила холодная резкость.
На Сю Ли взглянула пара проницательных, холодных и исполненных властности глаз.
На тонких губах промелькнула ироничная, ледяная усмешка.
— …Девчонка, чья музыка столь же глупа и наивна, как она сама.
Эти слова, произнесённые почти шёпотом, почему-то отчётливо достигли ушей Сю Ли.
— …Ты самонадеянно читаешь другим нотации, а сама выбираешь лёгкий путь?
Сю Ли широко раскрыла глаза, её сердце бешено заколотилось от того, что кто-то заглянул ей в самую душу. «Почему?» — хотела спросить она, но её губы лишь дрожали, не в силах вымолвить ни слова.
— Впрочем, это неважно… Ты стоишь лишь этого.
Мужчина слегка усмехнулся, развернулся и бесшумно исчез.
Всё произошло в одно мгновение, подобно сну.
Сю Ли крепко вцепилась в перила и закусила губу.
Янь Шу вертел в руках персик, бросая сокрушённые вздохи в сторону вернувшегося Хуан И.
— …Ну ты и мастер придираться к людям. Ты ведь не её старший дядя… ах. Бедную девушку так жаль, когда её обижает такой мужчина, как ты…
— Оставь свои скучные бредни при себе.
Янь Шу встал рядом с Хуан И.
— Но не думал я, что у тебя возникнет желание поиграть на флейте. Признаю, та игра на эрху была впечатляющей. Такое мастерство в наши дни — редкость. Я понимаю твоё желание поддаться мимолётному азарту и достать фамильную драконью флейту.
— Выбор мелодии был отвратительным.
— А мне вполне понравилось.
— Терпеть её не могу.
Янь Шу приложил ладонь ко лбу.
— …Слушай, вместо того чтобы выискивать кости в яйце, придираясь к музыкальным вкусам, ты мог бы просто признать, что хоть песня тебе и не по душе, мастерство игры на эрху у неё превосходное. От похвалы ты бы не умер.
— Если бы существовало лекарство от твоей болтливости, я бы купил его и за десять тысяч лянов.
— Какое совпадение. А я собираюсь отдать этот персик тому, кто изобретёт средство от твоей бесстрастности.
Хуан И сердито промолчал, а Янь Шу сохранял совершенно невозмутимый вид.
Внезапно Янь Шу обернулся.
— И всё же ты… Нарочно сказал такие слова, когда она наконец решилась пойти в одно из ведомств… А что, если теперь она вздумает бросить вызов ещё более сложным испытаниям?
— Ну и что с того?
Хуан И холодно искривил губы в улыбке.
— — Ты просто неисправимый дурак.
Янь Шу пристально посмотрел на Хуан И.
— …Ну и холодный же ты человек, и характер у тебя скверный.
— Только сейчас понял? Ты ведь знал об этом заранее.
Холодно бросив это, Хуан И удалился.
— Время немного отступило назад.
В хранилище архива Сяо Лиин, который после возвращения хозяина по обыкновению погрузился в чтение книг, почувствовал его присутствие и нетерпеливо поднял голову.
— …Опять ты, зачем снова пришёл…
Лю Хуэй с воодушевлением начал заваривать чай.
— Но ведь это ты сказал, что хочешь выпить со мной чаю.
— …Я говорил, но не собирался пить его каждый вечер… Кстати, говоря о чае, я имел в виду… Слушай, я скажу тебе прямо: я сейчас читаю, и мне это нравится. Не мог бы ты уйти куда-нибудь ещё? Ты мне ужасно мешаешь. Прошу тебя, оставь меня в покое.
Говоря это, Сяо Лиин вдруг сам удивился своим словам. С каких пор он начал использовать это «прошу тебя»? В последнее время он словно сам не свой. Возможно, это чувство было похоже на то, что он испытывал рядом с той девушкой.
— Ты только посмотри, какой же ты холодный для ребёнка! Мог бы уделить мне немного времени, ничего бы не случилось.
Сяо Лиин лишился дара речи… «Удели мне время»… Ему впервые в жизни сказали нечто подобное.
Говорили, что он весьма способный король, но этот мужчина…
(«…Впрочем, голова у него и вправду соображает…»)
Стоило им заговорить, как всё становилось ясно. К тому же он неплохо владел боевыми искусствами. Сказать по правде, при первой встрече Сяо Лиин был даже немного поражён. Если бы они сразились всерьёз, он был бы на равных с ним, а возможно, и превзошёл бы его. Но… хотя он и был искушён в науках и воинском искусстве, превосходя остальных, его слова и поступки были на редкость ребячливыми. Почему?
— Тебе уже больше двадцати, ты взрослый человек!
— Смотри, я приготовил вкусные сладости к чаю, и ещё персики. Разве не хочешь?
— Не пытайся заманить меня угощениями, думаешь, я попадусь на это?
Непонятно, умён он на самом деле или глуп. С этим королём точно всё в порядке?
Хотя Ли Ин и сказал это, он уже понимал: если не составить ему компанию за чаем, дело не сдвинется с мёртвой точки. Делать было нечего, поэтому он вложил в книгу закладку и поднялся. Кратчайшим путём к тому, чтобы продолжить чтение, было сначала составить ему компанию за чаепитием.
Лю Хуэй уже совершенно умелыми движениями принялся заваривать чай.
— Ли Ин, сегодня ты должен выслушать мои горести.
— …Скорее уж, и сегодня тоже.
Смирившись со своей участью, Ли Ин принялся аккуратно чистить персики, поданные в качестве угощения.
Он наполнил тарелки Лю Хуэя и свою. Должно быть, во всём был виноват его отец — человек, который привык, что о нём заботятся, считал любое дело утомительным, не менял одежду днями, если его оставить одного, и постоянно разглагольствовал; из-за него подобные действия стали для Ли Ина рефлекторными.
С другой стороны, Ли Ин и сам не понимал, как всё к этому пришло. Он явился сюда вовсе не ради подобных занятий. Однако, глядя на лицо короля, он чувствовал, что обязан составить ему компанию.
Ли Ин пристально вгляделся в лицо Лю Хуэя.
Пусть он и не обладал сверхспособностями, но от скуки изучал разные науки одну за другой и почти всеми овладел. В искусстве чтения по лицам, возможно, благодаря кровному родству, он смыслил гораздо больше обычных гадателей.
(…Знамение разлуки… В скором времени его покинут близкие люди, и притом не один…)
К тому же казалось, что этот король и сам уже это осознал. Подобная проницательность — сущее несчастье. Грядущее расставание — словно убийство мягким ножом, остаётся лишь покорно ждать.
— …Сказать по правде, у меня есть любимая женщина.
— А-а… Невозможно, это просто невозможно. Тебе лучше поскорее оставить эти надежды.
Бросил Ли Ин между глотками чая. Лю Хуэй резко вскинул голову.
— Зачем говорить такие жестокие вещи! Я ведь ещё ничего не успел рассказать.
— Но разве ты не ван? Ты мог бы просто выбрать любую понравившуюся женщину и ввести её в Хоугун. Раз ты говоришь об этом так, значит, это человек, с которым вам не суждено просто так быть вместе.
— Нет, всё не так… Я тоже прилагаю усилия… И всё же ты слишком сообразителен.
Лю Хуэй возразил со слезами на глазах. С тех пор как они начали вместе пить чай, он считал юношу по имени Ли Ин настоящим гением. Прежде всего, поражало количество книг, которые тот прочитывал за день. И как бы тот ни ворчал, он всё равно в итоге составлял компанию, так что с ним стоило поговорить и на него можно было положиться.
(Каким же ребёнком был я в его возрасте?..)
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
