Когда Дэн И втащили в потайную комнату за стеной книжных полок, он краем глаза увидел взметнувшееся пламя, а затем огонь и последовавший за ним шум остались снаружи.
— Я и не знал, что в моём доме есть тайные комнаты и подземные ходы, — сказал Дэн И. Тайная комната на деле оказалась узким простенком, из которого они тут же попали в туннель.
Он смотрел на идущего впереди Сяо Сюня. Походка юноши была непринуждённой.
В подземном ходе царила кромешная тьма, и разглядеть выражение лица молодого человека было невозможно, но в его голосе слышалась улыбка.
— Потому что для тайфу столица — лишь место временного пребывания, — произнёс он. — А для моего отца-вана она — дом.
— Моего отца выгнали из столицы ещё в детстве. Он всегда хотел вернуться и страшно боялся забыть родные края, а потому велел разузнать всё до мелочей: расположение улиц, домов, каждое дерево и травинку.
— Особенно это касается богатых усадеб.
— Веришь ли ты, тайфу, что во многих из них мой отец даже оставил своих людей для охраны?
«Верю, отчего же не верить, — подумал Дэн И. — Если разобраться, разве он сам не был тем самым человеком, которого Чжуншань-ван приставил охранять ворота в самой роскошной усадьбе Поднебесной — императорском городе?»
— Ван-е действительно приложил немало усилий, готовясь на всякий случай к любым неожиданностям, — сухо заметил Дэн И.
Сяо Сюнь негромко рассмеялся:
— Сама судьба распорядилась, чтобы тайфу и мой отец были связаны узами предначертанного, поэтому ты и поселился в этом доме, где как раз оказался свой человек.
С этими словами он слегка толкнул преграду, и внутрь ворвалась ночная тьма, а вместе с ней — шум и едкий запах гари.
Дэн И поднял взгляд и понял, что по туннелю они перебрались в соседнее владение.
Обитатели соседнего дома, очевидно, тоже были встревожены: по двору бегали слуги, не смолкали крики, к которым примешивался плач проснувшихся детей и приглушённый гомон голосов.
— Пожар! Тушите огонь!
— Не лезьте не в своё дело!
— Скорее прячьтесь!
— Осторожнее, как бы рыбы в пруду не пострадали при пожаре!
Слыша эти возгласы, Дэн И невольно усмехнулся.
— Идём, тайфу, — негромко позвал Сяо Сюнь. Затем он вновь улыбнулся, глядя на другую сторону, где усадьба в отсветах пламени и дыма казалась причудливо-великолепной. — Тайфу, неужели жаль расставаться?
— В этом мире нет ничего, с чем было бы жаль расставаться, — ответил Дэн И. — Есть только то, с чем приходится расстаться.
Сяо Сюнь с улыбкой умолк и зашагал по узкому проходу между зданиями. Даже в чужом доме его походка оставалась лёгкой.
Дэн И последовал за ним.
Миновав несколько усадеб, они оставили позади шум, гарь и топот копыт. Беглецы остановились у городской кузницы.
В кузнице даже ночью трудились мастера. Свет огня мерцал на их обнажённых телах, взлетали тяжёлые молоты, во все стороны летели искры и брызги пота. На Сяо Сюня и Дэн И, прошедших через мастерскую, они не обратили ни малейшего внимания.
Сяо Сюнь прошёл в самую глубь, придвинул деревянную табуретку, сел и, взяв со стола чайник, налил чашку горячей воды.
— Тайфу, смочи горло, — предложил он.
Дэн И не стал отказываться и взял чашку.
— Тайфу, — Сяо Сюнь придвинулся ближе и понизил голос. — Это императрица хочет тебя убить.
Дэн И взглянул на него:
— Это не она.
— Сейчас ты для неё — преграда на пути, — усмехнулся Сяо Сюнь. — А-Чжао-сяоцзе — человек, который срубит гору, если та преградит ей путь.
Дэн И медленно отпил воды, поднял глаза на Сяо Сюня и улыбнулся:
— В отличие от шицзы, А-Чжао-сяоцзе не станет наносить мне смертельный удар.
Он сделал паузу.
— Если бы она и захотела убить меня, то сама бы об этом сказала.
Отношения между императрицей и тайфу действительно были неплохими. Раньше, ещё в пути, Чу Чжао относилась к Дэн И совсем иначе, чем к нему самому.
Да и Дэн И ради неё предал доверие его отца!
— Но это было раньше, — вздохнул Сяо Сюнь. — Люди меняются. К тому же, пока рядом род Се, вы с императрицей не сможете сосуществовать.
Дэн И допил воду и посмотрел на Сяо Сюня:
— Людей, желающих моей смерти, много. Шицзы, ты тоже среди них, причём в первых рядах.
Сяо Сюнь весело расхохотался:
— Тайфу хочет сказать, что сегодняшний спектакль — моих рук дело?
Дэн И не ответил. Поставив чашку, он спросил:
— Говори прямо, шицзы, чего ты хочешь?
Сяо Сюнь тонко улыбнулся:
— Требование прежнее: прошу тайфу открыть для меня ворота.
— Поздно, — бесстрастно отозвался Дэн И. — Тогда я распоряжался дворцовыми вратами, а теперь — нет.
— Тайфу и впрямь ничего не может поделать с императрицей, — Сяо Сюнь со смехом захлопал в ладоши. — А-Чжао-сяоцзе просто великолепна!
Дэн И проигнорировал его и сам налил себе ещё воды.
— Я не прошу тайфу открывать для меня дворцовые ворота, — Сяо Сюнь перестал смеяться. — И в императорский город входить я не собираюсь. Сегодняшние события — чистая случайность. Узнав, что императрица заперла тайфу, я понял: это отличный шанс. Я пробрался туда, собираясь устроить пожар и похитить тебя…
Тут он снова рассмеялся.
— Не ожидал, что мои намерения совпадут с чьими-то ещё.
— Хотя ты и говоришь, что я один из тех, кто желает твоей смерти, ты должен быть мне благодарен за это желание. Иначе ты был бы уже мёртв.
Дэн И пил воду с безучастным видом.
Сяо Сюнь, отсмеявшись, продолжил:
— Прошу тайфу открыть для меня ворота, ведущие из столицы в округ Чжуншань.
Дэн И, сжимая чашку, смотрел на него.
— Раз тайфу так осторожен, императорская печать и хуфу наверняка при нём, — Сяо Сюнь церемонно поклонился. — Прошу тайфу проводить меня домой.
Дэн И промолчал, лишь едва заметно усмехнулся.
— Тайфу, — выражение лица Сяо Сюня стало искренним. — Пусть на этот раз тебя пыталась убить не императрица, но она уже попала под влияние Се Яньфана. Тот никогда не потерпит твоего присутствия при дворе. С ними обоими тебе не найдётся места в правительстве А-Юя. Чем гнуть спину перед этим мальчишкой, лучше отправляйся со мной к моему отцу. Великая Ся принадлежит роду Сяо. Когда мой отец станет императором, ты по-прежнему будешь тайфу Великой Ся.
Дэн И опустил взгляд на чашку. Динь-дон — раздавался стук молотов, в воде отражались искры пламени, и в них словно проступало лицо той девушки.
В ту ночь, когда повсюду полыхали пожары и гремели звуки битвы, она кричала ему под дворцовыми воротами: «Дэн И, ты задолжал мне обед!»
Нынешняя А-Чжао-сяоцзе уже не та, что прежде.
Милость за чашку риса уже оплачена.
Дэн И одним глотком допил воду.
Пламя колыхалось, по императорскому городу мчались стражи запретной гвардии. Все они были в халатах с узором манг — очевидно, помимо Управления императорской охраны Гунвэйсы, задействовали и гвардию внутреннего дворца.
Это означало, что сейчас императрица не доверяет никому, кроме Лунъивэй.
Один отряд направился к выходу, другой окружил дворец Великого наставника во внешнем дворе.
Чиновников оттеснили и окружили, им оставалось лишь издалека наблюдать, как стражи врываются во дворец и устраивают там обыск.
— Что они ищут?
— Тайфу и вправду мёртв?
— Не дожидаясь конфискации, сразу…
— Помолчи! Ясно же, что ищут императорскую печать и хуфу.
Чу Чжао вошла в дворец Великого наставника. Это место было ей знакомо, но сейчас здесь всё перевернули вверх дном, книжные полки были опрокинуты, а прежний облик — утрачен.
Помимо стражей, повсюду сновали Ци-гунгун с другими евнухами. Слуги лучше знали о всевозможных тайниках, но после тщательного обыска ничего не нашли.
— Императорскую печать и хуфу мы и в обычное время видели редко, — сказал мелкий чиновник, которого привели и поставили на колени. — Нам приносили доклады и указы уже с поставленными тайфу печатями.
Се Яньфан вошёл в сопровождении других чиновников и доложил:
— Няннян, в Шести министерствах тоже всё обыскали. Ничего.
— Императорская печать и хуфу — важнейшие сокровища государства, тайфу должен был носить их при себе, — вполголоса произнёс Ци-гунгун. — Нужно проверить, не найдутся ли они в усадьбе тайфу.
Все присутствующие понимали: надежды мало.
Дэн И обладал такой властью не только благодаря титулу, дарованному покойным императором, но и потому, что в его руках были печать и хуфу.
Если Дэн И исчез сам, он бы их точно не оставил.
Если же его похитили, то печать и хуфу наверняка были одной из главных целей.
— Принесите фениксовую печать, — распорядилась Чу Чжао. — Запереть городские ворота!
Поднявшееся в городе зарево вскоре исчезло, но шум не стихал, медленно расползаясь по улицам.
Стоя на городской стене, можно было видеть мелькание факелов и слышать топот скачущих коней. Гул шагов тоже доносился издалека.
Стражам у ворот было хорошо знакомо место, где сосредоточился этот шум.
Усадьба тайфу.
— Неспокойно, — вполголоса произнёс один из стражников.
Другой кивнул:
— Гвардия Гунвэйсы окружила усадьбу тайфу.
Остальные разговоры затихли. Пока все наблюдали, из города во весь опор вылетел отряд воинов.
— Стой! — выкрикнул начальник городской стражи. — Городские ворота уже закрыты. Без приказа выезд запрещён.
Возглавлявший отряд офицер отдал честь, не слезая с коня:
— Начальник гарнизона Дин.
Начальник городской стражи узнал его — это был чиновник из Бинбу. Он поспешно ответил на приветствие:
— Сюэ-дажэнь, вы покидаете город в столь поздний час?
Сюэ-дажэнь развернул перед ним документ и одновременно протянул половину хуфу:
— Срочный указ о сверке знаков в столичном гарнизоне.
Свет факелов ярко озарил оттиск императорской печати на документе. Начальник городской стражи не посмел коснуться хуфу и поспешно выкрикнул согласие, не задавая более ни единого вопроса. Он велел стражникам открыть ворота и проводил взглядом офицеров и их свиту, когда те пронеслись сквозь проём и скрылись в ночной темени.
Городские ворота медленно закрылись.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
