Фу Тинъюнь побледнела от испуга и вскочила с места:
— Что ты сказал?
Ее голос прозвучал настолько громко и пронзительно, что Чжэн Третий вздрогнул от неожиданности:
— Говорят, командующий Лу пропал без вести!
— От кого ты это услышал? — губы Фу Тинъюнь задрожали, она беспокойно зашагала по комнате. — Это лишь пустые слухи! Как можно верить подобному? Сведения о ходе войны — военная тайна, да и командующий Лу — чиновник третьего ранга. Если бы он пропал, разве в резиденции главного командующего не поднялась бы тревога?..
Чжэн Третий молча смотрел на нее.
На глаза Фу Тинъюнь навернулись слезы.
Она опустила голову:
— Позови Саньнян. — Голос ее звучал тихо и удрученно.
Чжэн Третий вздохнул про себя и пошел за женой.
С помощью Чжэн Саньнян Фу Тинъюнь переоделась, привела себя в порядок и отправилась в соседскую усадьбу Мо И.
Госпожа Лу немало удивилась ее визиту и пригласила ее в гостиную:
— Какими судьбами госпожа Фу зашла ко мне в гости? — В ее голосе невольно проскользнула колкость.
Фу Тинъюнь не стала вступать с ней в перепалку и сразу выложила слухи, услышанные Чжэном Третьим:
— …Не знаю, правда это или ложь. Хотелось узнать у вас, наложница Лу, верные ли это сведения.
Судя по всему, госпожа Лу слышала об этом впервые.
Лицо ее резко изменилось, и она громко крикнула:
— Мамушка Лу!
В комнату вошла женщина лет тридцати.
Госпожа Лу тут же велела:
— Срочно найди управляющего Лу, пусть он незамедлительно отправится в гарнизон Чжуанлан и разузнает, что с моим братом!
Служанка без лишних слов почтительно ответила «Слушаюсь», присела в поклоне и вышла.
Госпожа Лу перевела дух и глубоко вздохнула.
Похоже, она безгранично доверяла этому управляющему Лу: ее лицо постепенно смягчилось. Поразмыслив, она произнесла:
— Госпожа Фу беспокоится о цзунци Чжао? Не волнуйтесь, как только управляющий Лу вернется, нам всё станет известно.
Фу Тинъюнь кивнула и, побыв у госпожи Лу еще немного, поднялась и попрощалась.
Госпожу Лу эта весть тоже погрузила в тяжелые думы, поэтому, обменявшись с нею парой вежливых фраз, она проводила Фу Тинъюнь до дверей.
Фу Тинъюнь в сопровождении Чжэна Третьего и его жены отправилась к госпоже Ван.
Госпожа Ван жила в самой резиденции главного командующего. Стражники у ворот вовсе не знали Чжао Лина, а тем более Чжэна Третьего. Фу Тинъюнь же не смела выдавать себя за родственницу госпожи Ван, поэтому войти внутрь казалось невозможным. Лишь когда Чжэн Третий упомянул имя Вэй Ши, стражники кликнули его, и в сопровождении Вэй Ши гостей наконец пропустили.
Хотя Вэй Ши несколько дней охранял дом Фу Тинъюнь, саму её он доселе не видел. Любопытства ради он мельком взглянул на нее: голова девушки была покрыта сиренево-голубым платком, виден был лишь изящный округлый подбородок, белизной напоминающий нежнейший нефрит. Сердце Вэй Ши заколотилось, он не посмел бросить второй взгляд и, кротко опустив взор, пошел дальше, по дороге беседуя с Чжэном Третьим:
— Зачем вы пришли к госпоже Ван? Приди вы полчаса позже, уже не застали бы меня — я по приказу госпожи отправляюсь в гарнизон Синин…
От этих слов у Фу Тинъюнь всё похолодело внутри. Она поспешно произнесла:
— Господин Вэй, позвольте спросить. — Не дожидаясь ответа, она продолжила: — Вы отправляетесь в Синин, чтобы разузнать о судьбе помощника командующего Вана?
Вэй Ши опешил.
Голос ее был неимоверно красив.
Он звучал чистым и звонким журчанием горного ручья, подобно нежному звону нефритового цина1.
— Да, именно так! — поспешил ответить он. — Госпожа посылает меня в Синин именно для того, чтобы разузнать о нашем хозяине…
«Выходит, слухи возникли не на пустом месте?»
Фу Тинъюнь замерла.
Вэй Ши между тем продолжал тихо бормотать:
— Вчера вечером пришло донесение. Если посчитать по дням, командующий Лу пропал уже пять или шесть дней назад, да и о нашем хозяине нет точных вестей… Госпожа вчера всю ночь глаз не сомкнула, а едва рассвело, отправилась к помощнику главного командующего Лю. Тот все подтвердил, но велел нашей госпоже не распускать слухи, чтобы не сеять панику среди народа.
На душе у Фу Тинъюнь стало совсем холодно. Но едва она увидела госпожу Ван, та, не дав ей заговорить, сама взяла ее за руку:
— Не тревожься. Я как раз отправляю Вэй Ши в Синин. Он прежде сопровождал моего супруга и прошел немало битв. К тому же Инчуань-хоу держит оборону в Мэньюане, и его личная охрана знает Вэй Ши, так что известия будут скоро.
Ее спокойный вид и сдержанный тон постепенно вернули умиротворение в смятенную душу Фу Тинъюнь.
Госпожа Ван удержала ее на обед:
— …Если бы не это дело, ты бы ко мне и не пришла. — С улыбкой взяв Фу Тинъюнь под руку, она повела ее во внутренние покои и велела своей служанке: — Пойди позови моих девочек, пусть засвидетельствуют уважение госпоже Фу.
Это было проявлением высшего доверия и дружеского расположения, принятого между близкими семьями.
Фу Тинъюнь совершенно не была готова к подобному и лишь твердила, что не заслуживает такой чести. Увидев двух дочерей госпожи Ван, она, за неимением иного, вынула из волос пару серебряных шпилек с лотосами и подарила их десятилетней старшей и семилетней младшей дочерям госпожи Ван.
Обе девочки были прекрасно воспитаны и с достоинством поблагодарили Фу Тинъюнь.
Госпожа Ван же с извиняющейся улыбкой произнесла:
— Испортила я их своим потворством, совсем не знают правил приличия. Прошу вас, госпожа Фу, не судить строго.
- Цин (磬 / qìng) — древний китайский ударный музыкальный инструмент в виде Г-образной пластины из нефрита или каменных пород, при ударе издающий чистый и прозрачный звук.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
