— Всё ещё не ешь?
Хоу Нин, сидя на табурете верхом, крикнул в сторону ванной:
— Весь день ничего не ел, сходи поешь.
Дверь ванной открылась, и Ли Сюнь вышел с голым торсом. Он сел у подоконника и принялся вытирать лицо.
Это был дом, который они временно снимали. Из окна виднелись кучи брошенной мебели на крыше соседнего здания и беспорядочно переплетённые провода. В половине седьмого вечера край неба окрасился в густую, тягучую желтизну. Предзакатный свет пробивался сквозь старую деревянную раму, отбрасывая на спину Ли Сюня тень в виде чёрного креста.
Его голова была накрыта белым полотенцем, лица не было видно. Капли воды скатывались по контурам тела, оставляя на полу мокрый след.
— Сходи поешь, — повторил Хоу Нин.
Ли Сюнь отбросил полотенце в сторону.
— Ешь сам, мне нужно уйти.
— Куда?
Ли Сюнь не ответил. Он встал; волосы ещё не просохли и торчали отдельными прядями, придавая ему на редкость упрямый вид.
— Да куда ты? — снова спросил Хоу Нин.
Ли Сюнь натянул футболку, подошёл к двери и, подхватив с обувницы чёрную бейсболку, нахлобучил её на голову. Теперь его лица было почти не разглядеть.
Когда Ли Сюнь вышел, Хоу Нин крикнул ему в спину:
— Да куда же ты в конце концов?!
Ли Сюнь поймал такси. Через сорок минут машина свернула в обычный жилой квартал в западной части города.
В жилом комплексе горели фонари, росли цветы и тополя, а в траве то и дело мелькали дикие кошки. Во дворе старики играли в карты, прогуливались семейные пары. В самом центре, на ярко освещённом пятачке, шумно возилась детвора; их крики звучали громко, но не раздражали.
Ли Сюнь сверился с номером ближайшего дома и, опустив голову, пошёл вглубь по узкой дорожке. Вскоре в поле его зрения появился рекламный стенд.
Ли Сюнь поднял глаза. На стенде была напечатана фотография мужчины в облегающих брюках и с глубоким V-образным вырезом. Его поза была полна страсти. Фотография была в полный рост. Ли Сюнь слегка закинул голову. Он давно не встречал тех, на кого ему приходилось бы смотреть под таким углом.
Ворота во двор были полуоткрыты. Ли Сюнь вошёл. К дому вела тропинка из каменных плит, по обе стороны от которой зеленели явно ухоженные газоны и сосны. Дальше шла лестница, а над ней — закрытая деревянная дверь, примыкающая к небольшому балкону. Окна были зашторены, и внутри ничего не было видно.
Ли Сюнь посмотрел на дверь и достал сигарету.
Стоило ему собраться прикурить, как дверь с грохотом распахнулась. Сердце Ли Сюня дрогнуло. Он вскинул взгляд: из проёма высунулась маленькая девочка лет шести-семи. Увидев Ли Сюня, она неожиданно во всю глотку завыла, прорезав ночную тишину.
— Мисс Чуньли, я же говорил не открывать дверь. Налетят комары, и ты снова будешь меня винить.
Голос мужчины был магнетическим, спокойным и неторопливым. Та самая «мисс Чуньли», взвизгнув, хотела убежать, но её перехватила большая рука.
— Урок ещё не закончился, куда ты собралась?
Голос становился всё отчетливее, и из дома вышел красивый мужчина. Его волосы были уложены волосок к волоску. Он был одет в темно-красную рубашку с расстёгнутым воротником, в вырезе которой виднелись крепкие грудные мышцы, и чёрные брюки, облегавшие длинные, мускулистые ноги.
Он одной рукой подхватил мисс Чуньли. Девочка залилась смехом и указала пальцем на человека во дворе.
Фу Ичжо повернул голову.
Ближайший фонарь стоял в трёх метрах позади рекламного стенда у ворот. Свет доходил сюда лишь слабыми отблесками, так что незнакомец почти полностью утопал в тени.
— Мисс Чуньли, — Фу Ичжо перевёл взгляд на бейсболку и заговорщицки прошептал девочке, сидевшей у него на плече. — Если снимешь для меня кепку с того человека, я куплю тебе завтра куклу. Идёт?
Мисс Чуньли воодушевилась. Фу Ичжо поставил её на землю, и она смело зашагала к Ли Сюню. Ростом она едва доставала ему до паха. Одной рукой она вцепилась в его ремень, а другую изо всех сил тянула вверх, но не могла дотянуться даже до груди.
Ли Сюнь не шевелился.
Мисс Чуньли задрала голову и встретилась с безмолвным взглядом из-под козырька бейсболки. Её глаза потихоньку начали наполняться слезами.
— Отдай кепку, — обиженно пролепетала малышка.
Ли Сюнь всё ещё держал в пальцах неприкуренную сигарету. Он какое-то время смотрел на неё сверху вниз, затем всё же убрал сигарету, снял кепку и отдал ей.
Мисс Чуньли радостно притащила трофей Фу Ичжо. Тот приобнял её и, глядя на гостя во дворе, негромко произнёс:
— Мисс Чуньли, посмотри на него.
Девочка обернулась, и Фу Ичжо продолжил:
— Как думаешь, он красавчик?
Мисс Чуньли уставилась на лицо Ли Сюня и, покраснев, кивнула.
Фу Ичжо усмехнулся:
— Вкусы у нас похожи. Ступай внутрь.
Девочка с глуповатой улыбкой убежала обратно в зал.
— И ты тоже заходи, — бросил Фу Ичжо Ли Сюню. Тот помедлил пару секунд и шагнул вперёд.
Танцевальный зал был небольшим. На полу лежал чистый гладкий паркет, на стене висело огромное зеркало, на которое были беспорядочно наклеены фотографии и девчачьи украшения. В зале находились ещё четверо или пятеро детей; они возились и шумели, никто и не думал танцевать.
Фу Ичжо подвёл Ли Сюня к подоконнику, где лежала стопка гимнастических матов.
— Садись.
Сам он уселся на крошечный табурет. Из-за высокого роста его бёдра так натянулись, что брюки, казалось, вот-вот лопнут.
— Как давно ты вышел?
Ли Сюнь коротко усмехнулся.
— Почему у всех первая фраза одинаковая?
— Потому что ты нам ничего не рассказываешь, — ответил Фу Ичжо.
Ли Сюнь промолчал.
— Немного изменился, — сказал Фу Ичжо. — Дай-ка рассмотрю получше.
Ли Сюнь опустил взгляд на пол. Фу Ичжо наклонился, всматриваясь в него, и через мгновение произнёс:
— Нет, не изменился. Всё такой же.
В стороне дети расшумелись не на шутку, и йогурт пролился на пол. Фу Ичжо состроил плаксивую мину:
— Ой, мой пол…
Он встал, сходил в подсобку за шваброй и бумажными полотенцами, опустился на корточки и вытер йогурт. Мисс Чуньли, воспользовавшись случаем, подскочила к нему и обхватила, не желая отпускать. К сожалению, её ручонки были слишком коротки, а спина Фу Ичжо напоминала мощный ствол дерева — она никак не могла обхватить его целиком, и стоило ему подняться, как она соскользнула вниз.
Фу Ичжо вернулся на табурет.
— Почему ты открыл школу танцев именно здесь? — негромко спросил Ли Сюнь.
— Ты спрашиваешь, почему школу танцев или почему именно здесь? — Фу Ичжо посмотрел на него. Ли Сюнь отвёл взгляд.
— Школа танцев — потому что мне это нравится. А здесь… — Фу Ичжо улыбнулся. — Тоже потому что нравится.
— Она приносит прибыль? — спросил Ли Сюнь.
— Сам как думаешь? — сокрушённо вздохнул Фу Ичжо. — Зрелище жалкое, скоро придётся питаться северо-западным ветром1!
Снова воцарилось молчание.
— Но я нисколько не беспокоюсь о будущем, — добавил Фу Ичжо.
Ли Сюнь посмотрел на него. Фу Ичжо откинулся на зеркало за спиной и, спокойно глядя на Ли Сюня, спросил:
— А ты?
- Питаться северо-западным ветром (喝西北风, hē xīběifēng) — китайское идиоматическое выражение, означающее «голодать» или «остаться без средств к существованию». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
