Наложница У испугалась.
Разве она сказала что-то не то? Почему же лицо госпожи У стало столь мрачным?
Пока она размышляла об этом, господин У приподнял занавесь и вошел в комнату.
Госпожа У подошла поприветствовать господина У.
Господин У бросил взгляд на наложницу У, которая с довольно взволнованным видом стояла за спиной госпожи У, и глубоким голосом спросил:
— Что случилось?
Доверенная служанка госпожи У тут же вывела всю прислугу из комнаты и заботливо затворила решетчатые двери.
Госпожа У сама налила чашку чая для господина У, указала на парчовый табурет возле кана, приглашая наложницу У сесть, и лишь после этого заговорила:
— Я только что услышала от наложницы У, что во время празднества по случаю ста дней со дня рождения малышки Чжэнь из дома Великого секретаря Юя, семейство Сипин-хоу преподнесло ей в подарок ожерелье-инло1 из чистого золота, украшенное драгоценными камнями…
Она еще не успела договорить, как господин У слегка изменился в лице.
Так называемые «сокровища» в таком украшении означали инкрустацию самыми разными драгоценными камнями, и подобная вещь обычно стоила немалых денег. К тому же род Сипин-хоу из поколения в поколение удерживал Лянчжоу, являясь заслуженным кланом, охранявшим Девять рубежей, и с семейством Юй их ничто не связывало. Но они воспользовались праздником ста дней малышки Чжэнь, чтобы сделать семейству Юй столь щедрый подарок — значит, им явно что-то требовалось от семейства Юй, притом дело было далеко не рядовым.
— Откуда тебе это известно? — со строгим выражением лица спросил он у наложницы У.
В тот день подарков принесли много, но золотое ожерелье с самоцветами слишком бросалось в глаза, и молодой госпоже оно очень понравилось. Несколько раз, когда они приходили засвидетельствовать ей почтение, молодая госпожа как раз любовалась им и вертела в руках. Из-за этого наложница Чэнь даже говорила за ее спиной, будто у молодой госпожи узкий кругозор и мелочный нрав, чем немало ее огорчила. Вот почему, когда госпожа У спросила, наложница У и обронила об этом слово.
Кто же знал, что это привлечет самого господина У.
Судя по виду господина У, дело казалось чрезвычайно серьезным.
В детстве она училась грамоте у отца пару лет и мудрость «не смотри на то, что чуждо приличиям, не говори того, что чуждо приличиям» прекрасно понимала. Обсуждать семейство Юй за глаза уже само по себе было проступком… А если из-за этого у семейства Юй возникнут неприятности, разве не окажется она виноватой?
К тому же в этом деле замешан…
Подумав об этом, наложница У невольно замялась, на ее лице отразилось сомнение.
Госпожа У взглянула на господина У.
«Как-никак войдя в дом Юй, в ключевой момент она сердцем все равно тянется к Юй».
Госпожа У почувствовала легкое недовольство.
Но господин У понял мысль жены. Немного подумав, он нарочито насупился и сурово произнес:
— Тебе следует четко понимать, что главное, а что второстепенное! Как к тебе относятся в доме Юй, ты и сама прекрасно знаешь. А как они относились бы к тебе, не стой за твоей спиной род У, ты тоже должна отлично понимать. Лишь когда дом У процветает, ты в доме Юй сможешь стоять твердо и держать голову высоко. Помни: гэлао Юй — столичный чиновник, а Сипин-хоу — наместник из провинции. Сговор столичных чиновников с провинциальными военачальниками карается конфискацией имущества и истреблением всего рода! — Тон его немного смягчился, и он добавил: — Впрочем, даже если до этого дойдет, ты всего лишь наложница, и если я заступлюсь за тебя, беда тебя не коснется…
Разве наложнице У приходилось бывать в подобных ситуациях? Она мгновенно перепугалась и, растерянно всплеснув руками, залепетала:
— Это не сговор! Семейство Юй не вступало в сговор с Сипин-хоу, это Сипин-хоу пришел с просьбой к господину Юю!
Иногда нужно действовать мягко, а иногда лишь ошеломляющий удар приносит плоды!
Госпожа У с восхищением взглянула на мужа и тут же подхватила:
— И ты еще утверждаешь, что это не сговор! Прислали щедрые подарки и просят самого Великого секретаря Юя об услуге — что же это, если не сговор? Поторапливайся, расскажи дяде, о чем просил Сипин-хоу! Тогда дядя сможет вступиться за тебя, когда придет время!
Наложница У сжала губы и молчала, ее лицо стало белым как бумага.
Тогда господин У произнес уже мягким тоном:
— Ты женщина из внутренних покоев, откуда тебе знать о смертельных опасностях в правительственных кругах? Порой то, что кажется хорошим делом, на самом деле таит в себе злой умысел. А порой то, что выглядит как беда, если принять меры заранее, может обернуться благом…
Слушая его, наложница У в изумлении подняла голову:
— Принять меры заранее… и это станет благом?..
Видя, что тон наложницы У смягчился, госпожа У поспешила добавить:
— Вот именно! Разве мы с тобой знаем всю глубину государственных дел? Говори все как есть! Ты носишь фамилию У, и в столице каждый знает, что ты из нашего дома. Разве станем мы причинять тебе вред?
Услышав это, наложница У на мгновение смолкла, а затем тихо произнесла:
— Я слышала от служанок, будто Сипин-хоу прогневал господина Чжао Лина, и теперь ему приходится очень несладко. Вот он и просит господина Юя выступить посредником, чтобы примириться с господином Чжао.
«Как тут опять оказался замешан Чжо Лин?»
Супруги У невольно переглянулись.
— Это ведь не считается сговором? — заметив их замешательство, торопливо спросила наложница У. — Он лишь просит господина Юя уладить дело.
— И что же, Великий секретарь Юй согласился? — спросила госпожа У, в ее голосе прозвучали нотки осторожности. — И из-за чего Сипин-хоу враждует с Чжао Лином?
Наложница У покачала головой:
— Я не знаю. Однако люди Сипин-хоу выходили из кабинета господина Юя с очень мрачными лицами.
Выведать что-то еще вряд ли удалось бы.
Госпожа У мысленно взвесила услышанное и взглянула на господина У.
Господин У слегка кивнул.
Тогда госпожа У улыбнулась:
— Выходит, мы зря плохо подумали о Великом секретаре Юе. Ничего страшного, все в порядке. Время уже позднее, ты ведь сама говорила, что нужно вернуться пораньше? Я велю мамушкам проводить тебя. И не говори об этом госпоже Юй, а передай ей от меня благодарность. — Она добавила чуть тише: — Она ведь специально велела тебе привезти детскую одежду для нашей внучки.
- Ожерелье-инло (络 / yīngluò) — традиционное изысканное драгоценное нательное украшение или пектораль из золота, серебра и самоцветов, пришедшее из древнеиндийской традиции через буддизм.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
