Лишь услышав этот крик, это имя, они внезапно пришли в себя.
— Се Яньлай!
— Это командир Се!
— Но разве Се Яньлай не мёртв?
Несколько человек смотрели вперёд, на молодого мужчину, что стоял среди груды трупов, опираясь на окровавленное знамя. Блики пламени плясали, освещая его лицо.
Отблески огня и кровавое знамя, бледное лицо, глаза феникса и холодные брови.
— Это Се Яньлай… — пробормотал один из стражей запретной гвардии.
Он никогда не забывал этого человека.
Когда-то Се Яньлай тоже был стражем императорского города. Такой же ночью он стоял на городской стене и, размахивая длинным мечом, кричал:
— Запретная стража императорского города, защитим Сына Неба!
Стражник невольно воодушевился и закричал следом:
— Всякий, кто осмелится напасть, — мятежник!
Другие стражники в оцепенении шептали:
— Командир Се явился нам в виде духа…
Было ли это воодушевление или транс, они без колебаний бросились к Се Яньлаю.
Гвардейцы всё ещё бежали, но теперь всё изменилось. Некогда единый строй разделился, словно воды рек Цзин и Вэй.
Одни направили клинки и копья на Се Яньлая, другие же развернулись, подставляя ему спины.
— Защищайте государя!
— Приказ командира Се: защищайте государя!
Бесчисленный дождь из стрел взлетел на стену, и воины, не успевшие укрыться, мгновенно пали. Вместе со стрелами, сопровождаемые свистом, вверх полетели верёвки с железными кошками.
Этот свист напоминал грохот волн, бьющихся о стену; казалось, мощная и толстая городская стена содрогается.
Лян Цян, сжимая меч, смотрел вниз. Он видел плотные ряды солдат у подножия стены; люди постоянно падали, но другие тут же карабкались вверх по верёвочным лестницам и деревянным помостам.
Он снова оглянулся на стену: повсюду среди огня, огромных камней и стрел лежали трупы. Воины поливали тех, кто внизу, градом стрел и метали всё, что попадалось под руку.
Он посмотрел вдаль: звуки сражения в городе стали ещё громче, притом доносились они со стороны императорского города.
— Генерал, их таран приближается! — пронзительно закричал солдат.
Это значило, что сейчас начнут выбивать ворота. Лян Цян покрепче перехватил меч и бросился вниз со стены.
— За мной, убьём врага!
Часть солдат инстинктивно последовала за ним, другие же не успели среагировать — в следующий миг снова посыпались стрелы и камни, кто-то упал, кто-то бросился в укрытие, и на стене вновь воцарился хаос.
У подножия стены также бегали воины.
По сравнению с верхом, внизу у ворот, защищённых стеной, было ненамного безопаснее.
Из города постоянно совершались вылазки; враги нападали прерывисто, прятались и скрывались — их невозможно было перебить всех сразу, но и не обращать внимания нельзя. Солдаты не могли оставить ворота и вынуждены были отвлекаться.
— Открывайте ворота! — внезапно выкрикнул Лян Цян, первым устремляясь к ним. — За мной, убьём врага!
Стражники у ворот и следовавшие за ним солдаты на мгновение растерялись. «Убьём врага» — это было понятно, но вот «открывайте ворота» звучало как-то неправильно.
Лян Цян уже достиг ворот. Двое воинов инстинктивно попытались преградить ему путь, но он взмахнул мечом, и оба повалились на землю.
— Открывайте ворота! В атаку!
Хотя он и выдвинулся благодаря поддержке рода Се, и его былая доблесть была притворной, его статус и положение оставались настоящими. Приказ падал, подобно горному обвалу1, и какими бы странными ни казались слова командира, солдаты один за другим бросались вперёд, и к воротам хлынула толпа.
— Лян Цян, ты, коварный пёс! — сзади примчался офицер и рявкнул: — Взять его!
Но было поздно — ворота медленно распахнулись.
Лян Цян вскочил на коня и во весь опор помчался наружу.
— Ворота открыты! Приветствуем вступление Чу Хоу в город! — громко прокричал Лян Цян, одновременно вскидывая меч.
Он уже видел, как следом за тараном развевается и приближается знамя с фениксом.
Та женщина была там.
Если бы тогда в императорском городе, когда она расспрашивала его, он признался, что встретил в трактире Се Яньфана, то стоял бы он сейчас рядом с ней, чтобы сражаться плечом к плечу?
Если бы ещё раньше, в пограничном округе, когда она спасла его руку от меча, он честно рассказал ей обо всём случившемся, то сражался бы он уже давно на её стороне, сражаясь вместе с ней?
Лян Цян смотрел на приближающееся знамя с фениксом и видел силуэт женщины. Она сидела верхом, сжимая в руке меч, на котором была кровь.
С той их встречи в трактире она становилась всё отважнее, всё неодолимее.
А он лишь отступал шаг за шагом.
— Чу Хоу! Лян Цян приветствует ваше вступление в город! — снова прокричал Лян Цян.
Но не успел он закончить фразу, как навстречу ему сверкнула стрела. Он инстинктивно вскинул руку, чтобы защититься, и под ржание коня рухнул на землю.
— Императрица входит в город! Сложите оружие, и вам сохранят жизнь!
— Императрица входит в город! Немедленно сдавайтесь!
Топот солдатских сапог гремел подобно грому, тараны гудели, раскалывая горы и рассекая моря.
Чу Чжао смотрела вперёд.
— Кажется, кто-то там только что что-то кричал, — тихо сказала Сяомань. — Предлагал сдаться?
Чу Чжао равнодушно ответила:
— Разве сейчас мне ещё нужно чьё-то признание вины? Не обращай внимания.
Она смотрела на распахнутые ворота впереди.
Войска вливались в город, подобные бурному потоку.
Вслед за ними в городские стены ворвались бесчисленные крики.
— Императрица входит в город! Сложите оружие, и вам сохранят жизнь!
Звуки сражения продолжались, становясь ещё яростнее, чем прежде. Казалось, дома содрогаются вместе с землёй, но люди, прятавшиеся в них, уже не чувствовали прежнего ужаса. Напротив, они не могли удержаться и прислушивались к тому, что происходит снаружи.
— Слушай…
— Императрица входит в город…
— Императрица вошла в город!
Люди прижимали детей к груди и тихонько баюкали их.
— Всё хорошо, всё хорошо.
Сражение в городе не закончилось, стычки вспыхивали повсюду.
— Если императорский город не падёт, нам придётся захватывать дома один за другим! — громко прокричал Дин Дачуй. — Няннян, иначе нам не продержаться.
Род Се давно распределил войска в городе: явные отряды и скрытые засады каждый шаг превращали в крепость.
Чу Чжао посмотрела вперёд:
— Самые важные врата — это императорский дворец.
Дин Дачуй, разумеется, это понимал, но понимал и то, что там наверняка сосредоточены основные силы рода Се. К тому же…
— Няннян, если мы сейчас ворвёмся в императорский дворец и с императором что-то случится, — понизил он голос, — то вы…
В таком случае в Поднебесной воцарится истинный хаос, а в хаосе статус императрицы перестанет быть преимуществом.
Чу Чжао посмотрела вперёд и вдруг слегка улыбнулась:
— Не случится.
Не случится?
Дин Дачуй хотел что-то сказать, но Чу Чжао уже пришпорила коня, устремляясь прямиком к императорскому дворцу.
— Дин Дачуй, — Сяомань, сжимая меч в левой руке, произнесла: — Ты один раз был тяжело ранен и совсем растерял храбрость.
Лицо Дин Дачуя залилось краской:
— И вовсе нет!
— «Вовсе нет»? Если нет, то чего ты тут разглагольствуешь и сомневаешься? — хмыкнула Сяомань. — Раз дошло до такого, нечего раздумывать. Нужно просто довести дело до конца!
С этими словами она взмахнула мечом и поскакала вслед за Чу Чжао.
Раздался смех, и Дин Дачуй сердито зыркнул на стоявших вокруг мужчин:
— Чего ржёте! Не слышали приказ? А ну живо, пошли и прикончили их всех!
Мужчины издали дикий клич и гурьбой бросились вперёд в гущу боя.
Они пробивались через улицу за улицей. По сравнению с кипящим в сражении городом, императорский дворец пребывал в безмолвии.
Высокие стены были окутаны тьмой; беззвучный и неподвижный, он казался местом смерти.
Примчавшиеся войска невольно замедлили шаг.
— Похоже… — Дин Дачуй снова не удержался от слов.
Скорость Чу Чжао ни капли не снизилась. Она неслась прямиком к дворцовым воротам и, задрав голову, громко закричала:
— А-Цзю!
В мертвой тишине перед дворцовыми воротами эхом разнёсся женский голос.
Снова и снова.
Голос был хриплым, сухим и не слишком мелодичным.
Фигура на зубчатой стене, скрытая ночной тенью, казалось, больше не могла этого выносить. Человек свесил ноги и поднялся.
— Чего ты орёшь? — произнёс он, глядя сверху вниз на ворота. — Открыто же.
- Приказ падал, подобно горному обвалу (军令如山倒, jūn lìng rú shān dǎo) — идиома, подчёркивающая непререкаемость и сокрушительную силу военного приказа. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
