— Даже если центральным чиновникам не придётся марать собственные руки, регулярная армия сама с тобой разделается. Нет способа лучше. Конфисковать твои земли, имущество, «Мо-е» и «Цзы Чжуаншу»… забрать всё до последнего — это станет идеальным предлогом. Но на столь гнусные поступки, кроме тебя… кроме тебя есть ещё один человек, который на это способен.
На лице Ван Цзи ничего нельзя было прочесть. Даже Су Фан, прослуживший юши десять лет, не мог этого сделать.
Су Фан весь покрылся холодным потом. Дрожа всем телом, он высказал всё, что хотел:
— Есть ещё кое-кто, кто может пойти на такое. Другой человек, способный на это, из тех, кто находится в разъездах… Лин Яншу-дажэнь, где он сейчас?
— Хм. Вероятно, где-то в горах. Его уже довольно давно нет.
— В последнее время он совсем перестал появляться в Мэньсяшэне, согласно надёжным источникам. В императорском дворе его не видели уже около месяца. Хотя он и привык появляться и исчезать словно призрак, в этот раз его нет слишком долго. Никто не знает, куда он делся. Не кажется ли это странным?.. В сущности, то, что этот человек так долго послушно занимал пост чиновника Мэньсяшэна, уже само по себе было странно.
— До сего момента я ни разу не спрашивал его, почему он вернулся в столицу… — Лекарственный отвар, горький до онемения, поднёс ему Янь Шу с загадочной улыбкой на лице.
— Поэтому я особенно хочу, чтобы всё наконец закончилось.
— На самом деле я… получил наставление от начальника Куя. И от покойного начальника Шаншу Чжэна тоже. Они сказали: если Янь Шу… предпримет что-то странное, связанное с тобой, немедленно сообщить. Он из тех… кто очень дорожит тем, что любит, но когда вещь перестаёт ему нравиться, он уничтожает её до основания и бесследно исчезает.
Ван Цзи вдруг вспомнил о прошлом. Сунь Линван тоже когда-то говорил: «У тебя такое чувство, будто в любой момент тебя может убить Янь Шу». Вероятно, Юй Шунь думал так же. И Хуан И. И, скорее всего, сам Янь Шу.
На самом деле Янь Шу часто порывался убить Ван Цзи. Несколько раз он исчезал с его глаз. Это случалось в те моменты, когда надежды Янь Шу не могли быть полностью исполнены Ван Цзи. Но Ван Цзи не собирался меняться ради Янь Шу. И Янь Шу, покинув его, неизменно возвращался. И так много раз.
Но на этот раз… даже Чжэнь Суфан заметил, что нынешний Ван Цзи отличается от себя прежнего — он лишился столь многой силы, что это вызывало лишь гнев.
То, что больше не нравится, уничтожается полностью. Уходя, он слегка коснулся губами обеих щёк Ван Цзи, едва заметно улыбаясь. Это было похоже на поцелуй бога смерти.
— Пожалуйста, бегите, — прошептал Су Фан охрипшим голосом. Затем, превозмогая боль, он горестно вздохнул. Ван Цзи поднял голову. Выражение его лица соответствовало словам. Для Ван Цзи это было очень знакомое, вызывающее ностальгию выражение. Много раз, очень много раз кто-то говорил ему подобное. Верные вассалы, генерал Сюнь Синь, Хуйцзе, Линван.
Прошу, если ты, если ты останешься один.
— Пожалуйста, бегите. Прямо сейчас. Куда угодно. На самом деле я пришёл сказать именно это. Я сейчас же вернусь за попо и юши Хун, и даже если придётся тащить её силой, я уведу её с горы. Вам троим нужно просто найти безопасное место и спрятаться. Пусть одну или две горы займут горные разбойники, ничего страшного. Потом всё можно будет вернуть. Но если Янь Шу-сан нацелился на вас, он в любом случае выследит вас и убьё…
— Нет.
— Неужели вы с самого начала собирались позволить себя убить?
— Я и так слишком долго бежал, больше не хочу. — Ван Цзи сказал это прямо.
— Что?
— В конце концов, где оно, это безопасное место? Я и так не собирался этого делать.
— Гм…
— Если придут пятьсот человек, все окрестные деревни окажутся под наблюдением. Разве можно сбежать? К тому же нас трое, и мы с вещами. Как юши, ты должен лишь вести осмысленные наблюдения, а не действовать. — Не говоря уже о попо, Су Фана и Сю Ли тоже заберут всех до единого. — Поэтому ты, пришедший сюда на свой страх и риск, оказался умнее Хун Сюули или Цзы Цзиньланя. Неужели опыт жизни, полной горьких поражений, заставил сработать предчувствие неудачи?
«Мне кажется, или он меня сейчас жестоко высмеял?!» — Су Фан покрылся холодным потом.
Присутствие этого невысокого старика перед глазами внезапно стало давящим. Тьма в воздухе сгустилась, и Су Фан, придя в себя, обнаружил, что затаил дыхание. Лицо старика, внушающее невольный трепет, светилось холодным блеском. Взгляд невозможно было отвести. Сердце забилось чаще. Это было «нечто», отличное от любого другого человека во дворце. Хотелось упасть на колени — такого он не чувствовал даже рядом с начальником Куем. Последний великий аристократ, каких в нынешнем императорском дворе больше не осталось, был прямо здесь. Единственный в своём роде великий аристократ.
И всё же Су Фан продолжал спорить. Хоть он и не понимал причин, его не покидало дурное предчувствие.
— Умоляю вас. Пожалуйста, бегите… Это невозможно. Так нельзя. Ведь вы собираетесь спасать дасяоцзе и ту старушку, верно? Там наверняка засада. Что вы творите? Вы же уже старик. Сейчас я просто сделаю вид, что послушал глупую болтовню полоумного старика, и забуду об этом.
— Это кого ты назвал полоумным стариком? Ты что, собираешься безучастно смотреть, как умирают Хун Сюули и та попо? Твоё предчувствие верно: тех двоих захватили в заложники исключительно для того, чтобы выманить меня. И то, что тебя отпустили сюда с вестью, тоже было сделано намеренно. Мы старые противники. Судя по всему… этот человек хорошо меня знает.
— Раз вы всё знаете, то о чём думаете, когда собираетесь идти туда в одиночку, как дурак! По крайней мере, дождитесь возвращения Цзинь Ланя, и тогда пойдём вместе…
— Глупец. Тебя так легко сбить с толку. Цель центральных чиновников — не я. Это убийство Хун Сюули. А со мной разделаются заодно. Если ждать возвращения Цзы Цзиньланя, боюсь, нам останется только забирать трупы попо и Хун Сюули.
Су Фан вздрогнул. Что же теперь делать? Если бы он хотя бы силой заставил Ван Цзи встретиться с ним, когда пришёл в первый раз. Нет, нужно было твердить о своём беспокойстве до тех пор, пока Хун Сюули и Цзы Цзиньлань не прислушались бы. Из-за осознания собственной никчёмности он решил, что ошибся — он всегда прятался в этой слабости, смешанной с чувством неполноценности…
— Даже если так… но всё же…
— Успокойся. Те двое в горном доме?
— Да… так и есть. Попо отказалась покидать дом в горах, и они остались там вдвоём. К тому же ещё сегодня днём в Иньцунь было пусто… Вероятно, все места в горах уже обыскали… Думаю, там никого нет…
— Значит, возможность спасения ещё есть. Шансы ничтожны… Идти напролом нельзя. Нужно выманить разбойников, рассредоточенных повсюду, и одного за другим загнать в горы… Их там должно быть около сотни. Ведь никто, кроме того парня, не знает эти горы хорошо.
Ван Цзи широким шагом подошёл к большой кадке, стоявшей в стороне, достал один из свитков и развернул его на столе.
Это была карта. Это была карта, в центре которой находилась та самая скрытая гора; в Юйшитае никогда не видели столь искусной работы.
— То, что они остались в горном доме, — большая удача в несчастье. Это место отличается от деревни. Он был построен ещё до того, как возникла деревня, и имел обособленное устройство. Теперь даже многие из жителей деревни не знают о существовании того дома.
Су Фан кивнул. Можно было прокормиться плодами земли возле дома, не заходя в деревню, к тому же живущий там Безымянный великий кузнец, хоть иногда и хотел наведаться в селение, обычно там не показывался, а в преклонном возрасте и вовсе ни разу туда не ходил. На самом деле Сю Ли и Су Фан только благодаря этому случаю впервые узнали, где в горах находится этот дом.
— Его довольно… трудно отыскать, к тому же путь туда требует сил и хорошей памяти… Приходится спускаться и подниматься по верёвочной лестнице прямо за водопадом… Если бы не тот дядя-тюремщик, я бы ни за что не смог проделать этот путь снова.
— Верно. К тому же Безымянный великий кузнец, хоть и заглядывает иногда в деревню, терпеть не может незваных гостей, поэтому почти никому не рассказывал, как к нему пройти. Хотя тот парень и сообразителен, он тоже не знает точного расположения горного дома и способа туда добраться. Боюсь, он не найдёт тропу от деревни. — На лице Су Фана промелькнул луч надежды.
— Значит, пока они остаются там, никто их не тронет, так ведь?..
— Нет. Десять лет назад. Ты ведь слышал, как король ходил к той горной хижине, чтобы встретиться с Безымянным великим кузнецом?
— Ах, да… Постойте… А как же король сумел добраться до той хижины?
Перед рассветом. В холодном заснеженном мире он проделал этот путь в одиночку. Ван Цзи сделал то же самое. Это было уже очень давно. Он ехал на коне, чёрном как ворон.
— Прямого пути от подножия горы к хижине нет. Разве что очень повезёт. И даже если не брать в расчёт попо, тот факт, что ты оставил Хун Сюули в горах и вышел один, скорее всего, уже заметили. Если их нет в деревне, горы обязательно подвергнут тщательному обыску. Если задействовать и руки, и голову, то прорваться к хижине вполне возможно.
Рельеф гор уже изучен. Если вокруг хижины обнаружится необъяснимое «белое пятно», рано или поздно её заметят.
— Тогда…
— Но чтобы дойти до этого, потребуется немало времени. Однако перебить пятьсот человек — это уж точно не то, чем следует заниматься в таком возрасте.
…Су Фан слегка опешил. Что он только что сказал? Пятьсот человек… Что? «Не то, чем стоит заниматься в таком возрасте» — чтобы вникнуть в смысл второй половины фразы, он почувствовал необходимость услышать её ещё раз.
— А?
— Пока что… их всего около сотни, с таким количеством ещё можно… Если призовут подкрепление из разбойников, может стать трудновато… Если же нет… пока я не поднялся на гору… нужно как можно точнее определить расположение их логова…
Ван Цзи бормотал это себе под нос, прерываясь на кашель, и делал пометки на карте, что-то записывая кистью. Затем он разложил бумагу и быстрыми, текучими движениями написал несколько писем красивым почерком.
— Чжэнь Суфан. У меня есть для тебя поручение. В моём доме мало слуг, людей не хватает. Ты тоже поможешь и съездишь. Это срочная доставка. Не в управу провинции Цзы. Письма нужно доставить генералам в военные лагеря, расположенные неподалёку от горного района.
— В военные лагеря!! Точно, если отправить просьбу о подкреплении прямиком в лагеря… Но это же вопиющее нарушение всех правил — передавать право командования мне, простому юши!!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
