Когда дела были закончены, обменялись еще парой пустых фраз, и Чэнь-гунгун собрался уходить.
Из вежливости Ли Шу лично пошла проводить его. Миновав галерею и выйдя из бокового дворика, она первым делом увидела Шэнь Сяо, который в одиночестве стоял в саду и с величайшим усердием созерцал… пучок травы?
В поместье Пинъян-гунчжу, если не считать богатства, смотреть было решительно не на что.
Строительство этой резиденции началось тогда, когда император только издал указ, повелевающий третьему молодому господину из семьи Цуй взять в жены Пинъян-гунчжу. Ли Шу в тот год была полна радости. Во дворце она жила в захолустном месте, мать ушла рано, и она всегда чувствовала, что у нее нет дома. Поэтому она придавала огромное значение поместью, в котором предстояло жить после свадьбы.
Ли Шу сама надзирала за работами и следила за мастерами.
Когда все было закончено, она не без гордости привела Цуй Цзиньчжи в усадьбу, чтобы похвастаться. Однако у Цуй Цзиньчжи при виде всего этого так и задергался уголок рта. В конце концов, не зная, что сказать, он через силу выдал похвалу:
— Это поместье… довольно-таки сияющее.
Золотая фольга едва не ослепила его.
Он научил ее придворным интригам и стратегии, но почему же забыл научить чувству прекрасного!
Чэнь-гунгун, увидев человека в темно-синем чиновничьем халате, выразил на лице недоумение и повернулся к Ли Шу:
— Это…?
Шэнь Сяо, услышав голоса, словно только сейчас понял, что за спиной кто-то есть. Он обернулся и увидел Ли Шу, которая с улыбкой говорила старому евнуху:
— Это Шэнь Сяо, тицзюй из Министерства доходов.
Сказав это, она подняла глаза на Шэнь Сяо:
— Шэнь-дажэнь, это Чэнь-гунгун из Восточного дворца.
Шэнь Сяо встретил ее взгляд; ему показалось, что в ее глазах промелькнула насмешка. Те слова, что были сказаны в зале для гостей, все еще звучали в его голове, оставляя долгое послевкусие.
Шэнь Сяо, услышав представление, подошел и сложил руки в приветственном поклоне.
Когда он выпрямился, острые глаза Чэнь-гунгуна скользнули по нему с головы до ног, после чего тот повернулся к Ли Шу:
— У гунчжу хороший вкус.
И рассмеялся.
Голос его был пронзительным, и когда он смеялся, это звучало как скрежет по кости — мрачно и зловеще.
И впрямь, разве плохой вкус?
Такой холодный и строгий человек с суровым лицом, от которого веет непоколебимой гордостью. Неудивительно, что гунчжу только что говорила «подразнить». Чэнь-гунгун поначалу думал, что речь идет о забавах с котенком или щенком, но теперь, взглянув, почувствовал, что в этом «дразнить» примешалось некое любовное томление.
Он был кастратом, и чем больше ему чего-то не хватало, тем сильнее он любил додумывать в этом направлении.
Шэнь Сяо видел, что Чэнь-гунгун оглядывает его с недобрым прищуром, поглощенный гнусными догадками. Этот взгляд был таким липким, что в душе поднялась волна отвращения.
Так вот какие люди служат у наследного принца?
Если слуги таковы, то и господин, должно быть, не лучше.
Хотя Шэнь Сяо никогда не встречался с тайцзы, сначала обычно невозмутимая Ли Шу нахмурилась из-за него, а теперь вот этот старый евнух со своим липким взглядом.
Шэнь Сяо решительно не испытывал к тайцзы никакой симпатии.
У императора Чжэнъюаня столько сыновей, почему Пинъян-гунчжу выбрала именно наследного принца, чтобы примкнуть к нему? Будучи столь умной, если она хотела обрести заслугу следования за драконом [1], ей следовало выбрать принца более скромного, но способного.
Взгляд Шэнь Сяо слегка потемнел.
Ли Шу, разумеется, уловила скрытый подтекст в словах Чэнь-гунгуна и про себя брезгливо поморщилась.
«Кто, кроме тебя, во всем видит лишь плотские утехи?»
К счастью, ей не придется долго общаться с подобными людьми.
Ли Шу спросила:
— Шэнь-дажэнь, почему вы один в саду? Неужели слуги плохо приняли вас?
Не успел Шэнь Сяо ответить, как на тропинке послышалось движение, и подбежала Хун Ло. Увидев Ли Шу и Чэнь-гунгуна, она, переводя дух, поспешно поклонилась.
Ли Шу с суровым лицом произнесла:
— Разве я не велела тебе проводить для Шэнь-дажэня прогулку? Почему ты оставила его одного?
Хун Ло поспешила признать вину:
— Там маленькие служанки повздорили, я ходила их отчитать и оставила Шэнь-дажэня ненадолго. — С этими словами она присела в поклоне перед Шэнь Сяо: — Прошу дажэня не гневаться.
Шэнь Сяо перевел взгляд с Ли Шу на Хун Ло, а затем медленно произнес:
— Ничего страшного.
В уголках его губ появилась едва заметная улыбка с особым смыслом.
Отчитав Хун Ло, Ли Шу снова приняла вежливый вид и сказала Чэнь-гунгуну:
— Слуги не знают правил, не обессудьте, гунгун. Пройдемте сюда.
Шэнь Сяо остался на месте, глядя вслед уходящей Ли Шу.
То гневный выговор, то почтение, то насмешка.
У нее было множество лиц, множество образов и множество планов.
Но ни одному из них нельзя верить.
Она — политик до мозга костей, подумал Шэнь Сяо. Разговоры о чувствах с политиком — самая смехотворная вещь на свете.
*
Пока Ли Шу провожала Чэнь-гунгуна, служанка проводила Шэнь Сяо обратно в зал для гостей.
На месте, где сидел Чэнь-гунгун, Лунцзин еще не остыл. Служанка убрала чашки и подала Шэнь Сяо свежий чай.
Вскоре вернулась Ли Шу.
Поскольку ей предстояло принимать гостя, она переоделась в официальный наряд с очень длинным подолом. Черты ее лица были подчеркнуты заново: брови стали длинными и бледными, а разрез глаз — острым и холодным.
Она была совсем не похожа на ту женщину в простом платье, что сегодня утром безмятежно спала, прислонившись к дереву.
И на ту, что в полдень с лукавым видом заставляла его покупать рыбу.
Поэтому и отношение Шэнь Сяо к ней стало иным по сравнению с утренним.
Он встал, держась очень вежливо, но крайне отстраненно:
— Гунчжу.
— Позвольте спросить гунчжу, когда вы сможете выдать зерно сягуаню?
Голос его звучал холодно и твердо.
Ли Шу опустилась в кресло тайши и откинулась на спинку.
— Выдать зерно?
Она усмехнулась.
— О чем говорит Шэнь-дажэнь? Бэньгун вас не понимает.
Выражение лица Шэнь Сяо стало еще суровее:
— Сегодня утром на берегу озера гунчжу сказала: если вэйчэнь выловит три рыбины, то гунчжу выдаст тридцать тысяч дань зерна.
[1] заслуга следования за драконом (从龙之功, cóng lóng zhī gōng) — помощь будущему императору в восхождении на престол.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
