Сю Ли и Цин Чжан шли по дороге к Юаньэ-лоу молча, их походка была неуверенной.
Лишь когда они подошли к мосту Сиши, разум Сю Ли снова прояснился, и она негромко спросила, словно желая удостовериться:
— Послушай, Цин Чжан, то, что произошло только что… ты ведь тоже это слышал? Это ведь был не сон?..
Доказательством того, что это не было ни сном, ни проделками тануки, служили письмо и свиток, которые она крепко сжимала в руках.
Однако Цин Чжан всё ещё пребывал в оцепенении и ничего не ответил. Сю Ли, стараясь привести мысли в порядок, продолжила:
— Почему… почему у того человека в руках был золотой тануки?..
— Откуда мне знать!
— Эй, ты чего вдруг так разозлился!
— Н-н-не твоё дело!
Как раз в это время на реке Сунтао, одной из достопримечательностей Гуйяна, начали сбрасывать воду. Река Сунтао, протекающая под мостом Сиши, была известна тем, что уровень воды в ней периодически поднимался и опускался из-за работы шлюзов. Старик и собака, что до этого момента грелись на солнышке у берега, со стонами «ох-хо-хо» поднялись и поспешили на сушу. С верховья послышался грохот, и водная стена мгновенно обрушилась вниз.
В этот миг кто-то на другом берегу в испуге закричал, обращаясь к Сю Ли и Цин Чжану:
— О-о?! Эй, парень, чего ты застыл на опоре моста! Уходи скорее! Опасно!..
Сю Ли и Цин Чжан одновременно мысленно задались вопросом: «О чём это он?»
Раздался оглушительный всплеск, поток воды ударил в мост, и сразу вслед за этим —
— А? Что?.. Ува-а-а!..
Прямо из-под моста, на котором стояли Сю Ли и Цин Чжан, донёсся отчаянный вопль молодого мужчины.
— Ва-а-а!..
Крик мужчины, подхваченный стремительным течением, эхом разносился всё дальше и дальше.
— Эй! Того парня унесло!
— Что?.. Что это за дурак такой?! Совсем стыд потерял!
— Скорее спасайте его! Он же погибнет!
— Перехватите его ниже по течению!
Сю Ли и Цин Чжан невольно застыли в изумлении… Похоже, какой-то растяпа зазевался на опоре моста и его смыло водой.
«Что же это за дурак такой?» — подумали они оба.
Судя по доносившимся голосам, несчастного в итоге спасли — он запутался в сетях, расставленных рыбаками. Сю Ли и Цин Чжан какое-то время смотрели друг на друга, а затем устало побрели дальше.
— …Пойдём скорее к госпоже Хуте…
— Д-да, верно… Похоже, тот человек спасся… Но почему его вообще смыло?..
Сю Ли подумала, что сегодня почему-то постоянно случаются какие-то необъяснимые вещи.
Х
Цю Ин, направлявшийся к Лю Хуэю, внезапно остановился. В сияющем, до блеска натёртом оконном стекле отчётливо отразился его силуэт. Он пристально посмотрел на свой меч, видневшийся в отражении.
На рукояти меча был выгравирован узор в виде ириса, дарованный ему Лю Хуэем. Это было доказательство, которое могли носить лишь те, кто поклялся императору в абсолютной верности.
…Капля за каплей в его сердце медленно оседала некая мысль.
Возможно, он —
В этот момент Цю Ин почувствовал на себе чей-то острый взгляд и обернулся, после чего замер.
С другого конца коридора на него холодным, оценивающим взглядом смотрел Цзинь Лань.
— Цю Ин!
Звонкий голос, донёсшийся с другой стороны, мгновенно растопил этот ледяной миг, и Цю Ин сразу пришёл в себя.
— …Ваше Величество… и Цзян Ю.
— Не упоминай меня так, будто я какое-то приложение к нему, ладно?
Недовольный Цзян Ю приблизился размашистым шагом, а Лю Хуэй подошёл лёгкой, сияющей походкой — в последнее время, когда господин Юй постоянно преследовал его, такое случалось редко.
Заметив это, Цю Ин выдавил свою обычную улыбку.
— Что такое, Ваше Величество? Похоже, вы в хорошем настроении.
— Хм! Всё потому, что господин Юй Шунь дал разрешение, и с обеда я могу не опасаться «господина Юя»… Нет, я могу отправиться в город, чтобы навестить господина Югу! Так что идём, прямо сейчас!
Глядя на его радостное лицо, Цю Ин улыбнулся уже искренне, без притворства.
— Слушаюсь. Позвольте мне сопровождать вас.
В этот момент Лю Хуэй заметил своего гэгэ, идущего с другого конца коридора, и махнул рукой:
— Цзинь Лань, ты тоже пойдёшь с нами!
— Слушаюсь. Я также буду сопровождать Ваше Величество, — ответил Цзинь Лань, кивнув с привычной улыбкой.
То выражение лица, которое Цю Ин видел мгновение назад, исчезло, словно привиделось.
Х
— Господин Югу в нижнем городе? — спросил Цю Ин у идущего рядом Цзян Ю, пока они пробирались через городские кварталы.
— Когда я надавил на По Мина, он во всём признался. Если господин Югу в Гуйяне, то он должен быть в нижнем городе.
— Вот как? Он довольно легко признался. Семья Би хранит информацию о Би Югу за семью печатями. Даже чтобы предложить работу, нужно сначала связаться через посредника.
— …Похоже на то. Может, я и вправду слишком сильно ему угрожал? — Цзян Ю на мгновение задумался. По Мин ведь новичок, который пришёл всего два года назад, и он, пожалуй, действительно перегнул палку.
Говоря о нижнем городе, Цю Ин сразу вспомнил о Хуте.
— Как бы то ни было, если зайти в Юаньэ-лоу к Хуте, возможно, удастся разузнать что-нибудь. Если бы нам действительно удалось заставить этого Би Югу «работать» на нас, это, несомненно, вписало бы наши имена в историю. Ваше Величество… Ваше Величество?
Король, который только что с любопытством озирался по сторонам, теперь выглядел совсем иначе: его брови были плотно сдвинуты.
— Что случилось, Ваше Величество? Мы ведь в городе, «господин Юй» сюда за вами не погонится.
— …А, да, это так… Но если сейчас что-нибудь не придумать, то скоро меня действительно поймают… — Лю Хуэй понуро опустил плечи. — …Я слышал, Цю Ин, что твой отец тоже взял в жёны множество женщин.
Цю Ин намеренно кашлянул, избегая ледяных взглядов Цзян Ю и Цзинь Ланя.
— Н-ну, это так… Но мой отец особенный… Или, вернее будет сказать, он преисполнен всеобщей любви…
— В семье Хун и господин Шао Кэ, и господин Ли Шэнь, и господин Цзю Лан имеют лишь по одной жене. Неужели в семье Лань совсем нет понятия о приличиях?
Цю Ин немного обиделся:
— Не стоит грести всех под одну гребёнку, у моего старшего брата всего одна жена.
— И этим стоит гордиться? Для нормального человека это естественно!
Цзинь Лань тоже глубоко кивнул:
— Для простых людей это само собой разумеется… Хотя некоторые говорят, что всё дело в нехватке денег…
Лю Хуэй тут же огляделся по сторонам. Куда ни падал взгляд, повсюду были люди, у которых была лишь одна жена. Если подумать, в нижнем городе он ни разу не слышал о ком-то, у кого было бы много жён.
— Цзинь Лань, послушай… Если бы… если бы ты был королём…
Увидев укоризненный взгляд гэгэ, Лю Хуэй невольно засуетился.
— Это только «если бы»! Стал бы ты в таком случае… брать в жёны… так много… женщин?..
— …Об этом можно будет узнать, лишь когда наступит такое время.
Цзинь Лань отчётливо помнил и свою мать, и мать Лю Хуэя, и других наложниц.
…Честно говоря, если бы он не встретил Сю Ли и Цянь Цзюнь-фужэнь, то неизвестно, как бы он сейчас относился к женщинам. По крайней мере, он точно не испытывал бы к ним безусловного уважения.
«Милость» отца-ван-е длилась лишь до момента рождения ребёнка, поэтому у шестерых гунцзы были разные матери. С точки зрения Цзинь Лань, отец-ван-е одарял наложниц своей милостью лишь для того, чтобы они рожали мальчиков. Словно в подтверждение этого, отец-ван-е до самого конца так и не выбрал Хуанхоу. Именно поэтому каждая из наложниц чувствовала беспокойство — ведь единственным, на что они могли полагаться, была любовь отца-ван-е, но до самого конца было неизвестно, где же на самом деле нашло приют его сердце.
Для короля женитьба на множестве наложниц ради продолжения рода была лишь обязанностью, и любовь не имела в этом никакого смысла — если бы это был прежний Цзинь Лань, он мог бы так смотреть на вещи, и сейчас он тоже понимал это. Однако Цзинь Лань, проведший тёплые времена вместе со Сю Ли, Шао Кэ и фужэнь, больше не считал, что «любовь не имеет никакого смысла».
— Примеров того, как женитьба на огромном количестве наложниц в итоге не приводила ни к чему хорошему, уже предостаточно.
— …М-м…
Лю Хуэй тихо опустил плечи. Как ни посмотри, его собственную муцинь нельзя было назвать счастливой, да и его детство не было радостным. Хотя он и не собирался винить во всём этом отца и муцинь… но причина безумия муцинь и слова о том, что милость отца-ван-е с каждым днём угасает, до сих пор звучали в его ушах.
Лю Хуэй был так осторожен именно потому, что воспоминания о прошлом всё ещё глубоко запечатлелись в его памяти.
— …К тому же, даже у шаншу Хун всего одна фужэнь, почему же только надо мной издеваются…
Лю Хуэй внезапно остановился, словно его осенило.
— …Ваше Величество?
— …Точно, если поступить так…
Он пробормотал что-то себе под нос, а через мгновение понимающе улыбнулся.
— Хе, хе-хе-хе, хорошо, проклятый Юй-дажэнь, на этот раз я заставлю тебя хлебнуть горя..!
*********
— Добро пожаловать, Сю Ли. Я всё ждала твоего прихода.
Прибывшую в Юаньэ лоу Сю Ли встретила ослепительной улыбкой и объятиями первая куртизанка Гуйяна.
— Ты вернулась.
Когда Ху Дие просто произнесла эти слова, Сю Ли, словно почувствовав облегчение, обняла её.
— …Да.
— Ой, и Сань Тай тоже пришёл. …Хе-хе, вот оно что.
Ху Дие по какой-то причине с многозначительной улыбкой посмотрела на Цин Чжан.
— Кстати говоря, почему это у вас обоих такой понурый вид?
Сю Ли и Цин Чжан посмотрели на «понурые лица» друг друга… и в самом деле.
— …Ну, почему-то перед приходом сюда мы столкнулись с кое-какими странностями…
— Со странностями?
— Нет, это уже не важно, хотя сегодня ночью мне, возможно, приснятся енотовидные собаки. Послушай, Ху Дие-цзецзе, в твоём письме говорилось, что ты хочешь меня с кем-то познакомить…
— М-м, как бы это сказать… то ли я хочу, чтобы ты его увидела, то ли он хочет увидеть тебя… хм…
Ху Дие, что было для неё редкостью, помялась немного, бормоча под нос, а затем с озадаченным видом взглянула на Цин Чжан.
— …Или, может быть, лучше сначала разобраться с делом Сань Тай. Раз уж и Сань Тай пришёл вместе с тобой, значит, у вас ко мне какое-то дело?
— Ах, да, дядя Цин Чжан купил картину и хочет, чтобы ты её оценила.
Взгляд Ху Дие внезапно стал суровым.
— …Показывай.
Ху Дие внимательно изучила картину, которую достал Цин Чжан, а затем с некоторым беспокойством выдохнула.
— …Это подделка.
Услышав её первое же слово, Цин Чжан невольно округлил глаза.
— Хотя выполнена она превосходно, это определённо подделка. Твоего дядю наверняка обманули.
Хотя эта картина была лишь предлогом, чтобы встретиться с Сю Ли, за неё всё же были заплачены настоящие деньги. Дядя велел ему выяснить, какова же реальная стоимость…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
