Возница из добрых побуждений продолжал уговаривать её:
— Гунян, уже поздно, вам лучше сначала отдохнуть ночь на почтовой станции, а потом продолжить путь.
Минчжу отозвалась «угу» и остановилась на постоялом дворе за пределами города.
Улыбающийся хозяин постоялого двора принимал гостью, постукивая по своим счётам:
— Гунян, сегодня в нашем заведении остались только две лучшие комнаты, цена немного высока, не посмотрите ли вы…
В кошельке Минчжу лежало немало дроблёного серебра, она спросила:
— Сколько?
— Нужно два ляна серебра.
Это действительно было дороговато, но Минчжу не стала об этом беспокоиться. Она как раз собиралась заплатить, когда снаружи послышался стук копыт, приближающийся издалека. Это был высокий мужчина в тёмных одеждах, окутанный неисчезающей аурой суровой решимости.
Свита позади него также состояла из воинов личной охраны с мечами на поясе. С первого взгляда было ясно, что с ними лучше не связываться.
— Наследник, лошади уже устроены.
— Хм. — Шэн Вэньлинь достал слиток серебра и положил перед хозяином.
Хозяин сразу всё понял, посмотрел на него, затем на свиту позади:
— Гунцзы, прошу вас.
Сказав это, он тут же перевёл взгляд на Минчжу:
— Гунян, пожалуйста, немного подождите.
Минчжу, одеревенев, кивнула. Её сердце едва не выскочило из груди. К счастью, она заранее надела вуаль.
Наследник Чэн-вана никогда не видел её лица, так что не должен был её узнать.
Минчжу молча отошла в сторону, освобождая путь, и изо всех сил старалась быть как можно незаметнее.
Шэн Вэньлинь уже дошёл до лестницы, но внезапно обернулся. Его тёмные зрачки неподвижно уставились на неё, и спустя долгое время он произнёс:
— Повернись.
Ноги Минчжу стали тяжёлыми, словно налитые свинцом, конечности одеревенели. Собравшись с духом, она медленно повернулась, опустив глаза и не смея поднять головы.
Девушка была одета скромно, что разительно отличалось от вчерашнего наряда из изысканных шёлков, однако её едва уловимый аромат было невозможно скрыть.
Шэн Вэньлинь вдруг вспомнил ту белоснежную нежную шею, изящный подбородок и влажные, словно чистая вода, глаза, которые он видел вчера ночью. Она была настолько красива, что невозможно было отвести взгляд. Сглотнув, он спросил прямо:
— Наследный принц тоже здесь?
Минчжу и помыслить не могла, что её узнают. Она едва не бросилась бежать, на лбу выступил холодный пот, а голос задрожал и зазвучал так тихо, что был почти не слышен:
— Да.
Шэн Вэньлинь посмотрел на её грациозную фигуру, заставил себя отвести взгляд и, развернувшись, поднялся по лестнице.
Минчжу чуть не прокусила губу до крови, её спина взмокла от холодного пота. Она чувствовала, что ей страшно не везёт. Ну как же так вышло, что она столкнулась именно с Шэн Вэньлинем?
Минчжу не смела больше оставаться.
Хозяин ничего не понял:
— Гунян, ты не будешь здесь жить?
Минчжу кивнула и невнятно ответила:
— Я забыла взять деньги.
Она пошла на задний двор, разбудила возницу и велела ему ехать в ту же ночь.
Возница, которого вырвали из сна, был полон недовольства, но Минчжу дала ему ещё десять лянов серебра, чем заставила его замолчать.
Получив серебро, возница смягчился. Зевнув, чтобы прогнать сонливость, он спросил:
— Гунян, вы больше не хотите плыть по воде?
— Нет времени.
— Тоже верно. Ехать по земле чуть медленнее, зато в дороге спокойнее.
Минчжу не боялась трудностей. Она спросила:
— Сколько ещё ехать отсюда до Цзяннани?
Возница немного подумал:
— Как ни крути, а понадобится больше полумесяца.
Минчжу не находила себе места, и даже прислонившись к подушке, не могла уснуть.
Шэн Вэньлиню тоже не спалось. Стоило ему закрыть глаза, как перед ним возникал прекрасный и волнующий взор девушки, полный чувств, словно игра бликов на воде, и то лицо, которое невозможно забыть, увидев лишь однажды.
Тонкая, красивая.
Теперь Шэн Вэньлинь отчасти понимал, почему даже наследный принц не мог сдержать себя. Она и вправду была красавицей.
Хрупкая, чистая маленькая красавица.
И на вид такая послушная и кроткая.
Шэн Вэньлиню было даже немного жаль её. Оставшись с наследным принцем, она в лучшем случае могла стать лишь тайной любовницей, которую нельзя показать свету. Если бы она встретила его, он был бы готов ввести её в дом в качестве наложницы.
Шэн Вэньлинь даже начал думать, что, учитывая их дружбу с наследным принцем, в будущем не составит труда попросить её себе в наложницы.
Он ворочался с боку на бок, сон совсем ушёл. Раздражённо сев в постели, он выглянул в окно и обнаружил, что уже почти рассвело.
Будучи в раздражении, он велел подчинённым собрать вещи и продолжил путь обратно в Цзинчэн.
У городских ворот вопреки обыкновению стояло много людей, и присутствие там Вэй Лю делало ситуацию ещё более необычной.
Шэн Вэньлинь, завидев Вэй Лю, слегка нахмурился:
— С чего это Вэй-гунцзы взялся охранять городские ворота?
Вэй Лю ответил:
— Разумеется, есть важное дело.
Шэн Вэньлинь удивился:
— Какое дело? Расскажите.
Вэй Лю не собирался ничего скрывать:
— Любимая наложница наследного принца исчезла.
Шэн Вэньлинь на мгновение опешил. Что значит «исчезла»? Разве она не выехала из города вместе с наследным принцем?
И тут его внезапно осенило. Возможно, она его обманула.
Взгляд Шэн Вэньлиня переменился.
Вэй Лю странно на него посмотрел и продолжил:
— Сбежала на повозке, неизвестно, покинула ли она Цзинчэн.
Шэн Вэньлинь некоторое время молчал, но, всё обдумав, решил не скрывать правду:
— Я видел её.
— Ты видел её?! Где?
— Вчера вечером, на постоялом дворе за городом, но она, должно быть, уехала ещё ночью.
Шэн Вэньлинь не понимал, зачем ей бежать. Была ли это уловка «хочешь поймать — сначала отпусти»1 или же способ вызвать ревность, обычный для распрей на заднем дворе?
Он холодно проанализировал:
— Скорее всего, она направилась в сторону Цзяннани. Если ты отправишь людей в погоню по этой дороге, её скоро догонят.
Вэй Лю сложил руки в приветственном жесте:
— Благодарю вас, наследник.
— Не за что. — Шэн Вэньлинь не удержался от вопроса: — Что говорит наследный принц?
Раз подняли такой шум, значит, его гнев не шуточный.
Вэй Лю сообщил правду:
— Живой — я должен увидеть её саму, мёртвой — я должен увидеть её тело.
И добавил
— Если же её поймают, а она откажется возвращаться, то не стоит церемониться. Главное, чтобы в ней теплилась жизнь, когда её доставят в Цзинчэн.
Шэн Вэньлинь рассеянно отозвался, из-за бессонной ночи голова раскалывалась. У него не было сил беспокоиться о чужих делах, поэтому он сел на коня и вернулся в особняк отдыхать.
Вэй Лю последовал совету Шэн Вэньлиня и проверил дорогу. Допросив хозяина постоялого двора и получив сведения, он тут же отправился в резиденцию наследного принца с докладом.
В кабинете перед Чжао Ши стояла шахматная доска с неоконченной партией. Сохраняя невозмутимый вид, он равнодушно спросил:
— Нашли?
Вэй Лю почтительно ответил:
— Она бежала в сторону Цзяннани.
Такой ответ не удивил Чжао Ши. Мать Минчжу была родом из тех мест.
Он только не мог понять, как она всё-таки смогла сбежать, не проронив ни слова?
Он обращался с ней совсем не плохо.
В делах постельных он порой терял самообладание, но и тогда соблюдал меру, чтобы не ранить её. Стоило девушке с порозовевшим лицом обвить его шею руками и тихонько всплакнуть, как его сердце смягчалось.
Если не считать того, что присмотр за ней был чересчур строгим, в остальном он её почти не ограничивал.
Золото и серебро, шёлка и атлас, он ни в чём не обделял её.
За этот год Чжао Ши решил, что сумел усмирить её нрав. Случалось, когда он уходил рано утром, сонная сяогунян в постели не желала его отпускать и цеплялась за его палец, а в её глазах, смотревших на него, не чувствовалось полного безразличия.
Неужели всё это было притворством?
— Три дня. Я даю тебе максимум три дня. Найди её, я сам отправлюсь, чтобы вернуть её назад.
- Хочешь поймать — сначала отпусти (欲擒故纵, yù qín gù zòng) — тактика, при которой противнику дают мнимую свободу, чтобы он ослабил бдительность и его было легче схватить. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
