С тех пор как Лу Сисяо сказал, что собирается снова добиваться её, он всё больше возвращался к своему прежнему состоянию. В иные мгновения Чжоу Вань казалось, будто перед ней снова тот юноша из прошлого.
Когда он внезапно упомянул о событиях того дня, в голове Чжоу Вань вновь всплыли некоторые нежные, чарующие картины.
Она покраснела и резко вскочила:
— Я пойду спать.
Лу Сисяо снова рассмеялся.
Лицо Чжоу Вань горело всё сильнее. Сделав вид, что ничего не слышит, она направилась к спальне, глядя прямо перед собой и от неловкости едва не сбиваясь на иноходь.
Когда она толкнула дверь, Лу Сисяо окликнул её:
— Ваньвань.
Она обернулась.
— Делай то, что хочешь делать. Лишь бы тебе это нравилось, — сказал Лу Сисяо.
*
На следующий день Чжоу Вань договорилась о встрече с HR-менеджером газеты и в полдень поехала туда.
Редакция находилась недалеко от жилья Лу Сисяо, транспортное сообщение было удобным: можно было добраться прямым рейсом на автобусе или метро.
Она поднялась наверх, следуя указателям. Интерьер традиционного печатного СМИ не был таким модным, как в компаниях новых медиа, но дарил ощущение тепла и надежности.
Чжоу Вань подошла к стойке регистрации, объяснила цель визита, и её провели в небольшой кабинет.
Внутри стоял заваленный вещами рабочий стол, на котором громоздились кипы газет и журналов — чистого места почти не осталось.
Чжоу Вань оторопела.
Вслед за этим из стопки газет показалась голова, человек поправил очки:
— Чжоу Вань?
— Да, — кивнула она. — Здравствуйте, учитель. Подскажите, собеседование будет здесь?
— Никакого собеседования, в этом нет нужды. С таким резюме, как у тебя, собеседование не требуется.
— …
Это было слишком бесцеремонно.
— Сначала присаживайся, просто поболтаем немного, — сказал мужчина в толстых очках. — О, сначала представлюсь: я заместитель главного редактора. Главный редактор сейчас в командировке, увидишь её, когда она вернется через пару дней.
Чжоу Вань кивнула.
Затем заместитель главного редактора в крайне непринужденной манере обсудил с ней вопрос зарплаты. Хотя она и не шла в сравнение с её прежним заработком, для новичка условия были весьма достойными.
Чжоу Вань спросила, когда ей приступать к работе. Заместитель ответил:
— У тебя есть еще дела сегодня? Если нет, начни прямо сейчас, я попрошу подготовить для тебя рабочее место.
— …Хорошо.
Сначала Чжоу Вань зашла в общий отдел за канцелярскими принадлежностями.
Начальница общего отдела, на вид очень мягкая женщина лет сорока, долго расспрашивала её о житейских делах: интересовалась, почему с таким высоким уровнем образования она решила работать здесь, откуда она родом и сколько ей лет.
Когда она вернулась, рабочее место уже было готово.
Поскольку Чжоу Вань только пришла, она начала с должности стажера-корреспондента: сначала помогать в редакционном отделе, а позже получить официальное назначение.
Справа от неё сидела милая девушка, тоже выпускница прошлого года. Повернувшись, она помахала рукой:
— Привет! Меня зовут Цзи Цзе, «Цзе» как в слове «чистый».
Чжоу Вань тоже улыбнулась ей:
— Меня зовут Чжоу Вань.
Она сделала короткую паузу и добавила:
— «Вань» как в строке «натяну (вань) резной лук, подобно полной луне».
— О-о-о! — Цзи Цзе широко открыла рот. — Ты и правда отличница, даже представляешься по-особенному. Я тоже хочу сменить представление, в будущем буду говорить… так, какие есть стихи со словом «цзе»?
Чжоу Вань задумалась на мгновение:
— «Белизна и чистота (цзе бай) сгущают осенний блеск», Лю Юси.
— Отлично, меня зовут Цзи Цзе, «Цзе» как в «белизна и чистота сгущают осенний блеск», — представилась она заново.
Чжоу Вань рассмеялась:
— На самом деле это всё та же «чистота», разницы нет.
— Нет, так звучит гораздо солиднее.
— …
Цзи Цзе оказалась болтушкой. Вскоре она снова наклонилась к ней:
— Кстати, кажется, скоро мы вместе отправимся на выезд.
— Зачем?
— Завтра же День Лэй Фэна. Нужно навестить малоимущие семьи, помочь им, сделать фотографии и всё такое.
Чжоу Вань кивнула.
Вскоре действительно подошел мужчина лет тридцати и позвал их. Кожа у него была смуглой, вероятно, из-за частых разъездов. Цзи Цзе подхватила две сумки с оборудованием, Чжоу Вань помогла ей донести одну.
Группа людей погрузилась в минивэн и отправилась в путь.
Пункт назначения находился довольно далеко, в деревне на окраине города. Машина ехала долго, дорога стала ухабистой. Чжоу Вань почувствовала себя нехорошо — её укачало.
Руководитель группы вскрыл упаковку с минеральной водой и раздал каждому по бутылке:
— Еще полчаса, и будем на месте.
Слыша, как остальные называют его «Е Шу», Чжоу Вань взяла воду и сказала:
— Спасибо, Е Шу.
Она открутила крышку и сделала глоток; дискомфорт в груди наконец немного утих.
Достав телефон, она обнаружила сообщение от Лу Сисяо: [Как собеседование?]
Чжоу Вань слегка улыбнулась и рассказала ему о том, как непринужденно всё прошло, а затем сфотографировала заросший травой пустырь за окном машины.
[Чжоу Вань: Сейчас готовлюсь к выезду на объект.]
[Лу Сисяо: Куда?]
Чжоу Вань отправила ему свою геолокацию и убрала телефон обратно в карман.
Спустя мгновение она снова достала его и сменила имя Лу Сисяо в контактах на «6».
*
Машина остановилась перед ветхим двором. Чжоу Вань вышла вслед за всеми. В багажнике лежали продукты первой необходимости: рис, масло и прочее.
Пришел и староста деревни, с которым велись переговоры. Е Шу передал ему работу, попросив помочь распределить рис и масло между бедными и малоимущими семьями деревни. Главной целью их визита была одна бабушка — она жила в самых тяжелых условиях в деревне, и они должны были её навестить.
У Чжоу Вань через плечо висела сумка с фотоаппаратом, а в руках она несла две бутылки масла.
Е Шу взглянул на неё:
— Донесешь? Не нужно перенапрягаться.
Чжоу Вань улыбнулась ему:
— Всё в порядке.
Она последовала за остальными вглубь переулка, и они вошли в один из домов. Дверь была распахнута, внутри было пусто, мебели почти не было, и никого не было видно.
Первым делом в глаза бросилась черно-белая фотография на стене.
Чжоу Вань подняла взгляд. Цзи Цзе придвинулась к её уху и прошептала:
— Это сын старушки. Умер в позапрошлом году от внезапного кровоизлияния в мозг, ему было всего 56 лет.
Чжоу Вань перевела взгляд и увидела в дальней комнате пожилую женщину.
Тот дом уже нельзя было назвать просто грязным. Кровать и кроватью-то не назовешь: просто грубая скамья, на которой лежало одеяло. Одеяло уже почернело и стало жестким, как кирпич.
А что до бабушки — ноги у неё были совсем плохи, сильно искривлены, даже стоп не было видно; вероятно, она когда-то переболела полиомиелитом, и ростом была гораздо ниже обычного человека.
Используя деревянный стул вместо костыля, она медленно, опираясь на него, выходила из комнаты.
Путь в три-четыре метра занял у неё несколько минут.
Глядя на это, Чжоу Вань поначалу даже не знала, как подступиться, чтобы помочь ей, на душе стало невыносимо горько.
Е Шу отнес принесенные рис, масло и кое-какие овощи на кухню. Кухня представляла собой лишь угольную печь, на которой стояла миска из нержавеющей стали.
Бабушка хотела выразить благодарность. Чжоу Вань стояла ближе всех, поэтому она взяла её за руку и без конца повторяла «спасибо», говоря, что таких добрых людей в будущем обязательно ждет вознаграждение.
— Бабушка, сколько вам лет? — спросила Чжоу Вань.
— 79 лет.
Если бы её бабушка была жива, ей сейчас было бы примерно столько же.
…
Распределив обязанности, они помогли бабушке прибраться в доме, сделали несколько снимков и поболтали с ней для интервью.
Только из разговора они узнали, что у бабушки есть внучка.
Не родная. Её сын так и не женился, всю жизнь прожил бобылем. Эту девочку он подобрал, когда ему уже было за пятьдесят — её кто-то бросил. Ему стало жаль малютку, и он принес её домой.
Кто же знал, что судьба так распорядится: теперь остались только бабушка и девочка, тянущие друг друга.
Эта история была слишком тяжелой.
У всех, кто это слышал, на сердце стало тяжело.
Когда они уходили, солнце уже клонилось к закату.
Цзи Цзе спросила:
— Е Шу, когда мы будем публиковать материал, может, приложим и адрес бабушки? Чтобы больше людей могли ей помочь.
Е Шу покачал головой:
— Нельзя. Сейчас у многих людей помыслы нечисты. Раньше уже случалось, что стримеры под этим предлогом устраивали шоу, не давая людям покоя ни днем ни ночью.
— Верно, — вздохнула Цзи Цзе. — Но что же делать? Ни бабушка, ни её внучка не в состоянии зарабатывать. Как им жить дальше?
— Редакция поддерживает с ними связь, всё в порядке. Поможем, чем сможем. Можно организовать сбор пожертвований, завтра я доложу об этом главному редактору.
Чжоу Вань прислонилась головой к окну машины, отрешенно глядя на пейзаж за окном.
Старушка и маленькая девочка, живущие одной душой, — подобная картина постоянно заставляла её вспоминать себя и бабушку в прошлом, вот только им жилось намного лучше; хотя денег тоже почти не было, они, по крайней мере, жили с достоинством.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
