Фу Тинъюнь опустила голову и поправила платок, наброшенный на голову; ее белое, словно нефрит, лицо большей частью скрылось в тени. Она поспешно прошла мимо группы праздных повес, которые восседали на каменных перилах перед главным залом Храма Большого Будды, громко хохотали и выкрикивали ей вслед непристойности. Лишь тогда ее сильное беспокойство слегка улеглось.
Она велела вознице:
— Побыстрее возвращайся в Задний переулок у резиденции главного командующего.
Возница тоже видел произошедшее, поэтому быстро откликнулся и погнал лошадей прочь от Храма Большого Будды.
Фу Тинъюнь вздохнула с облегчением.
Она и сама не понимала, как это произошло. Ее одежда и поведение были скромными и неприметными, она смешалась со множеством других женщин, однако те люди все равно быстро ее заметили… Их взгляды, полные неприкрытой алчности, въедались в нее, будто в мясо на разделочной доске. Когда она опускала пожертвование в ящик для фимиама, один из них тоже притворился жертвователем и попытался подойти вплотную. Если бы не ее проницательность и своевременное отступление, тот человек врезался бы прямо в нее.
К счастью, обошлось без происшествий, и она благополучно покинула Храм Большого Будды!
Не успела она перевести дух, как раздался испуганный голос Чжэн Саньнян:
— Госпожа, они идут за нами всю дорогу!
Фу Тинъюнь посмотрела в ее сторону.
Чжэн Саньнян приподняла штору экипажа и с паникой взглянула на нее.
Сердце Фу Тинъюнь упало; она прильнула к окну экипажа и выглянула наружу.
Мужчина, который только что у ящика для пожертвований пытался подобраться к ней, теперь ехал верхом на ретивом гнедом коне. Вместе с четырьмя или пятью повесами он неторопливо следовал за их повозкой, а прохожие по обеим сторонам улицы спешно уступали им дорогу.
Фу Тинъюнь становилась все более мрачной.
Она спросила возницу:
— Вы знаете этих людей?
— Знаю, — ответил тот, оглянувшись назад и немного изменившись в лице. — Заводила у них — Фэн Даху, брат наложницы помощника главного командующего Лю. — Почесав затылок, он с озадаченным видом добавил: — Хотя этот дебошир и любит безобразничать, в Чжанъе он никогда не дерзил свыше меры. Отчего же сегодня он увязался за вами?
Фу Тинъюнь уцепилась за слова «не дерзил свыше меры» и поспешно спросила:
— Скажите, уважаемый, это оттого, что хоу лично держит оборону Чжанъе, или есть иная причина?
— Разумеется, оттого, что Чжанъе под усердным надзором хоу, — ответил возница. — Хоу более всего ненавидит беззакония в своих землях. Да что там брат какой-то наложницы! Он даже законного сына Пинси-хоу из рода Фэн однажды велел высечь палками. — Затем возница успокоил ее: — Вы не тревожьтесь. Увидев, что вы направляетесь в Задний переулок у резиденции главного командующего, он наверняка отступит, осознав сложность ситуации.
Хотелось верить, что так и будет.
Однако Фу Тинъюнь продолжала настороженно следить за этим Фэн Даху.
И вправду, увидав издали, что их экипаж въехал в Задний переулок, Фэн Даху прекратил преследование, но еще долго стоял на месте, устремив на них пристальный взгляд.
Вернувшись в дом, Фу Тинъюнь сразу написала письмо и велела А-Сэню отнести его госпоже Ван. В письме она подробнейшим образом описала происшествие у Храма Большого Будды и попросила госпожу Ван прислать надежного человека для охраны усадьбы.
Госпожа Ван тут же отправила вместе с А-Сэнем крупного, честного и добродушного на вид мужчину лет сорока, передав с мальчиком наказом: «Его фамилия Вэй, имя Ши. Он служит нашему помощнику командующего более двадцати лет, в Чжанъе его знают абсолютно все».
Однако жизненный опыт подсказывал Фу Тинъюнь: если полностью полагаться на других, твоя жизнь окажется в чужих руках.
Она велела Чжэн Саньнян купить несколько коробок сладостей и отнести госпоже Ван в знак благодарности. А-Сэню же поручила:
— Купи или попроси у кого-нибудь, но достань для дома несколько крупных собак.
Когда-то, бывая в загородном поместье, она видела, что там держали множество собак для охраны территории.
Хотя считалось, что наибольшую преданность проявляют псы, выращенные со щенячьего возраста, сейчас ситуация требовала срочных мер — приходилось хвататься за любую возможность. Если псы смогут хотя бы громко лаять и создавать грозный вид, это уже принесет пользу.
Узнав, что в доме разрешено завести собак, А-Сэнь воодушевленно убежал и во второй половине дня привел двух огромных черных псов, а также четыре или пять маленьких желтых щенков.
— Эти два черных пса нужны, чтобы отпугивать чужаков, — с восторгом объяснил А-Сэнь, — а маленьких мы выкормим, и они будут охранять дом в будущем.
Это полностью совпало со соображениями Фу Тинъюнь.
С улыбкой похвалив А-Сэня, она велела ему каждый день мыть собак:
— Смотри, чтобы у них не завелись блохи, которые могут пробраться в комнаты или перебраться на людей. Если такое случится — обрею тебя наголо.
А-Сэнь ойкнул, обнял голову руками и потом послушно мыл собак каждый день, а Линьчунь путался рядом, помогая поливать их водой.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
